Мария Кургат "Мой преданный враг"

Модератор: Модераторы

Mariacur
Новичок
Posts in topic: 3
Сообщения: 3
Зарегистрирован: 15 июн 2018, 19:56

Мария Кургат "Мой преданный враг"

Непрочитанное сообщение Mariacur » 15 июн 2018, 20:13

Название: Мой преданный враг
Автор: Кургат Мария
Серия: Другие миры или Колдовские миры

Объем произведения: 15.4 а.л.
Жанр: фэнтези, приключения, академия, романтика

Аннотация: Иногда благодарность оборачивается против тебя. Теперь за помощь наглому белобрысому мальчишке мне предстоит провести несколько ужасных лет в закрытом пансионе, полном жестокости и унижений.
Однако у Первозданных свои игры - во мне проснулся дар, а значит, появился шанс стать свободной! Ведь маги в нашем мире никому не подчиняются - они высшая власть, от которой зависит судьба простых людей. И плевать, что покровителем выступил темный, презираемый людьми Бог. Я докажу всем, а в первую очередь - своему бывшему 'господину', что чего-то стою!
Правда, для этого мне предстоит пройти тяжелый путь испытаний, научиться отличать друзей от врагов, а заботу - от предательства, не сломаться под гнетом обстоятельств, не испугаться пойти против системы и устоев, чтобы найти свое место под солнцем и изменить этот мир к лучшему!

На почту отправлен отредактированный текст и синопсис.

Mariacur
Новичок
Posts in topic: 3
Сообщения: 3
Зарегистрирован: 15 июн 2018, 19:56

Мария Кургат "Мой преданный враг"

Непрочитанное сообщение Mariacur » 15 июн 2018, 20:18

Мария Кургат

Игры богов

Книга первая. Мой преданный враг

Автор очень благодарен придирчивой личной музе и главному ехидному критику под именем Саша, двум замечательным авторам: Екатерине Каблуковой и Екатерине Радион, которые неоднократно давали моей лени пинка, поддерживали и вселяли веру в собственное творчество, самой активной и терпеливой читательнице Оксане Дорняк, без замечаний которой эта книга была бы другой, а так же Татьяне Павловой.
Благодаря вам история ожила!

ПЕРВАЯ ЧАСТЬ

Начало нашей вражды

Глава 1

Это началось много лет назад. Вы спросите: что «это»? Наше противостояние...

Мне было семь, когда я впервые с ним встретилась. Он приехал к нам в деревню во время жатвы. Белобрысый мальчишка в смешной одежде. Дворянин. Он не играл с детьми, не гонял в поле за чертой, не лазил по крышам. Ничего из этого. Почти всегда сидел в своем имении, очень редко выезжая с родителями.
У нас даже игра с ребятами была – следить за маленьким аристократом. Когда появлялось свободное время, мы взбирались на колокольню и наблюдали оттуда, как у небольшого водоема во дворе имения стоит бледный светловолосый мальчишка. Он часами мог глазеть на воду, а нам со временем надоело смотреть на него. И тогда однажды соседский хулиган по имени Рик спросил: «А кто самый смелый?» Помню, как все повернули головы ко мне. Я всегда была самой боевой и оттого, наверное, меня легко можно было подбить на какую-нибудь глупость. Ведь мне так хотелось доказать, что чего-то стою, что могу, что сильная и ничего не боюсь. А ведь боялась! До дрожи в коленках страшилась идти в особняк. Тем не менее в голос только рассмеялась: «Да ну вас, легкотня!» И пошла...
На негнущихся ногах приблизилась к дверям. Мы легко перелезли через забор, и теперь ребята сидели в засаде, изредка выглядывая, а иногда помахивая мне рукой — не стой, давай, иди!
Вот же! Почему боюсь? Почему так сильно бьется сердце? Пусть это и было имение нашего господина – да кто поймает? Надо ведь просто постучать в это тяжелое металлическое кольцо и сбежать.
Уже протянула руку, когда неожиданно дверь сама отворилась. Кажется, я забыла, как дышать. На какое-то мгновение тело словно закаменело, не давая возможности пошевелиться. Когда же ко мне вернулась способность двигаться, почему-то вместо того, чтобы развернуться и сбежать, решительно вошла внутрь. Страх сковывал движения, мешал сосредоточиться, но любопытство было сильнее. Ноги сами повели меня вперед.
Вокруг тишина. Будто нет никого. Зал огромен и страшен. Портреты взрослых господ смотрят на меня со снисхождением и недовольством.
Я пошла дальше, поднялась по лестнице, прислушиваясь к малейшему шороху, но вокруг лишь эхо моих собственных нерешительных шагов. Поэтому вдруг раздавшийся где-то стук хлопнувшей двери показался невероятно громким. Сердце испуганно екнуло и забилось быстрее. Слуги?! Не раздумывая, кинулась вперед, боясь быть пойманной.
И угодила в ловушку...
— Попалась!
Обо что-то споткнулась и проехалась животом по полу. Почти сразу надо мной раздался чей-то раскатистый смех. Тут же поднялась, отряхнула юбку и зло посмотрела на того, кто так жестоко подставил мне подножку.
Белобрысый мальчишка улыбался. Его серые глаза смотрели высокомерно и в то же время с насмешкой.
И если раньше издалека казалось, что маленький дворянин ненамного старше меня, то сейчас, будучи прямо перед ним, поняла, как ошибалась. Он оказался выше на голову, даже больше! И лет ему, наверное, одиннадцать. Взгляд... не детский совсем, с каким-то нехорошим блеском.
— Вы правда думали, что вас не поймают?
— Вас... — я помимо воли насторожилась, испуганно оглядываясь и понимая, что очутилась в покоях маленького лорда.
— Троица, которая пряталась в кустах малины, как раз сейчас отбывает наказание.
И словно в подтверждении его слов, откуда-то с заднего двора послышался детский крик и плач.
— Отец не любит незваных гостей... — спокойно проговорил мальчишка, глядя на меня сверху вниз. — Тем более собственных чересчур наглых крестьян.
Внутри все сжалось от очередного крика, и я кинулась к дверям, которые внезапно захлопнулись прямо перед моим носом.
— Не так быстро, курносая!
— Отпусти! — я сжала маленькие кулачки, желая больше всего заехать мальчишке по наглой довольной роже, сломать его ровный нос.
Мама боялась наших хозяев и пыталась научить дочь тому же: бояться и уважать великий дворянский род Ве́нских, но я не могла. Просто не понимала, почему должна дрожать перед этими напыщенными людьми. «От них зависит наша жизнь!» – нередко говорила мама, на что я лишь послушно кивала, в глубине души ненавидя свое положение.
— Почему тогда я здесь, а они там?! – непонимающе спросила мальчишку, не делая больше попыток открыть дверь. — Ведь это я пришла, моя идея была.
— Врешь, — покачал головой маленький дворянин. — Они поплатились за трусость, но ты смелая. Смелая и глупая. Будет жалко, если тебя отхлестают.
— Какая трусость? Мы просто баловались. Игра это!
За окном вновь раздался крик, от которого задрожали руки. Нас часто наказывали за проказы. Меня и саму отец отшлепать мог, но никогда... я никогда не слышала, чтобы Рик кричал. Он всегда сносил все молча. Что же тогда там происходит?
— Запомни, курносая! — неожиданно проговорил мальчишка, словно догадываясь о моих мыслях. — Никогда не зли мага.
Этот день действительно запомнился надолго. У Рика до сих пор остался на спине шрам от магической змеи. Так называлась плеть с жалом, которую часто использовал его благородие Айриш — отец белобрысого мальчишки.
Богатым многое позволялось. Магам тем паче, а если этот знатный маг еще и твой господин, то ты вовсе был лишен прав. Лорд Венский владел многими землями, в том числе и нашей небольшой деревушкой Гортил.
В итоге нас потом дома вдвойне наказали. «Посмеешь подойти к достопочтимому лорду Венскому, не выпущу из дома! — пригрозила в тот вечер мама, гоняя меня по двору лозиной. – Будешь у меня в четырех стенах сидеть и уборкой заниматься, готовить да крупу разбирать!»
С каждым днем меня все сильнее мучила злость. Хотелось проучить высокомерного мальчишку, стереть надменную улыбку, которая возникала на его аристократичном лице каждый раз, когда он замечал меня. Он будто понимал, что я ничего не могу ему сделать. И это действительно было так. Наверное, именно это и злило больше всего — собственное бессилие.
После того случая маленький дворянин стал чаще выходить из имения. Без родителей, но всегда за ним следовала чета слуг. И вот однажды мне представился шанс...
Спустя год после злополучной вылазки в особняк лордов Венских, я встретила мальчишку у черты леса. Что удивительно — без слуг! Это было странно, ведь он никогда не ходил один. Я довольно улыбнулась. Вокруг никого…
Словно маленький хищник, кралась по тропинке, стараясь не издавать лишних звуков. Следовала за мальчишкой по пятам. Я сама еще не знала, что хочу с ним сделать. Окунуть в местную канаву? Толкнуть со спины и убежать? Измазать его чистейшую рубашку в грязи? Нет, это все не то! Мне хотелось чего-нибудь более значимого, чтобы отомстить за слезы Рика.
Вскоре лорд Венский-младший свернул в лесную чащу, попадая на узкую тропинку, ведущую к болоту. Говорят, там водятся болотницы. Вот бы его одна утащила!
Аккуратно спустилась за мальчишкой к болоту, не понимая, как он так спокойно идет. Я ничего не видела из-за плотного густого тумана, клубившегося в местной канаве. Мы с ребятней ради забавы иногда забегали сюда, покрасоваться, что не боимся ни лешего, ни русалок, ни водяного, а на самом деле дальше кустов черемухи не шли, возвращались назад. Иногда я врала, что бывала за туманом, как и ребята, но ни один из нас не осмелился войти на территорию болотниц.
А этот белобрысый мальчишка не побоялся! Скрылся в тумане, совершенно не испытывая страха. Я даже начала подумывать, а не развернуться ли назад? Что вообще здесь делаю? Все равно потеряла его из виду.
В какой-то момент я поняла, что заблудилась. Туман был везде, глаза слезились от едкого запаха, в грязь проваливались поношенные деревянные башмачки. Ох, и получу от мамы.
Только сейчас куда страшнее было попасться болотнице. Лучше день на крупе простою! Кажется, я все сильнее плутала, не находя знакомых мест. Снизу квакали лягушки, рядом стрекотали стрекозы, а где-то впереди послышался знакомый голос:
— Ты обещала!
— И я исполню, — звонкий девичий голосок. — Придет час, и ты получишь шанс.
С кем он говорит? Внутри все похолодело. Неужто болотница?! Хруст. Вздрогнула, чувствуя, как правая нога проваливается в вязкую жижу. Дернула ею, а она только сильнее хлюпнула и опустилась, а вскоре и другая тонуть начала.
— Мамочки! — я попыталась вылезти, но только глубже опустилась. По самое колено! Рядом противно что-то чавкнуло, лопнул пузырь и, кажется, жижа поднялась еще выше. От резкой вони закружилась голова, на глаза навернулись слезы.
Я испуганно задергалась, пытаясь отыскать опору, но не находила и только сильнее утопала.
— Не шевелись, курносая!
Замерла, через пелену слез силясь рассмотреть светловолосого мальчишку. Он что-то мне протягивал. Я мгновенно схватилась, не думая в тот момент, чью помощь принимаю. Когда же болотная жижа все-таки выплюнула меня на сушу, услышала рядом насмешливое:
— Дважды спасаю. Должна будешь!
— Я не просила спасать! — разозлилась я, вытирая от грязи порванное платье. — Из-за тебя в болото и попала.
— Из-за меня? — искренне удивился мальчишка, подняв светлые брови.
— Да! Зачем ты сюда пошел? С кем говорил?!
— А ты зачем за мной следила?
Я растерялась, просто не зная, что сказать.
— То-то же, а теперь иди отсюда, не место обычным людям у неживой воды с болотницами.
— Так это правда она была? — я не смогла скрыть в голосе проскользнувшие восхищенные нотки. — Они тут водятся?
— Да, водятся и утаскивают маленьких, любопытных, непослушных девочек.
— А заносчивых богатеньких мальчиков часом нет?
— Ах ты ж... — глаза мальчишки полыхнули, а на пальцах вспыхнули огоньки. Могу поклясться, что увидела их. Всего лишь на миг, но видела! Вот только почти сразу огоньки исчезли, и на мгновение ставшие золотыми глаза вновь приобрели обычный серый оттенок.
— Неблагодарная смердка!
— Что?! — я изумленно замерла, сжимая кулаки. — Что ты сказал?
— То, что слышала. До сих пор не понимаю, зачем тебя заманил тогда в дом. Пожалел, что отцу под горячую руку попадешься. Да кого? Чумазую бродяжку с курносым носом и болотными глазами? С волосами цвета прогнившей морковки, которая даже простого «спасибо» не знает?!

***
Именно после того случая на болотах белобрысый мальчишка вновь перестал покидать имение. Мы с ребятами почти не видели его. И не вспоминали. Только изредка в моей памяти всплывал момент в лесной чаще, а именно: как он вытянул меня из жуткой топи. Иногда я правда начинала жалеть, что не поблагодарила, но вспоминала его заносчивую улыбку, когда он говорил о моих друзьях, и все желание вмиг исчезало.
Так шли дни. Лето сменила осень, а осень — зима. Кажется, я и сама стала забывать о маленьком белобрысом маге, пока не пошла молва о болезни лорда Венского-младшего.
Была лютая зима. Я сидела дома и помогала маме разбирать сухие травы для ее лечебных мазей. Будучи по молодости ученицей жреца, она не только знала грамоту, но и была теперь лекарем нашей небольшой деревушки. В один из таких холодных дней маму вызвали в имение Венских. Я услышала, как она говорила отцу, что их целитель не смог добраться из-за метели, поэтому пригласили ее посмотреть на сына. И почему-то в памяти тут же всплыл этот белобрысый спесивый мальчишка…
«Не двигайся, курносая!»
А ведь если бы не он, утащили бы меня болотницы. Может, поэтому мне захотелось все-таки отблагодарить?
Я вбежала в комнату и осмотрелась. У меня ничего такого нет, чего бы не было у дворянина. Зато имелась одна небольшая дорогая мне вещь. Схватила ее с ящика стола и выбежала в сени. Надо было успеть за мамой! Знаю, не пустила бы с собой, но если побегу, догоню, то придется взять. Не отправит же обратно в такой холод? До имения идти неблизко.
Будь что будет! Попытаюсь. Накинула теплый отцовский тулуп и выбежала на улицу. Мою шубку мама предусмотрительно спрятала, зная, что могу сбежать к друзьям даже в лютый мороз. Ох, и перепадет мне вечером.
Холодный воздух коснулся разгоряченных щек, заслезились глаза. Я нервно вытерла лицо и оглянулась. Шел сильный снег, из-за чего почти ничего не было видно. Мне с трудом удалось рассмотреть, как мама скрылась за поворотом. Весь путь я старалась держаться на расстоянии, не теряя из вида ее темный полушубок. Однако лишь до тех пор, пока она не подошла к воротам дома Венских. Здесь я показалась.
— Кори?! — изумленно ахнула мама. — Что же ты творишь?
— Ты так быстро убежала, а я хотела кое-что передать младшему лорду Венскому. — Я вытянула замерзшую ладошку с браслетом. — Он ведь болеет, а оно ему поможет.
— Боги, Кори, что ты только удумала? Не нужен лорду твой браслет, выкинет его или вовсе не примет. — Она несильно дернула меня за тулуп, словно желая встряхнуть. — Ладно, пошли уже, холод какой. Не хватало мне еще и тебя лечить!
Я улыбнулась и взяла маму за руку.
— Никогда, слышишь?! — неожиданно пригрозила мама мне пальцем. — Не смей сюда ходить и тем более общаться с сыном Венских. Ты ему не ровня – он наш господин!
И как раз в этот момент отворилась калитка. Высокий мужчина впустил нас внутрь и провел к черному входу. Я спешила за мамой, подпрыгивая, чтобы нагнать шаг, но руку так и не отпустила.
— Господин вас уже ждет, но… — На меня взглянули абсолютно черные глаза. – Эта девочка. Кто она?
— Простите, это моя дочь. Ее не с кем было оставить, она не будет мешать, подождет здесь.
Мужчина кивнул и забрал мамин полушубок и мой не по размеру большой тулуп. Незнакомец удивился моей странной одежде, но промолчал, а за ним почти сразу спустилась девушка в строгом платье с белыми манжетами и попросила следовать за ней.
— Жди здесь, — шепнула мама перед тем, как уйти.
Я уже хотела побежать за ней, когда ко мне подошла еще одна девушка в таком же платье и провела к небольшому диванчику в коридоре. Вот только вместо того, чтобы уйти, она встала рядом, придирчиво меня разглядывая, особенно мою грязную обувь.
Будто боится, что я могу наследить. Или что-нибудь разбить? Тут по углам было много ваз и декоративных вещиц. Я оглянулась, вспоминая, как больше года назад была здесь. На меня также недовольно смотрели портреты господ, и окружала угнетающая тишина. До сих пор ярко помню, как поднялась наверх, как испугалась слуг и побежала, споткнувшись о выставленную ногу белобрысого мальчишки...
Интересно, что с ним? Почему-то вспомнилось, как он говорил с болотницей. Вдруг он поэтому заболел? Стало страшно. По телу прошла холодная дрожь. Что, если нечисть прокляла его? Говорят же, что после встречи с ней человек чахнет. Я не знала, что это значит, но явно что-то очень нехорошее.
Я медленно разжала кулак, в котором все это время находился сплетенный из тонких голубых нитей браслет. Совсем простой, но сделала я его сама, как учила бабушка. Она говорила, что «небесные нити» имеют целительские свойства. Мама не верила никогда в бабушкины россказни, а я вот верила. Ведь стоило бабушке шепнуть волшебное слово, как боль в простуженном горле проходила сама собою, а мамины лекарства были противные и горькие.
Даже если мой браслет и не поможет, я просто отблагодарю. Только как мне его увидеть? Как передать подарок? Служанка стояла рядом и не собиралась от меня уходить. Почему-то я не подумала о том, что меня даже не пустят наверх. Ведь в прошлый раз легко прошла, но тогда... тогда этого хотел младший лорд.
— Простите, — тихо шепнула я, дергая девушку за подол длинной юбки. — Мне нужно в отхожее место.
Служанка кивнула. Приказав следовать за ней, повела меня по узкому коридору направо: не в сторону лестницы, а под нее. Там оказалась небольшая арка, через которую мы прошли. После был еще один длинный коридор, который вывел нас к многочисленным дверям.
— Первая дверь слева, — безразлично уточнила девушка и встала рядом.
Я послушно кивнула и вошла в указанные двери, но не прикрыла их плотно. Через небольшую щель мне прекрасно было видно служанку. Она нервно постукивала пальцами, сложив руки на груди. Всего лишь миг, когда она отвернулась, и я смогла незаметно перебежать в соседнюю дверь.
Кухня! Громкий грохот посуды, разговоры и стук ножа по доске. Никто не заметил наклонившейся и прошмыгнувшей под столом маленькой девочки.
— Вы слышали, что пришла местная лекарка?
— Да-да, — закивала тучная повариха, быстро орудуя ножом. — Кажется, из крепостных. Интересно, что она скажет, когда увидит побои маленького лорда.
— Уж точно не поверит в сказки о лестнице.
— Да разве бывают такие ушибы после падения?! — изумленно воскликнула женщина у печи. — Может лекарю и наврет, но мы с вами все слышали. Знаем, каким бывает в ярости лорд Венский.
— И все же не понимаю, как можно калечить собственного сына?
— Это не наше дело! — строго сказала пожилая повариха и громко ударила рыбой по столу.
Я испуганно выбежала через другие двери. Дыхание сбилось. Выходит, никакой болезни нет? Разве такое возможно? Мне было трудно поверить в услышанное.
Неожиданно совсем рядом раздались чьи-то тяжелые шаги. Это подстегнуло меня поторопиться. Кухня вывела в длинный коридор с такой же аркой, но с другой стороны лестницы. Там я уже знала, куда идти, помнила, где находятся покои. Вот только что именно скажу, теперь не представляла. В голове до сих пор звучали слова, сказанные на кухне.
Нужная дверь оказалась приоткрыта, оттуда как раз вышли мама и лорд Венский. Дождавшись, пока они скроются за поворотом, я выбежала из укрытия и проникла в спальню.
Медленно подошла к кровати, где среди подушек лежал бледный мальчишка. Под глазами залегли темные круги, на скуле — фиолетовый синяк, а на лбу длинная ссадина.
Это сделал его отец? Я гулко сглотнула. Когда меня наказывали, никогда не доводили до такого состояния. Разве родители могут так поступать со своим ребенком?!
Я медленно приблизилась к мальчику, боясь его разбудить, но, видимо, он и не спал. Распахнул заплывшие покрасневшие глаза и с удивлением на меня посмотрел.
— Ты?!
— Я… — я растерялась, просто не зная, что теперь сказать. — Ты… тебя…
Как сказать о том, что крутилось на языке. Спросить о подслушанном разговоре?
— Не твое дело! — грубо отчеканил он, сделав какие-то свои выводы. Даже отвернулся, будто силясь скрыть свои синяки, но я, наоборот, увидела больше: в тот момент, когда мальчишка натягивал одеяло, заметила на миг открывшееся взору чудовищное темное пятно с багровыми разводами. След знакомого жала «змеи», от которого у Рика остался шрам.
— Я знаю, — все также тихо проговорила, глядя куда угодно, но не на мальчишку. – Знаю о том, что случилось. — Как же трудно оказывается иногда говорить. – Твой отец, он изби…
— Зачем пришла? – меня грубо перебили, не давая договорить. — Посмеяться?
— Нет! Тогда, на болоте, ты ведь спас меня! – смущенно затараторила я, чувствуя, как быстро бьется мое сердце. — А я даже спасибо не сказала, я хотела отблагодарить. И проведать хотела. Отдать тебе кое-что.
— Не нужно мне ничего от тебя! – фыркнул мальчишка и отвернулся, но я решительно к нему подошла. Затем также решительно протянула к нему раскрытую дрожащую ладошку, на которой лежал браслет.
— Возьми, пожалуйста.
Он лишь на миг взглянул и неожиданно наотмашь ударил, скидывая тонкое плетение на пол.
— Уходи! И не приходи сюда больше. Не нужно мне ничего и тем более жалости твоей не нужно. То, что ты узнала… — мальчишка на миг запнулся, а после зло сверкнул серыми глазищами. – Это всего лишь семейные разборки, не более. Не смей придумывать того, чего нет! Уяснила?
— Но... — я часто заморгала, стараясь скрыть слезы обиды. Не знаю почему, но стало неприятно и больно. — Я правда...
— Кори?! — сперва воцарившуюся тишину прорезал мамин голос, а следом раздалось разозленное:
— Что эта девчонка тут делает?!
Резко обернулась. Лорд Венский стоял в шаге от меня. Высокий и крупный мужчина, которого боялись многие, но не я! Я ненавидела лорда. И теперь, наверное, еще сильнее. Сперва Рик с ребятами, теперь его собственный сын.
— Вы! – я без страха взглянула в темные глаза мага. – Вы жестокий и плохой человек!
— Кори?! – мама тут же подскочила ко мне и дернула за руку. – А ну, прекрати немедленно!
Не понимаю, почему… почему мы все должны ему подчиняться? Он наш господин. Кто так решил? Кто дал право наказывать чужих и собственных детей? Я скосила взгляд на избитого бледного мальчишку. Доводить до такого состояния, чтобы он встать не мог и нужно было вызывать лекаря?!
— Вы не имеете права так поступать! Это вас надо наказа… — речь оборвалась на полуслове.
Я обиженно взглянула на маму, прижимая к раскрасневшейся щеке руку. За что?
— Не смей. Так говорить. Со своим господином.
Мама низко поклонилась мужчине, извинилась и попыталась меня увести, но лорд Венский неожиданно остановил её.
— Постойте. Почему же не послушать девочку?
Его губы искривила холодная улыбка, а меня вдруг захлестнула злость и обида, а еще непонимание и одновременно жалость. Но почему-то слов не было. Я стояла и сжимала кулаки, с яростью глядя на мужчину.
— Неужели больше нечего сказать?
— Только трус может ударить того, кто слабее! – решительно заявила я, не обращая внимания на дрогнувшую ладонь мамы.
Лорд Венский в ответ только рассмеялся и с интересом склонил голову.
— Глупая, ты, видимо, совсем не понимаешь своего положения?
— Простите ее, ваше благородие! – вклинилась мама, вновь низко кланяясь. – Прошу, она совсем еще ребенок. Говорит, не ведая, дурная голова.
— Это не так! – не согласилась я. – Разве можно закрывать на такое глаза? Мама, ты же лекарь, ты же видела, ты…
— Хватит, — спокойный тихий голос заставил всех замолчать. – Я же сказал, это наши семейные дела и они тебя не касаются.
Мальчик обращался ко мне, но даже не смотрел в мою сторону. Его взгляд был устремлен куда-то выше моей головы.
— Но… — я растерялась, чувствуя неприятный холодок внутри. Ведь я его хотела защитить.

***
Это были эмоции, не более. Что может ребенок? Ребенок, у которого даже прав нет. Ребенок, чья судьба зависит от воли жестокого человека. Лишь через время я поняла, насколько глупо поступила, но тогда… тот, кто спас, сам вынес приговор. В памяти еще долго всплывали слова: «Отец, я не хочу, чтобы она здесь была!» И как мама ни просила, как ни унижалась, решение было принято. Заносчивый мальчишка сухо приказал: «Пусть ее научат, как надо себя вести!»
Я была готова ко всему. К тому, что лорд Венский вновь возьмется за свое змеиное жало, после чего, скорее всего, продаст кому-то, как это бывало с другими неугодными крестьянами, а может и вовсе отдаст кому-то из своих друзей, будто какого-то ненужного щенка. Но каково же было мое удивление, когда вместо этого меня почему-то отправили в закрытый пансион на юге Руты – нашего королевства. Увезли в тот же вечер, прямо из имения Венских. Даже не дали попрощаться с отцом! Видимо, боялись, что успею кому-то проболтаться об увиденном, не знаю. Холодный взгляд серых глаз врезался в память сильнее обидных слов мужчины.
В тот миг я пообещала себе, что вернусь. И когда-нибудь обязательно стану свободной. Наверное, именно тогда больше всего возненавидела его… даже не самого лорда Венского, нет – мальчишку, который столь легко и безразлично решил мою судьбу, попросив отца избавиться от меня. Почему? Я долго не могла понять, делая лишь предположения. Стыд? Страх, что расскажу? Чувство унижения? Даже потом у меня оставались только догадки.
Моя ненависть росла с каждым днем. Особенно в те моменты, когда мадам Олисья приказывала высечь меня на заднем дворе закрытого пансиона. Главная настоятельница носила черное строгое платье, собирала темные волосы в тугой пучок и никогда не улыбалась. От нее вечно пахло чем-то кислым. Послушницы узнавали о приближении мадам Олисьи задолго до ее появления, лишь по одному аромату этих ужасных духов.
Она любила наказания. Большого повода для этого не нужно было, достаточно малейшей провинности, будь то случайно разлитые чернила на тетрадь, отказ вышивать бесчисленные гобелены или недоеденный завтрак. Мадам Олисья никогда не расставалась со своей указкой, которой частенько давала нам по рукам, если мы неправильно отвечали на уроках.
Мне всегда доставалось больше всех как зачинщику. Я была очень неусидчивым ребенком. Трудясь на огороде, частенько отвлекалась и бегала с другими девчонками к местному озеру, за что нас лишали на сутки еды или запирали в подвале. Убирая урожай, могла завести игру прямо в поле, на долгое время забывая о работе. Доходило до того, что несколько дней после наказания просто не могла ходить, со злостью вспоминая белобрысого мальчишку. Даже когда я вела себя прилежно, выполняя с другими послушницами распорядок дня, мадам Олисья все равно находила причину, по которой можно было бы наказать непокорную рыжую девчонку. Она невзлюбила меня с первого взгляда, когда люди лорда Венского только-только привезли в мрачные стены небольшого монастыря.
Мне сразу не понравилось блеклое одинокое здание на склоне обрывистого холма, окна которого казались темными провалами глаз какого-то монстра. Именно такие ассоциации возникли при виде пансиона, где мне предстояло провести несколько долгих тяжелых лет. Я поняла это сразу, как только переступила порог мрачного и холодного помещения. Послушницы, встречавшиеся на моем пути, будто безмолвные призраки бродили коридорами.
Здесь учились разные дети: в основном это были сироты, имеющие обеспеченных опекунов. Возможно, поэтому на мне срывались чаще, чем на остальных, ведь я была бесправной, и это обстоятельство будто развязало настоятельнице руки. Более того, как оказалось, сам лорд Венский дал разрешение делать со мной все, что она посчитает нужным.
Со временем я стала замечать по взгляду мадам Олисьи, что ей нравится нас наказывать. Поэтому стала очень осторожной и покладистой, не желая лишний раз провести ночь в холодном сыром подвале. Однако настоятельница все равно находила причину, по которой меня можно было бы высечь соленым кнутом.

Глава 2

Мне едва исполнилось одиннадцать. Я стояла на коленях перед всем пансионом в расстегнутом платье, которое настоятельницы специально припустили, оголяя мои плечи и спину. Это был женский пансион, поэтому никого не смущал такой фривольный вид, кроме меня самой.
— Двенадцать. — Очередной хлесткий удар пришелся по лопаткам, оставляя глубокий след.
Однако я не проронила ни звука. Извиняться не стану и слез моих они не увидят.
— Тринадцать. — Боль прожигает все тело, до крови закусываю губу, снова вспоминая лицо белобрысого мальчишки.
Всегда вспоминаю, когда мне больно. Ведь ему тогда тоже было больно, наверное, поэтому он сделал все, чтобы и мне стало больно… никогда не прощу!
— Четырнадцать.
Не прощу, как он безразлично выбил из моей руки браслет.
— Пятнадцать.
Как спокойно наблюдал, за плачущей и брыкающейся девчонкой, что с жестокостью отбирают у матери.
— Шестнадцать.
Как провожал меня безразличным взглядом, с отвращением глядя на мои и мамины слезы.
Вновь боль… не выдерживаю, из уст вырывается стон, а дрожащие пальцы с силой сжимают измятую и влажную после дождя траву.
Я словно бы специально множила в себе ненависть к тому мальчишке, тем самым пытаясь выжить. Выжить в месте, где нет любви и похвалы, только учения или наказания.
— Восемнадцать. — Ощутила, как по спине потекло что-то горячее.
Перед глазами возникла красная мутная пелена. Боль сильная, но моя злость была сильнее. Я закричала, выпуская эмоции наружу и не сразу понимая, что плеть больше не опускается на мои израненные плечи.
Удивленно обернулась, замечая растерянность на лице наставницы. Она переводила ошеломленный взгляд с плети на собравшихся вокруг соратниц и обратно. Мне с трудом удалось остановить свое внимание на том, что так сильно поразило женщину. Оказывается, плеть вся потрескалась и разошлась на мелкие нити, а на конце была и вовсе словно пропалена. Хотя, может, мне показалось? Боль не давала сосредоточиться, а яркое солнце слепило.
В какой-то момент перед глазами поплыло, я упала на траву, полностью обессиленная. Кажется, у меня даже ничего больше не болело, просто потянуло в сон…
Разбудил привычный колокол на молитву. С неохотой разлепила глаза, не сразу осознавая, что нахожусь у себя в комнате, а надо мной склонилась Ѝрри – моя соседка и лучшая подруга в этом страшном темном месте.
— Проснулась наконец! – искренне обрадовалась кучерявая девочка и улыбнулась. – Ты долго спала, уже начали подумывать, что же с тобой делать? Мадам Зорина не могла понять, почему ты не приходишь в себя.
Мадам Зорина была одна из самых старших настоятельниц, которая обучала нас некоторым премудростям травничества и целительства. Она не была таким хорошим лекарем, как моя мама или известной знахаркой, как бабушка. Мадам больше почитывала, а на нас практиковалась, чаще уповая на богов, нежели действительно исцеляя. Хотя ее мази иногда в самом деле утоляли боли, вызванные очередным наказанием настоятельницы Олисьи.
— По пансиону ходят такие невероятные слухи! – неожиданно поделилась подруга, вплетая в темные волосы черную ленту. – Будто сами боги остановили мадам.
И тогда я вспомнила! Как меня охватила злость, как бросило в жар, а потом я увидела сломанную плеть. В богов послушницы обязаны верить, но не думаю, что кому-то из Великих есть дело до непокорной бесправной девчонки вроде меня. Моя жизнь зависит не от богов, а от воли лорда Венского. Теперь я это прекрасно понимаю.
Вот только объяснить случившееся не могу. Те эмоции… Злость. Ярость. Боль. Могли ли они повлиять на произошедшее? Этого просто не может быть. Во мне никогда не было силы и тем более в роду не рождалось магов. Ведь всем известно, что магом можно только родиться, маги чистокровные.
В тот же вечер я узнала, что дело все-таки во мне. Со мной заговорил огонь! Самый настоящий живой огонь. Оказывается, в нашем камине на втором этаже всегда жила саламандра по имени Огонек. Просто раньше я не могла слышать и видеть её, потому что была обычным ребенком. Как она сама объяснила, иногда сильные негативные эмоции могут зарождать магические способности.
Однако я не спешила с кем-либо делиться своим новым открытием. Ведь не знала, что за этим последует. Я — никто. Единственное, что изменилось после проснувшихся способностей, так это мое поведение. Каждое утро, вставая на рассвете, я послушно шла со всеми на скудный завтрак, а после на молитву. Вела себя очень тихо, стараясь не привлекать лишнего внимания. Это заметили все: и настоятельницы, и послушницы. Взрослые говорили – наконец-то выросла, одногодки удивлялись – почему вдруг изменилась. В общем и целом все были довольны такой резкой переменой. Все, кроме мадам Олисьи, которой теперь все сложнее было найти причину для наказаний. Огонек всегда предупреждала меня о ее приближении, отчего настоятельница все чаще злилась и отыгрывалась на других девочках, ведь не могла поймать меня.
А время шло… Мне исполнилось двенадцать. Никто не знал о моей маленькой тайне. До поры до времени, пока однажды Ирри случайно не заметила, как сижу у камина и разговариваю с огнем.
— Что ты делаешь? — изумленно спросила подруга, а я, помня указ саламандры, взяла и соврала:
— С богами разговариваю, здесь теплее и уютнее, чем в каплице.
Даже если и пойдет такой слух, настоятельницы только похвалят.
— Ты говорила что-то о магии... — возразила упрямая девчонка.
Вот же! Неужели слышала?
— Тебе показалось.
— Нет, не показалось. Ты врешь! — еще сильнее заупрямилась Ирри. — Я расскажу об этом. С тобой последнее время творится что-то неладное.
И я не сдержалась. Повалила подругу на пол: она была худенькая и вялая, так что мне не составило труда прижать ее к полу.
— Никому не говори! Слышишь? Скажешь, пожалеешь.
Она изумленно распахнула голубые глаза и неожиданно часто заморгала, будто силясь не заплакать. Но заплакала. Я тут же отпустила ее.
Ирри вскочила на ноги и убежала. Мне же стало неловко. Вспышка гнева прошла, а стыд остался.
— Ты поступила правильно! — неожиданно проговорила Огонек в камине. — Более того, она все-таки расскажет.
И действительно спустя время рассказала. Как бы ни уговаривала саламандра, что надо быть настороже, надо избавиться от глупой девчонки, я не воспринимала ее слов всерьез. Никакие нашептывания не действовали. Ирри была единственной отрадой во всем пансионе. Нет, я и с другими послушницами хорошо общалась, порою даже, как и прежде, проделывала разные шалости. Только именно Ирри стала той, кто всегда выслушивала меня, верила и помогала. Она была очень эмоциональной и почему-то только с ней я начинала себя чувствовать действительно всего лишь маленькой слабой девочкой, которая может позволить себе слезы боли и несправедливости. Ирри единственная видела эти самые слезы, когда я только-только приехала в пансион.
Поэтому я совсем не ожидала от нее такой подлости. Не могла понять, почему она вдруг рассказала мадам Олисье о моем разговоре с огнем.
— Я же говорила! — недовольно напомнила саламандра. — Люди — они такие, думают только о себе
— Тшш! — разозлилась я. — Ты не права, Ирри не такая!
В тот же день меня вызвали к директрисе. Со мной вели долгую беседу, старались выведать суть разговора возле камина, допытывались, не вижу ли я кого-нибудь, кто нашептывает что-то.
На все вопросы у меня был один ответ – молча качала головой.
— Ирри все придумала! — возразила я в конце, до сих пор не понимая, почему подруга так поступила. — Я просто молилась в голос, возможно, она просто что-то не так поняла.
Не знаю, поверили ли мне, но озвучивать свои выводы не стали. Отпустили. А вот Ирри наказали. Она сутки провела в каплице, вымаливая прощенье за ложь.
Меня сильно грызла совесть. Ведь Ирри не была ни в чем виновата. Я сама сглупила, что так опрометчиво пошла днем к саламандре. Поэтому вечером незаметно забрала свой ужин и оставила на столике у Ирри.
К огню больше так и не ходила, но, как оказалась, саламандра умела перемещаться и на некоторое время покидать свой камин. С каждым днем Огонек словно бы росла. Более того, стала меня преследовать. Могла даже становиться невидимой. Часто я вставала посреди ночи, замечая саламандру рядом с собой. Это выматывало. Я сильно уставала, а на уроках была невнимательна и рассеяна. Бывало, что просыпалась от удара указкой.
— Прошу, прекрати, не могу больше! – отчаянно как-то попросила я пламя, оставшись одна на заднем дворе пансиона. – Мне плохо.
— Не могу! – чуть сильнее вспыхнула саламандра, обдавая жарким огнем.
Сейчас она была уже размером с крупного кота, а когда-то ведь помещалась у меня на ладошке.
— Почему?
— Ты единственная в этом месте, кто видит меня и имеет достойную силу. Хотя существует другой быстрый способ насытиться. Только ведь ты не захотела избавляться от той глупой девчонки.
— Даже не смей! – пригрозила я, вспоминая грустные глаза Ирри.
В последнее время все чаще ловила на себе ее задумчивые взгляды, которые она бросала в мою сторону, полагая, будто ничего не замечаю. Благодаря Огоньку я видела и слышала абсолютно все, что творилось в пансионе. От меня ничего не могло укрыться. Так что в ее присутствии имелись и свои плюсы. Пусть я и была бледнее мела, плохо себя чувствовала, зато многое знала. Например, мне стало известно, что многим девочкам приходят письма от родителей и близких, но выдаются они не всем. Оказалось, что я много раз получала послания от мамы, но все почему-то летели в камин. И если бы не Огонек, в последнее время приносившая мне их, никогда бы не узнала, что вскоре после моего отъезда у меня появилась сестричка.
— Между прочим, Ирри тебя обсуждает с другими послушницами! – неожиданно фыркнуло пламя. – Они частенько перешептываются о том, что ты прислужница Ранго̀ра!
— Да с чего бы они такое говорили? – я не поверила саламандре, хотя она ни разу меня еще не обманывала.
Прислужница темного бога? Это слишком.
— Тебя больше не ловят, но при этом ты до сих пор временами проказничаешь. Это знает и Ирри, с которой ты всем делишься. Уже больше года, как тебя не ловили на погрешностях, а мадам Олисья не прибегала к поркам соленым кнутом. Одна из послушниц сказала, что всю ночь провела в холодном подвале только из-за того, что неправильно вскопала грядку, а ты в это время даже и не вскапывала грядок. Думаешь, никто не замечает твоих уловок?
— А что они могут? – я пожала плечами, в чем-то соглашаясь с саламандрой.
Многие до сих пор вспоминали мне тот случай с порвавшимся кнутом.
— Избавься от Ирри! – в который раз предложило пламя. – Она всех науськивает. Она твоя соседка и ближе всех, нельзя никому верить.
— Да сколько можно?! – я вскочила на ноги, не сдерживая эмоций. – Это ты меня науськиваешь! Я не глупая, прекрати.
Видимо, разозлившись, саламандра еще сильнее увеличилась в размерах, отчего меня охватила дикая усталость и затошнило. Ноги подкосились, я ослаблено рухнула в траву, уносясь куда-то во тьму…
— Тшш, — чей-то ласковый бархатный голос ворвался в мое сознание. – Уже все хорошо.
Медленно открыла глаза, замечая рядом с собой странный белый свет. Я не сразу поняла, что свет идет от руки, только когда по щеке осторожно погладили.
— Нельзя баловаться с силами тьмы! – недовольно сказал тот же приятный голос и мягко добавил: – Еще б немного и ты бы просто выгорела.
Только сейчас поняла, что лежу на коленях незнакомого мужчины. Мы во дворе пансиона у того же дерева, где я потеряла сознание.
— Вставайте, не спешите только, — мне помогли сесть, а затем и подняться, придерживая за спину и руку. – Как вы себя чувствуете?
Почти сразу прислушалась к себе. Удивительно, но прежней слабости не было. Наоборот, во мне будто проснулись силы. Я с интересом посмотрела на незваного гостя, неожиданно понимая, что это, наверное, впервые за все мои двенадцать лет, когда ко мне кто-то обратился на «вы». К бесправной крестьянке!
У незнакомца была необычная завораживающая внешность. Молодой, худощавый, но довольно жилистый мужчина. По-летнему легко одетый для нынешнего времени года: строгий скромный покрой темного синего камзола поверх светлой рубахи, белые обтягивающие галифе и гамаши по щиколотку.
Привлекли меня в нем волосы. Они были у него черные и очень длинные, собранные в низкий хвост. Никогда просто не видела у мужчин таких длинных волос.
— Слуги Рангора опасны. Их не стоит слушать и тем паче потакать, иначе они воспользуются этим. Однако я удивлен, маленькая мисс, вы как посмотрю, не поддались его магии, поэтому он ведь и присосался к силе.
— Я не мисс... — совсем тихо прошептала, глядя на свои запачканные носки. — И я не знала о том, что саламандра слуга Рангора.
— Мисс, — не согласился мужчина. — Ведь передо мной магиня.
Он широко улыбнулся, а я впервые промолчала, просто не зная, что сказать. Кто этот мужчина? И что мне теперь будет? Ведь он раскрыл мою тайну.
— Давно черное пламя к вам обратилось?
Я никак не могла привыкнуть к такому обращению и чувствовала себя очень неловко, хотя где-то внутри мне это нравилось.
Черное?!
— Больше года.
— Сильная магиня, — он оценивающе взглянул на меня своими необычными желтыми как янтарь глазами. — Почему вы здесь? Это не то место, где должна находиться девочка со способностями. Необходимо выбрать путь, иначе этим воспользуются другие слуги Рангора, они любят переманивать на свою сторону не инициированных колдунов.
Мужчина говорил совершенно неясные для меня вещи, но почему-то мне хотелось его слушать.
— Я не могу быть магом, — удрученно покачала головой, вспоминая всем известные правила. — Магами рождаются.
— Чушь! — отмахнулся незнакомец. — Придуманная чистокровными магами, чтобы не было смешивания крови. А потом мы имеем черных незарегистрированных колдунов!
— Я правда не могу... — мой голос дрогнул.
Ведь я не знала, что со мной сделают, когда узнают о силе. Да еще и связи с темным богом!
— Идем! — неожиданно сказал мужчина, протягивая мне ладонь. — Нужно поговорить с настоятельницей. Магине не место здесь.
— Нет! — испуганно воскликнула, резко выдергивая руку. — Не говорите! Никто не должен знать, ведь я, моя жизнь… я все равно не могу покинуть пансион без разрешения лорда Венского!
Выпалила все на одном дыхании и испуганно замерла. Однако тогда я еще не знала, что встреча с этим мужчиной полностью переменит мою жизнь. Даст совершенно неожиданные и новые возможности. Маги — неприкосновенны, магам можно все и маг всегда вольный человек. В тот момент мне было трудно поверить в услышанное. Казалось, что кто-то выбил из-под ног землю, я в буквальном смысле потеряла опору и равновесие, будто в каком-то странном сне услышала заветные слова. По закону я имела право получить вольную от самого короля, чтобы отправиться в школу магии.
В тот же день мужчина отправил обо мне послание во дворец короля. Ответ пришел спустя неделю. Мне надлежало явиться к осени в столичную магическую школу.
Поэтому, с заветным листком вольной, поехала на лето домой. Тот загадочный гость пансионата позаботился даже о моей поездке и нанял для обычной девчонки целую карету! Прошло почти пять лет, как я не видела родных. Ведь все это время мне было запрещено покидать стены пансиона.
Гортил встретил бывшую бесправную крестьянку промозглой и сырой погодой. Я покинула теплую карету на рассвете и теперь шла знакомыми улочками, кутаясь в шерстяную накидку. На губах застыла грустная улыбка. Где-то в глубине души мне хотелось встретиться не только с родными, но и с тем, из-за кого лишилась счастья, с тем, из-за кого мне приходилось терпеть издевательства мадам Олисьи. Я часто представляла, как приду в особняк Венских, кину им в лицо вольную от самого короля, после чего гордо развернусь и навсегда уйду.
Впереди показался знакомый родной одноэтажный домик с небольшим двориком. Меня заприметили издалека. Почти сразу навстречу выбежала пушистая большая Васта. Она радостно залаяла и уткнулась мордой мне в колени.
— Кори?! — удивленный возглас мамы, и в следующее мгновение меня крепко обнимают. — Боги, Кори, это ты! Как же ты подросла, вытянулась... — мама с неохотой отстранилась, чтобы лучше рассмотреть. — И повзрослела! Отец, быстрее, выйди на двор, дочка приехала!
Меня вновь обняли, орошая строгое темное платье пансиона слезами.
— Как? Ведь...
Из дома вышел отец. Замер, словно не веря своим глазам, а после также крепко обнял, отчего захрустели косточки.
— Па-па...
— Отпусти ее! — мама легонько стукнула отца по спине. — Задушишь ведь.
Папа, извиняясь, улыбнулся и отпустил. Он у меня был крепким и крупным мужчиной.
— Мама? Папа? – незнакомый детский окрик и на двор выбежала маленькая, такая же, как я, конопатая рыжеволосая девочка. Удивленно на меня взглянула и замерла, хмуря светлые бровки.
— Ро̀нни? – сипло спросила я, впервые разглядывая свою младшую сестренку. – Ронни, это ты?
— А ты… — смущенно пропищала девочка тоненьким голоском.
— Кори! – с улыбкой представилась и вновь присела на карточки, выжидающе расставляя руки в стороны. – Ну же, Ронни, иди сюда! Я так давно хотела познакомиться с тобой.
Сестра замешкалась. Вопросительно посмотрела на маму с папой и только после их немого согласия подошла ко мне. Я понимала ее. Она впервые меня видит и знает только по родительским рассказам. И за это… он тоже когда-нибудь ответит!
— Пошли в дом, я приготовлю ужин, а ты все-все мне расскажешь. Мои письма к тебе, я так понимаю все же доходили.
Я улыбнулась. Мама, как всегда, сама обо всем догадалась. Вот только некоторые детали в своем рассказе целенаправленно опустила, например, о жестоких уставах пансиона, зная, что никогда не покажу родительнице свою спину.
Зато показала вольную и поделилась новостью о проснувшихся магических способностях. Самым странным оказалось то, что мама с папой даже не удивились!
— Я знала, что когда-нибудь это произойдет... — тихонько призналась мама, поднимаясь из-за стола. Затем подошла к небольшому шкафчику, достала деревянную задвижку, за которой оказалось нечто наподобие тайника. — Мама говорила, чтобы я отдала это тебе.
Мне протянули небольшую коробочку, перевязанную знакомыми «небесными нитями».
— Сказала, что откроешь ее только тогда, когда узнаешь о своей силе. Признаюсь, мы с отцом пытались, но так и не смогли.
— Так бабушка была магом?
— Правда?! — восхищенно воскликнула сестричка, все это время не отходившая от меня ни на шаг.
Ронни всего четыре года, а она уже довольно смекалистая, разве что не такая прыткая и смелая, как я. Более молчаливая и спокойная. Вопросы задавала не в меру взрослые. Чего только стоило ее: «А если ты теперь свободная, значит, и мы станем свободны?», «Если ты маг, то и я могла унаследовать дар?», «Тоже буду магом?!».
Вот только я и сама не знала ответов на многие вопросы.
— Нет… — через показавшееся невероятно долгим время покачала головой мама. — Она была видящей. Всегда говорила, что рано или поздно родится в нашей семье маг, и им станешь ты. Мама предвидела это, но я никогда всерьез не воспринимала ее слова, даже забыла об этой шкатулке.
После был долгий разговор за моим любимым маминым яблочным пирогом, и только ближе к вечеру я побежала к знакомым ребятам, на время словно бы вновь возвращаясь в детство. Они почти не изменились, только слегка вытянулись и теперь выглядели нескладными подростками. Им было интересно абсолютно все: как прошли мои годы в пансионе, что там происходило, как я вернулась. И, конечно же, я не могла не показать то, чему научила меня Огонек, а если быть точнее – темное пламя Рангора.
Рик изумленно расширил зеленые глаза, внимательно наблюдая за моими пальцами и возникшими зелеными искорками. Даже взъерошил свои и без того спутанные русые волосы, словно это могло помочь ему понять, в чем фокус.
— Как ты это делаешь? — он все-таки не выдержал первым. — Где секрет?
— Его нет, — пожала плечами, прогоняя искры. — Это всего лишь отголоски моей силы.
Друзья опешили, а я в ответ горделиво улыбнулась, довольная их реакцией.
— Да! Мне теперь не страшны никакие болотницы, ведь я буду учиться в школе магии.
— Не может быть?! — мне не поверили, а Рик и вовсе рассмеялся:
— Кто ж тебя туда возьмет? Там учатся только богатые и как минимум свободные!
— А я теперь свободная...
Почему-то мне надолго запомнился удивленный взгляд Рика.
— И лорд Венский больше не указ тебе?
— Неа! Сам король подписал бумаги о моем зачислении в магическую школу.
— Так пошли к Венским! — неожиданно предложил приятель.
Невольно в памяти всплыла моя вольная, лежащая сейчас в небольшой котомке. Я и правда планировала сходить в их родовое имение, а поэтому взяла с собой. Хотела посмотреть на их лица. Лорд Венский, наверное, уже знает, но нужно ведь сообщить лично.
Я улыбнулась своим мыслям и кивнула.
— Жаль только, не услышим! — выдохнул один из мальчишек.
— Услышите.
Сама не знаю, откуда пришло это знание, но я вдруг поняла, что если захочу, действительно услышат. Ветер донесет мои слова.
И вот, спустя несколько лет, я вновь стою перед ненавистной дверью с тяжелым кольцом. Один удар, второй, третий — и мне открывают.
— Добрый день! — удивился знакомый мужчина, который уже встречал однажды нас с мамой. Судя по всему, он даже не узнал меня. — Чем могу помочь?
— Я к лорду Венскому! — решительно заявила я и тут же представилась своим полным именем: — Лэко̀рил.
— Лэкорил? — знакомый голос раздался откуда-то сверху. — Оно не подходит тебе, слишком мягкое и женственное, Кори, тем более для крестьянки.
Чересчур резко подняла голову, встречаясь взглядом с сыном лорда Венского. В чем-то он прав, мое имя отличалось от других, деревенских детей так не называли. Однако сейчас мои мысли были заняты другим. Я с интересом рассматривала юного господина. Он стоял на лестнице, облокотившись на перила и слегка склонив голову. Это не был больше тот белобрысый худой мальчишка, теперь передо мной стоял вытянувшийся юноша с очень серьезным и спесивым лицом. Сколько ему? Шестнадцать? Семнадцать?
— Ран, ты можешь оставить нас, — приказал младший Венский и кивнул мне, чтобы я поднялась.
Он пригласил меня в кабинет. Я отказалась сесть, встала возле открытого окна, помня о своем обещании ребятам.
— Они не услышат, — неожиданно проговорил младший лорд, каким-то образом угадывая мои мысли. — Особняк оплетен защитной сетью, нейтрализующей любую магию. В том числе и природную с обращением к стихиям. Впрочем, я удивлен.
Юноша сложил руки перед собой и слегка придвинулся, напоминая сейчас всей своей позой отца.
— Маг?
— Свободный маг!
Его губы тронула снисходительная улыбка.
— Да, наслышан. Отец перед отъездом получил письмо. Только что ты собиралась ему сказать? Прийти и кинуть к ногам свою вольную? Разве ты свободна на самом деле? Твои родители, друзья, дом, где ты выросла — все это принадлежит нам. А ты, получив от богов дар, стала еще более бесправной.
— О чем ты? — я напряглась, забывая все слова, которые хотела высказать ненавистному мальчишке.
— «Вы», — исправил меня юноша. — Ваше благородие! Не забывайся, ты пока еще не маг и статуса никакого не имеешь.
А он сильно изменился и повзрослел.
— Маги — марионетки короля, — неожиданно горько выплюнул Венский. — И в то же время прислужники богов. Быть магом — это не шанс на свободу, как ты, наверное, подумала, направляясь сюда, чтобы объявить о полученной вольной. Нет, маги заложники игр высших, не более. При поступлении в школу ты пройдешь обряд инициации, где определится сила и твой покровитель. И знаешь... — тут он неожиданно посмотрел мне в глаза. Без злости или высокомерия, скорее устало и с какой-то грустью. — Обычный человек, пусть даже в неволе, куда свободнее. Безмерные права магов лишь мишура, а на деле ты поймешь, какое это бремя.
И он был прав. Я поняла это потом, спустя года, а тогда, в тот момент, в особняке Венских, лишь встряхнула рыжей копной и сделала то, ради чего шла. Высказала мальчишке все, что думала. Ведь теперь я была не в его власти. Но главный вопрос так и не задала – не спросила, почему пять лет назад он так со мной поступил.
А он и не думал что-либо говорить в ответ, отрицать или спорить. Просто улыбался, выслушивая мою по-детски эмоциональную и гневную речь. И уже уходя, я не удержалась, чтобы не сказать: «А мои родители и друзья… Поверь, я стану настолько известным магом, что выкуплю у вас весь Гортил!»
В ответ мне лишь рассмеялись: «Попробуй!»

Глава 3

Магическая школа оказалась очень большой и красивой. Наверное, как сам дворец короля! С бесконечными башнями, балконами и витражными окнами. Она находилась на территории леса у подножья гор, в отдаление от Кургода — столицы Руты.
На огромной площади перед главным входом собралось много магов: и детей, и взрослых. Обряд поступления – древний красивый обычай, который проходят все нововступившие. В этом году нас было двенадцать. Восемь мальчиков и четыре девочки разных возрастов. Самому маленькому – семь, а вот высокая темноволосая аристократка была лишь на год старше меня.
Перед нами находились три алтаря с подношениями разным богам. Это светлая богиня Има̀ра, которая принимает к себе целителей и знающих, бог А̀рон — покровитель войны, дающий силу и мужество, темный Рангор, обучающий искусству некромантии и черного мрака. Иногда третьего бога называли еще богом смерти. На его факультете было меньше всего учеников. Я заметила только семерых в темно-синей форме.
Поступающим следовало подойти к каждому алтарю, и тот бог, что ответит, станет нашим покровителем до конца жизни. Мадам Элиир, приятная тучная женщина, встречающая нас у входа, рассказала, что бывали даже случаи, когда боги не отвечали, хотя у ребенка имелся дар. Это мне не понравилось. Нет, не так. Напугало! Я по-настоящему испугалась. Вдруг боги откажутся от меня? Что, если меня отошлют обратно? Об этом я ни разу не задумывалась, будучи уверенной, что все... теперь я маг. Теперь я свободна!
Меня бросило в жар, когда маленький мальчик не дождался ответа. Он выполнил все, как того требовал обряд — взял землю, поднес факел и оросил собственной кровью древний камень. Однако в ответ была лишь тишина, боги почему-то молчали. Поэтому, услышав собственное имя, испуганно вздрогнула. Задрожали коленки, взмокли ладошки и даже закружилась голова. Страх поселился в душе, не давая сделать шаг вперед, но я заставила себя и, сжав кулаки, решительно ступила к подношениям.
На первом алтаре стояла чаша с прозрачной водой, а вокруг лежали травы и святая земля. Многие из них я знала, как знала, что надлежит делать. Отпила глоток воды, взяла горсть земли и раскрыла ладошку. Дуновение дыхания. Мгновение. Земля осыпала травы. Сердце замерло.
В висках неприятно застучало. Страх сковал по рукам и ногам. Уже не так уверенно ступила ко второму алтарю. Дрожащей рукой взяла факел. Надо было зажечь огонь и ждать благословения Арона. Если примет к себе – взметнется пламя к небу, а нет – зашипит в ответ.
Выполнила. Тяжело вздохнула, чувствуя холодный липкий страх. Оставался последний алтарь. К нему я шла медленнее всего. Кажется, даже не дышала. Мне настолько было страшно, что даже не почувствовала боли от острого кинжала. Кровь закапала на алтарь…
Шло время. Три алтаря молчали. На первом ни одна травинка не распустилась, ни один цветочек не одарил лепестком, наоборот – растения неожиданно покорежились и иссохли. Огонь Арона тоже не отвечал. Только полыхнул слабенько, да так и замер, продолжая гореть ровно и без изменений. Для меня будто все остановилось. Я со страхом перевела свое внимание на третий алтарь…
Пожалуйста! Я не могу вернуться назад. Не могу вновь стать рабой Венских!
Меня словно услышали. Случилось чудо! Загорелся алтарь древними символами, впитывая мою кровь. И стала я с той секунды слугой темного бога Рангора…

***
В школе оказалось сложно. Из-за того, что у меня не было фамилии, все сразу понимали кто я. Среди крестьян не было принято давать нечто говорящее о принадлежности к роду, имелась только кличка либо имя. Однако я быстро вступала в силу и обладала хорошим потенциалом, благодаря чему могла за себя постоять. Вот только на территории учебного заведения существовал строгий наказ в отношении магии, поэтому если ловили…
Это случилось в мой первый месяц. Я сидела во дворе школы и читала книгу. Учеба сразу меня затянула, вот только молодые лорды и леди не были довольны таким положением дел и всячески пытались задеть крестьянку-оборванку.
Ребята ненамного старше, может лет четырнадцать-пятнадцать, обступили меня в круг. Разные словечки летели в мою сторону. И может, я стерпела бы, но они схватили меня за руки и потащили к выходу:
— Маленькая грязь, тебе не место среди нас!
Они были сильнее. И их было больше. Меня скрутили в один миг, а я не могла ничего сделать.
— Либо ты по-хорошему отсюда уйдешь, либо твоя жизнь превратится в подземелье Рангора!
— Я и так его слуга... — с кривой улыбкой ответила я, но мне просто грубо заткнули широкой ладонью рот.
Я вырывалась, извивалась, только меня крепко держали. Это вышло само собою, ведь откуда первогодке знать, как контролировать собственную магию и потоки. В какой-то момент моя сила оттолкнула ребят и я, воспользовавшись этим, попросту сбежала, не зная, что из окна директорского кабинета за мной наблюдают.
В тот же миг я была вызвана в кабинет мистера Орана. Он спокойно спросил, знаю ли я о правилах школы. Слушала ли вводную лекцию о применение магии в стенах школы?
Я на все кивала, не желая врать. Но как только попыталась объяснить, что не намеренно призвала магию, просто защищалась, мужчина остановил поток моей речи. Поднял руку, заставляя замолчать.
Тогда меня впервые отвели в комнату «наказаний». Я и представить себе не могла, что и в школе магов могут быть наказания. Куда более жестокие, нежели в пансионе, болезненнее любых самых соленых розг. Ведь здесь к ученикам применялась не физическая боль, которую я научилась терпеть, а самое настоящее моральное истощение. Провинившегося запирали в комнате без окон и дверей, в месте, где магия будто бы засыпала. Тебя лишали чего-то очень важного. Как если бы вдруг пропало зрение или слух! Ты задыхался, не понимая, что происходит. Не чувствовал даже собственного резерва и силы.
На время я словно возвращалась в прошлое, где была обычной. И тогда впервые вспомнились слова белобрысого лорда: «Маги не свободны!» Мне предстояло еще не раз переосмыслить эту тяжкую науку.
Были и свои плюсы. В отличие от закрытого пансиона, школа отпускала детей домой на каникулы и имела свой собственный бюджет, который полностью оплачивал обучение таких, как я. Мне предоставлялась форма, школьные принадлежности, бесплатные завтраки и обеды, проживание в общежитии.
Несмотря на строгие правила по отношению к использованию магии я радовалась новой жизни. Ведь эта новая, пусть и не легкая судьба избавила меня от пансиона! Я имела все, что хотела, а наученная горьким опытом, старалась не попадаться на использовании магии. Мне даже не было одиноко, хоть настоящих друзей я так и не завела. Единственным близким существом стал подобранный щенок, которого я прозвала Шорён. Школа разрешала держать учащимся животных. Для них за конюшней была отведена отдельная большая территория с вольерами, куда я частенько сбегала.
Мой факультет избегали и пропускали в коридорах, но не меня… за мой счет богатенькие дети развлекались. Они жаждали, чтобы я оказалась в черной комнате. На какие только ухищрения не шли…
Однажды я возвращалась с урока. Одноклассница позвала меня в коридоре и попросила помочь. Признаться, с опаской отнеслась к просьбе, но подошла. Сто раз потом жалела, что не послушалась собственной интуиции. Меня заперли в классе, где уже ждали старшие ребята в зеленой и красной форме.
Сначала были угрозы. Пытались заставить прибегнуть к магии, грозясь избить. Не подействовало. Меня начали оскорблять. Что только не говорили и как не называли. Будто я нищая крестьянка, которой никогда не стать магом. Мне лучше уйти по-хорошему! Если не сделаю, как они велят – меня заставят, а скажу кому – избавятся от беззащитного щенка.
Я терпела. Терпела, когда меня толкнули на пол. Терпела, когда ударили в живот, и меня скрутило пополам. Когда били по лицу и рукам. В какой-то момент я чувствовала боль повсюду, но лучше так, чем вновь ощутить себя обычной. Лишиться магии и просидеть сутки в запертой темной комнате, постепенно сходя с ума.
— Ребята, Нэрдок идет! — я услышала знакомый голос девчонки.
Меня каждый из пятерки ударил, прежде чем сбежать. Я могла лишь тихонько скулить, свернувшись калачиком и постанывать.
Шаги все ближе. Перед глазами плывет. Тошнит. Я ощутила, как меня осторожно подняли. Знакомый голос что-то сказал, но я не расслышала. Меня накрыла спасительная тьма, перед которой успела подумать, что, может, лучше была бы комната. А еще мне тогда впервые почему-то приснился лорд Венский… как мы маленькие ходили на то самое болото с болотницами.
На следующий день, ко мне пришел Горан Нэрдок. В светлой комнате лечебного крыла никого кроме меня не было. Учитель нахмурил темные брови, поджал губы и подошел к моей кровати.
Мне было нехорошо, но я старалась этого не показывать. Попыталась сесть и приветственно склонить голову. Мне не дали: мистер Горан тут же остановил, а затем взял возле окна стул, придвинул его ко мне и сел.
Я молчала. Знала, что ничего не скажу. Дело не только в угрозе моему щенку, нет, я прекрасно понимала кто они и кто я. И как бы ни радовалась возможности стать магом, между нами в действительности была огромная пропасть.
Более того, многие учителя закрывали глаза на происходящее внутри этих стен, если оно не выходило за рамки школьных устоев. И то, что мистер Горан сейчас попытается выведать, кто это сделал, ничего не изменит. А я слишком дорожу шансом здесь учиться, чтобы взять и так глупо выбыть. Ведь им ничего не будет, лучше избавиться от меня. Нет меня — нет проблем. В самом начале я еще пыталась что-то доказать, но быстро поняла, чем мне это грозит.
— Кто это сделал? — мягко спросил учитель.
Он, наверное, единственный, кому было дело до таких учеников как я. А ведь нас в школе немного, а тем более тех, кто был в прошлом бесправным. По-моему, я — единственная! В любом случае, об остальных пока забыли. Ведь появилась новая игрушка, которую избегали даже такие же дети как она, лишь бы не попадаться на глаза лордам.
— Ученица Лэкорил, я ведь не для того дал вам этот шанс, чтобы вы терпели издевательства. Это Ра̀сго со своими дружками?
«Это все», — криво улыбнулась в ответ, но промолчала. Я благодарна учителю за то, что он встретился на моем пути. Ведь если бы он не пришел тогда в пансион, я бы может, никогда сюда не попала.
Значит, ни за что не сдамся!
— Вы же знаете, кто бы это ни был, им ничего не грозит, — спокойно проговорила я, замечая в глазах мужчины удивление. — А я не хочу потерять возможность стать магом.
— И не потеряешь! – неожиданно перешел на неформальное обращение учитель. — По закону никто не может тебя исключить из школы.
— Только если я не нанесу вред магией, а они смогут доказать и сделать так, чтобы меня вовсе лишили силы.
Самое страшное наказание для мага, нарушившего устав, который нас заставляют учить с первых дней. К нему стараются не прибегать, так как каждый маг — это дополнительная сила. Тем более сейчас, когда границы нашего королевства начинают слабеть под натиском других сильных империй, желающих заполучить наши земли. Ежегодно король отбирает в армию лучших из лучших, хотя люди все равно продолжают умирать, на границах погибает невероятное число магов, и все же… пока нам удается выстоять перед могущественными соседями!
— Для своего возраста ты мыслишь слишком по-взрослому.
Возможно. Мне не впервые это говорят.
— Научите меня драться.
— Что? — искренне удивился мужчина.
— Если уж магией нельзя, то хотя бы буду уметь защищаться в бою.
— Вы ведь и так изучаете методы защиты в случае истощения резерва.
— Это все не то! Пока мы проходим только теорию, да и слуги Арона овладевают боем намного искуснее нас.
— Откуда тебе известно?
— История, — я улыбнулась. — Темные маги никогда не вступают в ближний бой, сражаясь на отдалении.
— Вот именно, — он недовольно нахмурился, — как ты сама подметила, маги Арона владеют искусством боя лучше.
— Они только учатся, а вы их наставник. Мистер Лон не научит меня тому, чему вы! И я не понимаю, почему идет такое разделение. Неудивительно, что нас так мало.
Я даже начала подумывать, что неспроста. Нас боятся, а значит должна быть слабость.
— Как только ваш курс дойдет до основ закона трех богов, — туманно проговорил мужчина, — ты и сама поймешь причины.
— Прошу, учитель, научите.
— Ты одна не устоишь перед…
— Я стану сильнее всех вместе взятых! — решительно заявила я, перебивая мистера Горана.
И не знаю почему, но учитель согласился. Так начались мои занятия. Проходили они поздно вечером. Никто не должен был о них узнать. Это могло плохо для меня кончиться. Богатые дети и так относились ко мне жестоко, не хватало еще, чтобы они прознали о моих индивидуальных уроках. Радовало, что учителям позволялось колдовать, благодаря чему наши занятия проходили бесшумно. Ведь их магия была санкционирована, в отличие от нашей. Ученики же отмечались в Ковене магов Руты только после выпуска. Проходили специальный обряд и только тогда официально получали определенную ступень и возможность применять магию.
Однажды я даже чуть не попалась, когда возвращалась от учителя через хранилище знаний. Комендантша застукала уже после закрытия, но мне удалось выкрутиться. Не задумываясь, ответила первое пришедшее на ум: «Заснула!» Это частенько меня выручало, а может, добросердечность мисс Руни?
Занятия дали свой прогресс. Когда у нашего класса начались «настоящие» уроки — настолько настоящие, что нам даже не давали деревянного меча! — я уже умела держать стойку, становиться в защиту и немного управляться с оружием. Учитель показывал мне азы, но явно куда большие, нежели проходили прислужники темного бога. Не знаю, чем заслужила такое доверие, но я усердно старалась, занимаясь до изнеможения.
Однако прекрасно понимала, что до навыков моих обидчиков мне пока далеко, хоть я и делала успехи. Да и маги Арона познавали не просто азы, а изучали магическое содействие с оружием. Потому мне все равно нужно было что-нибудь придумать. Что-нибудь такое, чтобы защитить и себя, и щенка. Уверена, они так легко не прекратят измывательств.
Идея пришла совершенно случайно, когда у себя в комнате я привычно подошла к столу и достала бабушкину шкатулку. Всегда доставала ее, когда мне было плохо, хотелось отвлечься или подумать. Внутри лежал целый клубок небесных нитей. Не знаю, что бабушка хотела этим мне сказать, но на душе становилось легче, когда я плела. Вспоминалось, как была совсем маленькой и сидела на бабушкиных коленях, чувствуя тепло родных морщинистых рук.
Грустно улыбнулась. Перед глазами всплыла давно забытая картинка: вот я маленькая протягиваю браслет неблагодарному белобрысому мальчишке, а он просто берет и выкидывает его!
Интересно, какому богу он принадлежит? А его отец? Раньше я никогда об этом не задумывалась, но в последнее время частенько стала задаваться вопросом. Почему-то мне казалось, что он слуга бога Арона.
Именно такие мысли меня одолевали, когда плела жгутик, чтобы занять руки. И уж точно никак не предполагала, что нити внезапно заблестят и исчезнут. Сперва испугалась, что это я что-то сделала, но нет, никаких всплесков магии не было. Ведь за этим тут строго следили.
— Бабушка, что же ты еще скрывала?
Самое странное как бы потом не пыталась отыскать хоть что-нибудь об этих нитях, не могла. Но ведь я не чувствовала их силу и была уверена, что это нечто обыденное в мире магов. Теперь же не знала, что и думать. Что могут еще небесные нити? В шкатулке не было ничего, кроме них. Да и когда я заселялась, определитель молчал. Тогда я не обратила на это внимания, еще не зная всего, но сейчас задумалась. В школе запрещались любые магические предметы, а клубок со мной. Как же так?
Потянула за невидимую нить, скорее действуя интуитивно, нежели осознанно. Она сплеталась с другой, создавая один из любимых бабушкиных узоров. Я продолжила выплетать крючком рисунок, к концу вечера чувствуя неприятную слабость. Кажется, этот подарок тянул мои силы. Когда же закончила, нити заблестели и вспыхнули, оставляя за собой совсем несложный аркан. Я с удивлением узнала его, так как мы недавно проходили эту тему на уроке – спокойствие и умиротворение. Но это значит…
— Быть не может! – изумленно ахнула.
Выходит, что все бабушкины узоры не были обычными узорами? Неужели нитями можно плести магические арканы?! И при этом школьная защита не сигналит. Но каким образом? Пусть я и не колдовала, только плела, но ведь слабость есть, да и резерв немного опустошен. Значит, нить сама забирала мою магию? Только как? Любой выброс магии отслеживается.
— Бабушка, ты гений! – я не удержалась от очередного восторженного окрика в пустоту. — Где только взяла их?
Именно тогда я осознала, что могу защитить себя и моего единственного друга. Проучу аристократов! Единственное, чего никак не могла понять – почему не было всплесков магии?! Да и как так, чтобы ни в одной из книг ничего о них не было?.. Может быть, «небесные нити» — чисто бабушкино название? В действительности они называются как-то иначе? Но спросить о них я не решалась. Да и не хотела!
Каждый вечер после тренировок с мистером Гораном я поднималась в хранилище знаний. Вне зависимости от своего состояния, изучала арканы, которые мы еще не проходили. И первым в моем списке был защитный. Сложный, но я упрямо зазубривала каждую формулу, поворот, сплетение и отдачу. Ведь все это потом повторяла с нитями, невероятно изматываясь и почти не высыпаясь.
Но оно того стоило. Спустя неделю у меня был готов невидимый ошейник, имеющий в себе аркан сильного щита.
А ведь бабушка в основном плела арканы исцеления. Ни один из ее узоров не был сильнее нулевого уровня. Но ведь и силы у нее не было. Как же так? Ведь когда я плету, отдаю часть магии. Или это потому, что все мои узоры другого уровня? В магии существовала пятиуровневая ступень сложности. Нулевой — совсем слабый, в основном заговоры и молитвы, направленные на исцеление и лечение. Им даже владели люди с совсем слабым даром, не имеющие ранг мага. Чаще всего это те, кто еще даже не начал своего обучения или не прошли обряд выбора. Первую ступень имеет каждый маг, как только получил благословение бога. Именно с этого ранга начинается чаще всего разделение, в зависимости от умений, практики и силы собственного резерва. Талантливые дети довольно быстро достигали второго уровня. Им подвластен больший круг заклинаний, более сложные формулы и навыки собственной специальности. И только по окончанию школы маг мог получить третий ранг, дающий право поступить в единственную королевскую магическую академию, чтобы продолжить более глубокое обучение в своей специальности. Очень часто с третьим рангом маг уже мог работать в определенных сферах. Однако престижный и могущественный четвертый ранг – степень магистра, получали после академии. И последний, самый сильный, которому покровительствуют боги – пятый ранг, его мало кто достигал. Учителя рассказывали, что люди с таким уровнем уже давно не рождались.
Утром перед уроками я отправилась за конюшню, где находились вольеры. Там меня сразу же встретил мой маленький черный друг. Щенок радостно залаял при виде хозяйки и тут же кинулся ко мне, утыкаясь мокрым носом в ноги.
— Привет, мой маленький! — я опустилась перед ним на корточки, доставая невидимый ошейник. — У меня для тебя кое-что есть.
Я погладила малыша по холке. Улыбнулась ласково и осторожно надела подарок. Ошейник в тот же миг блеснул, а затем будто бы впитался в шерсть самого щенка. Шорён удивленно пискнул, на миг замер, и с прежним восторгом завилял хвостом, утыкаясь мордочкой мне в ладошки.
— Ох, Шорён, теперь я спокойна. Никто. Ничего. Не посмеет. Тебе. Сделать. А попытается – сам пожалеет.
Был в моем ошейнике маленький сюрприз. Когда я плела его, меня охватило вдохновение. Под эмоциями изменила слегка узор известного мне проклятия первого уровня и вплела несколько новых рисунков. Не знаю, откуда пришли эти знания… правда ли вдохновение? Моей целью было не только защитить, но и проучить. Но так, чтобы никто не подумал на Шорёна или меня. Привлекать лишнее внимания я не хотела. А вдруг про нити узнают? Накажут и заберут?
Не рискнуть тоже будет глупо. Если есть возможность, стоит попробовать. Терпеть измывательство Расго с его компанией не намерена.
Так что на урок пришла в хорошем расположении духа. Страх, сжимавший все это время сердце, отступил. Я наконец-то не боялась, что моему щенку причинят вред. Это придало сил. На уроке я стала единственной, кто смог создать аркан темного дыма — полезное умение приспешников Рангара, благодаря которому можно ослепить и сбить с толку.
Меня похвалили, а одноклассники одарили недовольными взглядами. Но я только улыбнулась. Ничто не могло испортить моего приподнятого настроения. Однако вечером, когда пошла проверить своего четырехлапого друга, заметила изменения в своем плетении. Оно явно было нарушено, будто исчерпало свои силы. Я не сразу поняла, что произошло, только когда по школе поползли слухи о внезапной болезни Расго. Видимо, мое измененное проклятие сработало. Но благодаря нитям никто не мог понять, что именно творится с учеником. Он метался в бреду, изредка вырываясь из плена.
Признаться, я до последнего не была уверена, действительно ли это моих рук дело. Но когда стали проверять вольер, поняла — Расго в самом деле со своими дружками что-то пытались сделать с Шорёном. Вот же сволочи!
Учителя ничего не нашли. Совсем. И это еще сильнее убедило меня, что бабушкин подарок невероятно могущественный. Но откуда он у нее?
Я не могла этого понять. Впрочем, мне следовало укрепить защиту в невидимом ошейнике. Ведь высвободив проклятье, плетение разрушилось. Поэтому я снова вечерами просиживала в библиотеке, а на занятиях с мистером Гораном была невнимательна, что не могло укрыться от учителя.
— Что случилось?
— Ничего... — я попыталась принять стойку, но руки предательски задрожали от слабости.
Я снова всю ночь выплетала узоры.
— А правда, что Расго планируют увезти? — сипло спросила, с каждым днем чувствуя все большую вину.
Да, я хотела проучить старшекурсника, но уж точно не желала ему смерти. Проклятье должно было через время рассеяться само. Оно было даже ниже моих возможностей – всего первого уровня! Я лишь немного изменила переплетения. Поэтому не понимала, как мое заклинание могло дать такой странный эффект.
— Да, это так, школа не может понять, что с ним. Ничего не помогает. Его отвезут в Ковен магов, где им займутся лучшие целители. А почему тебя вдруг интересует? Расго не тот, за кого бы ты стала беспокоиться.
— Просто любопытно! – соврала я.
— Ты сегодня не собрана, так что закончим, — недовольно произнес учитель. — Иди к себе, я открыл путь.
Послушно кивнула и выскользнула из полигона. Но не в общежитие, как обычно, а в западное крыло. Коридоры встретили меня тишиной. В такое время уже никого не было. Так что мне легко удалось пробраться к нужным дверям лечебного крыла. В небольшой светлой комнате было всего двое: Расго, лежавший под окном, и мисс Онали, пожилая целительница академии четвертой ступени. Она задремала у кровати и не слышала, как я вошла.
Мага было не узнать. Он осунулся, исхудал, под глазами залегли круглые тени. Его сон был нервным и неспокойным, будто бы мучил кошмар. Взмокшие каштановые волосы слипшимися прядями спадали на бледное лицо.
— Да̀ронн? — я осторожно подошла к кровати.
Но ни Расго, ни пожилая магиня Пресветлой богини не услышали меня. Что же пошло не так? Я внимательно посмотрела на старшекурсника. Казалось, из него что-то выпивает силу, высасывает жизнь. Это, наверное, видели и учителя. Но не могли увидеть знакомую мне голубую нить на пальце юноши. Я почти сразу заметила ее: она обвивала указательный палец подростка.
Так вот почему проклятье не исчезло?! Каким-то образом он зацепил само плетение и нить осталась на нем. Бабушкин подарок куда опаснее, нежели я предполагала. Но как? Как все-таки Расго смог нарушить плетение? Оно должно было просто само сработать при опасности для Шорёна.
Я сорвала ниточку, замечая, как одновременно порвалась и невидимая связь, тянущая жизнь из старшекурсника. Расго словно почувствовал, зашевелился и открыл яркие синие глаза.
— Ты?!
Вот же...
— Поправляйся! — с натянутой улыбкой пожелала я и убежала, не дожидаясь пока проснется мадам Онали или сбегутся учителя.
Но я понимала, что маг не станет молчать. Расскажет, что приходила. И тогда точно свяжут со мной... Впрочем, что именно? То, что я была у Расго? Или то, что он вдруг выздоровел? Что здесь такого?
А внутри все равно поселился неприятный холодок. Вдруг кто-то из учителей все же поймет? Узнает о бабушкином подарке…
«Не бойся, милая, небесные нити не оставляют следов!»
Испуганно замерла. Нервно оглянулась, но рядом никого не было. Коридоры все также пустовали. Но я могла поклясться, что этот шепот принадлежал бабушке.
— Ты просто устала, — успокоила саму себя и вернулась в комнату.
Вот только почему все-таки проклятие первого уровня так неожиданно сказалось? Даже если Расго и задел плетение, то как нить осталась на нем? Почему? Узнать бы больше об этих волшебных нитях, да негде.
С такими тяжелыми мыслями я уснула. А на следующий день все только и говорили о неожиданном выздоровлении Даронна Расго. Но самое странное, меня не спешили вызывать к директору или допрашивать. И я не понимала почему, ведь была уверена, что расскажет.
Впрочем, ответ на этот вопрос я получила спустя несколько дней. Меня все-таки подкараулили. Не успела ничего сделать, как растерянную ученицу Рангора грубо затолкнули в класс и заперли.
— Настало время поговорить по душам!
— С чего ты решил, что я стану с тобой говорить? – я со злостью посмотрела на Расго, совсем не удивляясь.
— С того, что ты причастна к случившемуся.
— Нет.
— Ты думаешь, при большом желании я не смогу сделать так, чтобы твоего щенка выкинули на улицу? Да и тебя заодно.
— Не можешь, — хотела сказать уверенно, но голос все равно предательски дрогнул. — Закон магов гласит, что без доказательств не вершится суд. Какие бы у тебя ни были связи, выгнать меня лишь на основании слов ты не имеешь права. Я не использовала магии.
— А что тогда?
— Ничего! Все это лишь твое воображение. Пришла я к тебе. И что с того? Хотела просто насладиться твоим беспомощным состоянием. Так что не придумывай того, чего нет.
— И то, что я вдруг слег, как только взял на руки твоего щенка, просто совпадение?
— Видимо да, — я и глазом не моргнула. — Все вольеры и конюшни проверили, там ничего не нашли. Но... что ты хотел сделать с Шорёном? Зачем брал его?
— Ты глупая, если думаешь, что поверю твоим словам. — На мои вопросы он и не думал отвечать.
— Нет, Расго, это ты глупый, если полагаешь, что я заколдовала тебя. А теперь выпусти меня!
— Я этого так не оставлю.
— Хорошо.
Двери распахнулись. Я воспользовалась этим и выскользнула, понимая, что он действительно так легко не оставит меня в покое. Захочет докопаться до правды. Несмотря на свой мерзкий характер, глупым Даронн не был.
Ждать долго не пришлось. Расго взял в привычку следить за мной. Мне все сложнее было незаметно ходить на занятия к мистеру Горану, о чем я и сказала учителю. Маг отнесся вполне спокойно к этой новости и заверил, что даже если кто прознает о занятиях, директору уже все известно. Более того, слуга Арона имеет право ежегодно отбирать к себе в команду учеников. И он собирается взять меня к себе, поэтому и подготавливает ко дню выбора .
Только боялась я не этого. Ревность учеников — дополнительная причина возненавидеть бывшую крестьянку. Впрочем, поймать Расго меня не мог. Он лишь видел, как я вхожу в корпус и исчезаю благодаря магии учителя. Казалось, будто просто пропадаю в длинных ходах хранилища знаний.
Пристальное внимание парня также не давало закончить работу над новой защитой для моего четырехлапого друга и снова надеть ему невидимый ошейник. Я боялась в открытую это делать, зная, что на хвосте Расго.
Потянулись долгие учебные дни. Вскоре мне исполнилось тринадцать, и я получила свое единственное поздравление и подарок от мистера Горана. Не передать словами, насколько я была счастлива, когда получила бумагу с собственной фамилией! Теперь я не просто бывшая смердка Кори, а полноправная магиня – Лэкорил Риддис. Учитель сам подбирал мне фамилию и собрал все бумаги.
После этого на некоторое время меня даже оставили в покое. Хотя, возможно, дело было в том, что началась подготовительная неделя проверочных испытаний. У юных магов не было времени просто поспать, не говоря уже о том, дабы устраивать кому-то темную.
— Заново! — в который раз приказал мистер Горан.
Мы занимались с ним уже больше часа. Раз – шаг вперед, два — взмах, три – выпад, четыре – увернуться от атаки и встать на исходную позицию. Он заставлял меня повторять и повторять, до тех пор, пока движения не станут полностью независимыми от разума. Мне было настолько жарко, что даже прохладный осенний ветерок, гуляющий по залу, не помогал. Учитель распахнул все окна, так как здесь было очень душно.
В тысячный раз вернувшись на исходную позицию, я не удержалась от усталого выдоха.
— Так, хватит! – остановил счет Горан Нэрдок и я, не устояв на ногах, позорно упала прямо на холодный пол. Из вмиг ослабевшей руки выпал тупой учебный меч.
— Становись на исходную! — недовольно скомандовал учитель. — Попробуем с нормальным клинком на равных позициях.
Я вновь тяжело вздохнула и поднялась, стараясь не обращать внимания на гудящие конечности. Решительно подошла к мужчине, взяла легкий короткий меч и встала в позицию.
Миг – и мелодично зазвенели клинки, сталкиваясь в неравном сражении. Шаг, взмах, пируэт, выпад. Все так же, как делала несколькими минутами ранее. Это было сродни танцу: я кружилась, уходила и пыталась дотянуться до мага, а он словно ветер ускользал.
— Скоро будет выбор, и если ты не пройдешь, то не сможешь оказаться в моей команде.
— Знаю! — я вновь сделала выпад, легко уходя от атаки учителя.
Но лишь на первое мгновение. Он подсек меня со стороны, и я удивленно рухнула на колени.
— Плохо, Лэкорил, этого не достаточно, чтобы попасть в мою команду. Против магического меча ты не выстоишь. На моей памяти с твоего факультета только единожды обучались у меня. И то, потому что мальчик был хорошо обучен.
— А почему вы так хотите, чтобы я была у вас? — я с интересом склонила голову. — Почему я?
— Наверное, потому что ты напоминаешь меня... — туманно ответил мужчина и продолжил тренировку, не вдаваясь в подробности.
В комнату я вернулась невероятно измотанная и уставшая, но спать не пошла. Приняла душ. Это была еще одна маленькая радость магического мира и столицы. Первое время мне было очень неуютно, но совсем скоро я привыкла и уже просто не представляла, каково это тащить ведра и подогревать воду. Да и зачем, когда маги придумали столь удобное приспособление как душ?!
За работу я села за полночь. В этот раз побоялась вплетать арканы проклятий или экспериментировать. Только защита. И все равно уходило слишком много сил, отчего дико хотелось есть, а яблоки, которые частенько сгрызала между уроками, совершенно не утоляли голод.
В школе круглосуточно была открыта столовая. Маги всегда сильно выматывались и поздно возвращались с занятий, поэтому в расписании стоял поздний ужин в девять вечера. Но бывало, что ученики даже на него не успевали. По этой причине в столовой всегда дежурила ночная смена. Ароматный куриный бульон каким-то удивительным способом быстро восстанавливал силы.
Ноги не хотели меня слушаться и дрожали от слабости. Перенапряглась. Я останавливалась через каждые несколько ступенек, прислоняясь разгоряченными руками к прохладным перилам, а затем вновь упрямо спускалась. Если не поем – совсем упаду. Как же я устала. Радуясь тому, что буду магом, ни разу не задумывалась, насколько это может быть трудно. В какой-то момент слабость взяла свое и я пошатнулась...
Чьи-то руки в последний миг спасли меня от падения, осторожно обхватив за талию.
— Безродная, ты чего?! — мне даже оборачиваться не пришлось, чтобы понять кто за спиной.
Он все так же следит? Не оставил попыток узнать, что тогда произошло.
— Спасибо! — раздраженно поблагодарила и сделала шаг вперед, высвобождаясь из кольца рук.
— Не за что, я просто вернул долг.
Я удивленно обернулась к Расго.
— Тогда в лечебном крыле, — просто сказал он, — чтобы ты ни говорила, но я видел, как ты что-то сняла с моей руки.
Темный бог!
— И еще... — он нехорошо сощурился. — Я знаю о твоей тайне.
На душе похолодело.
— Знаю, что ты занимаешься с нашим учителем. Неужели правда думала, будто сможешь это скрыть?
Я ничего не ответила. Просто развернулась и снова пошла вниз, стараясь не обращать внимания на вернувшуюся неприятную слабость. Но и двух шагов не сделала, как старшекурсник схватил меня под руку.
— У меня есть к тебе предложение! – неожиданно заявил он. — Ты рассказываешь, как провернула защиту со своим щенком, а я молчу о твоих занятиях. Ведь ты хочешь попасть к нему в группу?! И думаю, прекрасно понимаешь, что будет, если об этом узнают другие. Какая-то безродная нищенка получает уроки лучшего фехтовальщика и мага школы. Многие хотели бы оказаться на твоем месте…
Я молчала, лихорадочно соображая, как выкрутиться из сложившейся ситуации.
— Чем же ты так заслужила его доверие?
— Я не понимаю, чего ты от меня хочешь, — нагло солгала я, не желая сдаваться. — Я не знаю, что именно ты увидел в болезненном бреду, но ты ошибаешься.
— Так, значит? – губы мага растянулись в самодовольной улыбке. — Как думаешь, что будет, если всем станет известно о твоих занятиях? Если расскажу, что маг Арона взял к себе ученицу с темного факультета Рангора.
Спокойно. Спокойно, Кори. Мистер Горан ведь уверял, что не страшно, что директор знает…
— Не директору, — каким-то образом догадался о моих мыслях Расго, — а тому, кому следует! К примеру, пожалуюсь отцу, чтобы он отправил запрос верховному магу. Ведь ты знаешь, что именно он решает все дела, связанные с нарушениями магического устава. Ваш факультет не просто так опасаются. Да, держат при себе опасных деток, но только потому, что боятся гнева бога. И обучают таких магов лишь по определенной программе, за рамки которой не выйти, а ты уже вышла... Ты ведь умная, должна знать устоявшиеся правила, а именно закон трех богов.
Закон трех богов. Конечно, я знала! Мы проходили его совсем недавно. Легенда о магическом устое, образовавшемся после того, как Рангор пытался захватить власть. В той известной кровопролитной войне темный бог чуть не погубил весь мир, но его остановили два других бога. Имара и Арон объединились, чтобы стать сильнее и запечатали силу младшего брата. Но даже без своих способностей Рангор был лучшим мечником и до последнего не выпускал свой верный клинок из рук. В неравной схватке Арон отобрал меч Рангора и скинул брата с божественного престола. Дальше легенды расходились. Одна гласила, будто раненого бога выходила обычная колдунья, кто-то считал, что Пресветлая богиня сама исцелила младшего брата, не желая тому смерти. В любом случае мнения сходятся в одном — Рангор долгое время скрывался среди людей, будучи обычным смертным, и пытался вернуть себе прежнюю мощь.
В итоге сердце Имары дрогнуло, она не смогла смотреть, как бывший Темный бог погибает на ее глазах, чахнет среди людей. Светлая богиня приоткрыла печать и вернула крупицы силы брату. Слишком мало, чтобы стать на их уровень с Ароном, слишком много — чтобы оставаться простым смертным.
Но с тех пор не было прислужников у темного бога, не шли люди к нему и не молились. А кого он отбирал — не выживали. Ведь не только боги опасались былой мощи Рангора, но и сами люди. Неохотно обучали детей с таким даром, но и не обучать не могли. Именно тогда пошел закон не давать магического меча прислужникам младшего бога. Все помнили, как своим клинком унес Рангор тысячи жизней. Но со временем в программу все-таки вернули азы фехтования, ведь темные рождались и среди аристократов. Вот только уровень давался не тот, что факультету Арона, где изучали магическое содействие с оружием. Старший из трех богов взял бразды правления в свои руки, а сестра стала сцепляющим звеном между братьями. Поговаривают, будто Рангор до сих пор ищет свой меч, чтобы вновь вернуть былую мощь.
— И в чем же нарушение? – я нахмурилась, с неприязнью рассматривая Расго. – Мистер Горан не сделал ничего такого, что бы стоило внимания верховного мага.
— То есть ты правда не понимаешь? – он опасно приблизился. – Или просто делаешь вид дурочки?!
— Да, не понимаю! Мы тренируемся на обычных мечах без магического вмешательства! Мистер Горан не открывал мне тайны наделения оружия силой.
— Ты думаешь, я не смогу доказать обратное?! Более того – обучать такую нищенку, как ты — уже оскорбление для многих известных семей нашей школы. И поверь, я смогу добиться того, чтобы учителя уволили.
Расго неожиданно рассмеялся мне в лицо и ушел, оставляя одну в полном замешательстве.
— Даю тебе время подумать до завтрашнего вечера! – неожиданно махнул мне рукой юноша, скрываясь в арке прохода.
После слов Расго я так и не сомкнула ночью глаз. Сам учитель заверял, что ничего страшного не произойдет, но Даронн выглядел уверенным в своих словах.
Даже если и отчитают за то, что меня обучал, не могут ведь, в самом деле, уволить мистера Горана?! Да и причем тут закон? Я не могла этого понять. Ведь учитель обучал меня только бою, не более.
Еще не прозвучал школьный колокол на подъем, как я уже вскочила с кровати. Надела строгое школьное черно-синее платье своего факультета и выбежала в коридор. Не могу я так рисковать учителем, не зная наверняка, что есть у Расго. Не прощу себе, если из-за меня уволят мистера Горана!
С такими мыслями я кинулась к преподавательскому крылу, где располагались комнаты учителей. Покои мистера Горана оказались крайними, поэтому я почти сразу наткнулась на нужную табличку.
Я, не колеблясь, постучала. Тишина. Снова постучала. Но мне опять не ответили. Неужели он уже ушел? Но до подъема еще больше часа.
Уже когда я отчаялась и думала уйти, неожиданно отворилась дверь.
— Лэкорил? — на пороге появился заспанный учитель в мятых штанах и наспех накинутой рубашке.
Длинные черные волосы волной стекали по плечам. Я впервые видела мистера Горана с распущенными волосами. И теперь они казались еще длиннее: доставали ему до поясницы.
— Риддис, что ты здесь делаешь? — в голосе учителя прорезалось недовольство, но я не обратила никакого внимания.
Я должна была узнать, действительно ли учителю грозит что-то серьезное. Нервно оглянулась и, не дожидаясь приглашения, прошмыгнула под его рукой в покои.
— Лэкорил, тебе явно чужды правила приличия.
— Да! — не стала спорить, наблюдая, как учитель подходит к столу и садится, зашнуровывая завязки у горловины.
— И что же такого важного случилось? — на меня внимательно и с легким интересом посмотрели.
— Что будет, если ученики все-таки узнают о наших занятиях? — прямо спросила я.
— Ты для этого в такую рань ко мне явилась?
— Скажите!
— Пороть тебя надо, — неожиданно заявил учитель, — в целях воспитания!
— Уже пытались – не помогло… — холодно оборвала я, вновь настойчиво напоминая о своем вопросе.
— Лэкорил, я лично займусь твоим воспитанием, — хмуро пробарабанил пальцами по столу мужчина и все же ответил: — Ничего страшного не случится, однако для тебя не желательно, чтобы стало известно.
— И вас не могут серьезно наказать? – нетерпеливо перебила я, не дослушивая до конца. — Уволить?
— Нет, конечно, но с чего такие вопросы? Тебе кто-то угрожал?
— Нет! — я привычно солгала. — Мне сон дурной приснился. Я на днях перечитывала легенду трех богов...
— А, так тебя беспокоит закон? — тут же понял учитель. — Зря, ведь мы ничего не нарушили. Закон касается только магического оружия, впрочем, некоторые настолько подвержены собственной боязни, что не скрывают неприязни, встречая темного мага с мечом. Да и это чаще дань традиции, маги Рангора и сами не особо рассчитывают на холодное оружие, понимая, что против слуг Арона это бессмысленно. Ко всему прочему, в вашей программе довольно слабая подготовка даже с обычным мечом. Увы, порою страх сильнее разума.
— Но ведь вы не боитесь!
— А должен? — он тепло улыбнулся. — Пока что передо мной лишь слабый ребенок, попросивший защиты. Конечно, если ты в итоге все-таки попадешь ко мне, обещать дать знания Арона я не могу, но стать одной из лучших в обращении с мечом тебе под силу. Ты ведь этого хотела?
Я кивнула. Хотела… и хочу! Ведь в школе запрещена любая магия в неучебное время, а меч станет единственной моей защитой от нападок богатых школьников. Более того, если попаду в группу учителя, получу право носить оружие. Прибегать к волшебным нитям я просто больше не решалась, хоть и закончила, наконец, плетение для Шорёна. Вот только надеть защитный «ошейник» пока что не представилось случая из-за слежки Расго.
— Вот и отлично! – обрадовал меня учитель. – Тогда старайся, иначе если не попадешь ко мне в группу, поползут нехорошие слухи. Ты должна доказать, что можешь обучаться у меня.
— И докажу!
Мужчина только улыбнулся, а у меня от сердца отлегло. Мистер Горан прав! Чтобы не говорил Даронн, ни я, ни он ничего не нарушали. Воодушевленная этим, я уже хотела выскользнуть из покоев учителя, когда прямо перед моим носом неожиданно захлопнулась дверь.
— Не так быстро, Риддис! – строго осадил меня Горан Нэрдок, в одно мгновение оказываясь рядом. – С сегодняшнего дня будешь обучаться правилам поведения в высшем обществе, так что на урок фехтования приди пораньше.
Я молча кивнула, после чего мои и без того спутанные волосы взъерошили и наконец-то меня отпустили. И все равно я была слишком рада, чтобы обращать на такие мелочи внимание. Побежала по пустому коридору, аж подпрыгивая от переполнявших меня эмоций.
Первого урока у нас сегодня не было, в отличие от группы Даронна. Поэтому я решила воспользоваться свободным временем и занятостью ненавистного мною ученика – забежала в комнату за сплетенным ниточным ошейником и поспешила в вольер. Это был мой шанс, и упускать его я не собиралась.
Хоть и знала, что сейчас никто за мной не следит, все равно нервно оглядывалась. В такое время в школьном вольере никого не было: мне спокойно удалось навестить своего щенка, поиграться с ним, самой покормить и надеть подарок. Впрочем, что-то мне подсказывало, после прошлого раза Расго сам не станет приближаться к Шорёну. К слову, мой четверолапый друг довольно быстро рос и доставал мне уже до колен.
Вымахает в половину моего роста, наверное! Не знаю, что была за порода у щенка, но явно какая-то крупная и сторожевая…

***
Я шла на урок к учителю, одновременно жуя сочное яблоко. Была у меня такая вот странная привычка. Ничего не могу с собой поделать – с детства обожаю эти сладкие плоды. Мама всегда смеялась, когда я украдкой стаскивала почищенные кусочки яблок, заготовленные для пирога. Все бы отдала за любимое лакомство, а каникулы так не скоро…
Впрочем, мысли о вкусном пироге тут же улетучились, стоило моему настырному знакомому меня перехватить. Расго поджидал у выхода из общежитий. Он так был одержим мною, что даже позабыл о своих друзьях. В последнее время я все чаще видела его одного, да и после того происшествия с моим плетением он как-то изменился. Казалось, подросток загорелся идеей разобраться в случившемся. Притом даже не допускал возможности, что я могу быть не причастна. И это сильно напрягало. Хоть я и спрятала нити, такое пристальное внимание раздражало, если не сказать – пугало, куда сильнее его банальных нападок и издевок.
Вот только возвращать время вспять маги не умели.
— Стой, безродь!
Незаметно пройти не удалось. Когда же попыталась сделать вид, будто не услышала оклика, меня внаглую схватили за локоть.
— Я к кому обращаюсь, или совсем страх потеряла?
— У меня есть имя, — сквозь зубы процедила я, все-таки с неохотой оборачиваясь к юноше. – И отпусти меня!
— У бесправной крестьянки имени быть не может, — фыркнул Даронн, все также сильно сдавливая локоть. – Ты подумала над моим предложением?
— Я больше не бесправная крестьянка! – зло прорычала в ответ, резко вырывая руку из его крепкой хватки. – И никогда ею не была. Я – маг, а значит, ты обязан обращаться ко мне по имени. И грош цена твоему предложению. Пустые угрозы. Хочешь, рассказывай! Я не боюсь таких сопляков, как ты, которые могут только измываться.
— Смело, но глупо… — меня не стали больше хватать, зато сделали очередную попытку запугать: – За себя не волнуешься, так за учителя подумай.
— Учитель — маг высшей категории, что ему до твоих угроз? Верховный без доказательств не возьмется за такое дело. Разве что выговор сделают за мое обучение и всего-то. Так что прекрати выдумывать того, чего нет! Чтобы ты ни сказал, я думаю, можно легко проверить, действительно ли я обучалась на магических мечах.
— Хм, а ты не так проста, как я думал... — вдруг довольно проговорил Расго. — Я рад! Это будет интересно.
— Так это что… был обман?!
— Нет, Лэкорил, — впервые он удосужился назвать меня по имени. — Это была лишь проверка. И ты приятно меня удивила.
На этих словах он развернулся и ушел, по всей видимости, не собираясь объяснять своих слов.
— Постой, Расго!
Парень даже не обернулся. И что это значит? Чего он хотел? Думал, я испугаюсь угроз и поверю?
«А ведь поверила!» — насмешливо напомнил внутренний голосок. Действительно поверила! Как не поверить, если не знаешь всех правил нового для тебя мира… мира магов. Я побоялась рисковать. Поэтому ведь и пошла к учителю.
Расго, скорее всего, рассчитывал, что первогодка, которая не так давно среди магов и еще слишком мало всего знает, выдаст свою тайну, желая защитить себя и учителя. Возможно, другая так бы и поступила, но не я. Вот только что теперь? Что задумал Расго?
Вот же! Я уже раз сто успела пожалеть о случившемся. Хотя, если бы вновь все повторилось, думаю, поступила бы также.
К слову, долго гадать о планах Даронна не пришлось. Этот гаденыш все-таки рассказал всей школе о моих занятиях с учителем. Да, не верховному магу, как грозился, но от этого не легче. Директор хоть и знал о занятиях, прекратил их, так как слишком много родителей начали возмущаться пристальным вниманием лучшего учителя к какой-то оборванке.
Теперь единственным шансом продолжить обучение было официальное приглашение в команду. Поэтому каждый вечер я продолжала тренироваться, доводя себя до изнеможения, а движения — до автоматизма.
Мне не хватало учителя и его наставлений. Но я слишком сильно хотела победить. Вспоминая каждое слово мистера Горана — вновь и вновь повторяла танец меча.
После того, как Расго поведал остальным про индивидуальное фехтование с учителем, меня стали не просто ненавидеть, а откровенно завидовать. Даже те, кто раньше нейтрально ко мне относился, например мой собственный факультет, теперь тоже при каждом удобном случае пытались больнее уколоть. Думаю, именно такого эффекта Расго и добивался, когда в отместку на мое молчание рассказал о занятиях.
Мне нигде не было покоя. Будь то урок в классе, обед в столовой или задний двор школы. Единственный плюс — теперь я могла за себя постоять. Да, без меча это не всегда удавалось, но физическая подготовка и кулаки иногда спасали. Как минимум, когда на меня нападали поодиночке.
Меня даже невзлюбили ученики, которые были в таком же положении, как я. Их тоже одолела зависть. Поэтому ход в небольшую группку сплотившихся бедных сирот был мне закрыт.
Со всех сторон и уголков чаще всего слышалось: смердка, оборванка, безродь. В такие моменты я просто старалась как можно быстрее пройти. Некоторые взяли в привычку оскорблять, пытаясь задеть мою внешность. Но меня давно не цепляли слова о цвете моих волос, веснушках или курносости. Все это было слишком по-детски, а мне давно уже не шесть.
И дня не проходило, чтобы я не заглядывала в лечебное крыло. Притом обозлилась вся школа, из-за чего поймать кого-то одного было тяжело. Частенько меня вытягивал из очередной передряги учитель. В его кабинете я проводила не меньше времени, нежели у целительницы Онали. Порою мистер Горан сам вправлял мне вывихнутую кисть, часами отпаивал сладкими отварами и смазывал очередные ссадины и царапины.
Впрочем, его присутствие спасало ненадолго. Однако я не сдавалась, заставляла себя быть сильной, терпеливо ожидая день соревнований. Ведь если докажу, что достойна обучаться у мистера Горана, многие успокоятся, а те, кто нет — после выбора я смогу ответить им собственным мечом.

Глава 4


Я не дотянула совсем немного. Это случилось за пару дней до выбора. Мало того, что в последнее время плохо себя чувствовала, а по утрам сильно болел живот, так надо было вновь попасть в передрягу. Меня снова подкараулили, когда шла на уроки. Кто-то неожиданно рванул за руку, затягивая под лестницу на первом этаже, а там в подсобную дверь. Только и успела тихонько вскрикнуть, как мне моментально с силой зажали рот. В темноте узкой комнатки с трудом можно было разглядеть три силуэта. Тусклый свет, пробивающийся через высокое маленькое окно, почти ничего не давал увидеть. Но три красных полоски на форме выдали в нападающих учеников Арона. Они были выше и сильнее меня. Хотя куда больше насторожило, что привычно избивать меня почему-то никто не торопился.
— Так вот ты какая, безродь, получившая благословение богов? — заговорил самый высокий и тучный среди них — крепкий парень с маленькими тусклыми глазками и кривой улыбкой.
— То есть нам, истинным аристократам и врожденным магам, Горан отказал, а тебя взялся обучать? – непонимающе выплюнул второй, более щуплый с очень светлыми волосами. Его утонченное лицо в этой полутьме и угнетающей обстановке казалось жуткой маской какого-то страшного демона.
— Чем ты так заслужила такое пристальное внимание высшего мага? – скривился третий, не спеша убирать свою грязную ладонь с моего рта. — А, дрянь?
В ответ у меня лишь испуганно сжалось сердце и тут же гулко забилось с удвоенной силой. Впервые мне было настолько страшно. Нет, меня пугало не то, что их трое, а я одна. Такое уже бывало. Я боялась другого… этой страшной всепоглощающей неизвестности. Обычно всегда знала, чего ожидать, но сейчас их взгляды пугали. Они не были привычно злыми или завистливыми, готовящимися к драке, нет, в глазах этой троицы горел странный жаждущий чего-то огонек.
Внезапно громко зазвенел колокол, созывая школьников на очередной урок.
— Интересно, а кто вступится за смердку сейчас? — довольно протянул все тот же тучный подросток, чересчур близко склоняясь к моему лицу. – Мистер Горан в третьем корпусе у второгодков и вряд ли услышит твои крики
Вокруг раздался топот. Ученики спешили на уроки. Как только все разбегутся по классам, в коридорах никого не останется. Меня действительно никто не услышит.
Я замычала, пытаясь вырваться, но мне лишь сильнее зажали рот.
— Еще пару минут и можешь верещать, сколько тебе влезет, — насмешливо шепнул на ухо тот самый, что с лицом-маской. – Никто тебя не услышит.
Несмотря на собственный страх, я продолжила бороться. Даже попыталась лягнуть одного из них, но меня легко и быстро скрутили, а следующее прикосновение тучного старшекурсника и вовсе лишило возможности двигаться. Я в изумлении замерла, когда толстые пальцы ловко расстегнули верхнюю пуговку моего платья.
— Что ты?!.. – я поперхнулась воздухом, ощутив, как чья-то потная рука залезла под юбку.
— А ты ничего, и школа тебя ненавидит, никто и слова не скажет, – впервые я видела у кого-то настолько отвращающую улыбку.
Меня будто сковало по рукам и ногам. Ужас ледяной змеей заполз в сердце. Я испуганно сжалась, а тело забила крупная дрожь. Страх, стыд, омерзение и злость. Эмоции били через край, а все, что было мне под силу – широко распахнутыми глазами смотреть на старшекурсников. Я не знала, что испытывала сильнее: страх и смущение или злость с отвращением?
Вновь и вновь пыталась вырваться, дергалась, брыкалась, но все напрасно. Сознание помутнело. Никогда еще я не испытывала такого позора. Впервые поняла, что такое настоящий ужас, не просто эфемерный страх или боязнь чего-то, нет, я до жути испугалась происходящего. Настолько, что впервые не сдержалась. Заплакала. Я не плакала, когда меня оскорбляли и унижали, когда били, но сейчас...
По щекам помимо воли потекли горячие слезы. Платье расстегнули и припустили, оголяя плечи и грудь, потные руки коснулись шрамов.
— Хватит… — отчаянно прошептала я.
Хуже всего было от их взглядов. Не хочу видеть эти взгляды! Двое других заинтересовано меня рассматривали, в то время как тучный подросток нервно мял мою грудь. Вторая рука в это время тяжело оглаживала бедро.
— Прекратите! – я вновь рванулась, пытаясь натянуть обратно платье, но меня заново легко скрутили. – Что вы делаете?!
Миг – и мои руки подняты вверх, перехваченные все той же потной ладонью. Меня прижали к стене, а бесстыдные ладони вновь заскользили по бедру, приподнимая юбку платья.
На какое-то мгновение я будто перестала дышать, лихорадочно соображая. Но мне не удавалось сосредоточиться. Эмоции захлестнули, а дикий панический страх, мешающий думать, больно сдавил горло.
— Пожалуйста... – я не узнала собственный дрожащий голос.
Противно. Стыдно. Низко. Хочется провалиться сквозь пол!
— Кажется, вы забыли о еще одном правиле... — неожиданно раздавшийся совсем рядом серьезный голос Расго показался спасением. — Магам запрещено вступать в интимные отношения до окончания школы. Или хотите вылететь перед самим выпуском?
— Ой, да ладно, — отмахнулся один из них, не оборачиваясь, — неужели не хочется попробовать? Сколько тебе уже? Пятнадцать только стукнуло? А нам вот-вот по семнадцать! Даронн, она же безродная — никто ничего не скажет.
— Мне важнее получить третий разряд, чем какое-то сомнительное мимолетное удовольствие с тринадцатилетней девчонкой, — со всей серьезностью ответил Расго, — и если вы не хотите так и остаться со вторым уровнем силы, включите мозги и подумайте, что сейчас делаете! Боги не дадут пройти вам обряд, не глупите…
Я не стала дослушивать диалог. Воспользовавшись замешательством троицы, вырвалась и сбежала. Застегивая дрожащими пальцами на ходу платье и оправляя измятую юбку, свернула к главной лестнице. Больше всего на свете мне хотелось отмыть от себя противные прикосновения. И было все равно, кого могу встретить. Да и могу ли? Уроки все еще шли, так что коридоры совершенно пустовали.
— Ненавижу! – с отвращением выплюнула я, забегая к себе в комнату.
На ходу сорвала платье и белье, кидаясь в душ. Не хотелось думать, что было бы, не явись Расго. И также не хотелось думать, что теперь буду должницей ненавистного мне мага. И ведь все по его вине! Потому что он рассказал о моих занятиях с учителем. Если бы не он – ничего бы не было.
Я долго стояла под теплой водой с закрытыми глазами, отгоняя неприятные воспоминания. Строила план мести, понимая, что не оставлю все так. Заставлю эту троицу пережить тот же позор! Это помогало. Ненависть убирала боль. И чем сильнее взращивала свой гнев, тем лучше становилось мне.
Но ненадолго. Вновь и вновь в памяти всплывали ненавистные лица, а внутри скручивало все в тугой ком от отвращения и боли.
Облокотилась о прохладную стену, позволяя воде стекать по спине, забирать с собой гадкие чужие прикосновения. Как же хочется временами вновь стать маленькой обычной девочкой, когда единственная твоя проблема — разозленный сосед, у которого ты стянул сочные яблоки. И пусть я была бесправной, зато в безопасности и с родными. Разве так уж плох был лорд Венский? В действительности он был не хуже многих, иногда мог даже войти в положение своих крестьян, не требуя огромных оброков в неурожайный год. Сейчас я это осознавала, а именно после своего возвращения из пансиона, где прочувствовала всю прелесть жизни на собственной шкуре. Порядки там и в моей деревне слишком сильно отличались. И все равно я ненавидела то, что моя жизнь зависела от другого человека, который мог при большом желании просто тебя продать, словно какую-то рабыню.
— Нет, Кори, ты сильная! – укоризненно отдернула саму себя, открывая глаза. — Это твоя судьба. Ты – маг! Так воспользуйся этим, не позволяй кому-то сломить тебя.
Взгляд скользнул по плитке… кровь?! Сердце на мгновение замерло. На полу вместе с водой стекала кровь. Моя кровь!
— Не может быть! – изумленно ахнула, не сразу осознавая происходящее. Первой мыслью было, что меня могли ранить или оцарапать, но все оказалось намного хуже…
В пансионе девочки хвастались, когда у них начинались женские недомогания, ведь это значило, что они познали тайну взросления. Я же совершенно забыла об этой части девичьей судьбы. Почему-то казалось, что со мной такого не произойдет. Глупости!
Укутавшись в банное полотенце, мокрыми ногами протопала к кровати, совершенно, не зная, что мне делать. Настоятельницы говорили, что в этот период девушка не должна выходить из своих покоев, но ведь на днях соревнования!
Однако стоило признать, что время идет. И эти уроды поняли все раньше меня. Мне уже тринадцать – возраст, когда в деревнях выдают замуж.
Сцепила зубы. Никогда. Ни за кого. Ни при каких условиях. Не выйду замуж! И теперь я имею на это полное право, потому что я – маг.
Маг…
Я обещала себе больше не использовать нитей, по крайней мере, пока, но просто взять и оставить случившееся как есть, не могла. Не прощу их! Никогда не прощу то чувство безысходности и позора.
Клубок мягко скользнул мне в руки. Голубая нить привычно засветилась, стоило только за нее потянуть. Перед глазами сами собою начали всплывать знакомые арканы темного марева. Проклятие невыносимого извечного стыда зарождалось в моей голове вместе с известными мне формулами. Лишь немного сменить направление, закрутить и сотворить в итоге совершенно новый рисунок, свой собственный. Главное правило любого темного заклинателя – воображение. Учителя неустанно повторяют нам это и сейчас, охваченная гневом и жаждой мести, я планировала использовать всю свою фантазию…

***
— Риддис, ты сегодня слишком бледная, — обратил на меня внимание мистер Горан. – Ты не заболела?
Решительно помотала головой.
— Уверена, что готова?
Как будто у меня есть выбор. Мне с самого утра было не хорошо. Я всю ночь сидела за плетением, так что ничего удивительного. Ко всему прочему, сказалось женское недомогание, но упускать свой единственный шанс я не собиралась. Сделала, как рассказывали настоятельницы – взяла небольшой кусок ткани, сложенный в несколько раз и приколола к поясу штанов, разве что немного усовершенствовала при помощи магии нитей, чтобы лишний раз не волноваться об этом.
В зале собрались все желающие поучаствовать в отборе. Уже испытали удачу двое первогодок. По правилам дня выбора, испробовать попытку попасть к учителю факультета Арона можно лишь один раз за все время обучения в школе. Больше шанса не предоставлялось.
Почти все желающие были с факультета бога Арона и лишь двое от Имары. Прислужники Рангора не осмеливались вступать с обычным мечом в бой, но я не боялась. Да, пусть и не умею наделять оружие магией, как те ж самые первогодки факультета Арона, зато я куда более ловкая, быстрая и умелая. Наблюдая за попытками других, заметила, что многие слишком полагаются на магическую силу, а не на собственную ловкость.
Когда почти все бои прошли, я решительно вышла вперед к столу учителей. Меня одарили недоуменными и недовольными взглядами, но что-либо говорить не стали. Первым нарушил образовавшуюся тишину директор, не скрывая своего удивления:
— Ученица Лэкорил, вы хотите попробовать?
— Да!
— Против магического оружия?
— Да!
— Ладно, — махнул рукой мужчина, по всей видимости, не особо надеясь в мой успех. — Пробуй.
Осталась я и одиннадцатилетний мальчишка. Мальчик был с факультета Арона и умел уже наделять меч магическими свойствами первого уровня. Так что никто не верил, будто девчонка с факультета Рангора пройдет, разве что мистер Горан, который тихонько пожелал удачи, когда его ученица вышла в центр зала.
Я не стала дожидаться начала боя и сразу же скользнула в сторону, обходя мальчишку. Магический меч противника был быстрее и сильнее моего. Зато я была умелее мальчишки: мое обычное оружие успело сделать подсечку и сбить мага на пол, но надо отдать ему должное – он не растерялся, быстро перекатился и принял боевую позу. Впрочем, я тоже не теряла времени: почти сразу же атаковала. Удар, шаг вперед, поворот, вновь удар, подсечка. Мы закружились в знакомом танце. В какой-то момент для меня перестало существовать что-либо помимо звона клинков и столь горячего желания победы. Я никого и ничего не видела. Только блестевшее лезвие в солнечных утренних лучах, пробивающихся через окна.
Уроки мистера Горана дали свои плоды – мои действия опережали разум. Взмах, выпад, увернуться и встать на прежнее место. Время будто замерло. Не знаю, сколько бы длилось наше противостояние, если бы не случай. Несмотря на медлительность, мальчишка умудрялся уходить от моих атак. Впрочем, это была заслуга его меча: магический ореол придал лезвию противника скорости, отчего мне все сложнее удавалось уклоняться.
Видимо, боги все-таки были на моей стороне. В зал из приоткрытого окна вместе с морозным воздухом и снегом неожиданно влетела птица. Мальчишка отвлекся, и это дало мне возможность выбить меч из его руки. Всего лишь миг – и я повалила мага на пол, касаясь острием клинка тонкой шеи.
В зале воцарилась напряженное безмолвие. Я победно улыбнулась и отошла, затем довольная обернулась к учителям. Они были поражены, но, как и прежде, не спешили что-либо говорить. Слово вновь взял директор:
— Что же, Лэкорил Риддис, волей богов или своей удачей, но вы смогли одолеть магический меч. Правила есть правила – теперь вы в подготовительной команде мистера Горана, однако… — здесь мужчина повернулся к моему учителю. – Нэрдок, ты ведь знаешь закон, таинство Арона не может быть раскрыто ученице Рангора, но обучать ее воинскому искусству запретить я не в силе.
Ответа я уже не расслышала, как и не слышала слова учителей. Я была слишком счастлива, чтобы обращать внимания на возникший короткий спор. Ведь мне удалось!
«А мне ли?» — быстрая мысль и будущая ученица команды Горана изумленно оглядывается.
Белой птицы уже нигде не было. Неужели вылетела? Вот только разобраться в этом не успела. Перед глазами неожиданно поплыло, и я пошатнулась. Откинула волосы со лба, пытаясь взять себя в руки, но неожиданно накатившая слабость одолела – я не уловила того момента, когда из вмиг ослабевшей руки выпал меч, а вокруг все потемнело…
Пришла в себя, как обычно, на знакомой кровати у окна. Яркие зайчики размыто отражались на белой стене палаты лечебного крыла. Я сладко потянулась и села, наслаждаясь окружающей тишиной. Здесь всегда было тихо и спокойно. Вот и сейчас я находилась тут совершенно одна.
Спустила ноги, с удивлением замечая рядом со столиком меч, тот самый, с которым частенько тренировалась и с которым в итоге победила на отборе. Он поблескивал в солнечных лучах, лукаво мне подмигивая. Мой меч!
Я не удержалась и взяла такой знакомый легкий клинок, который удобно лег в мою ладонь, будто продолжал руку и любое движение ею. Учитель подбирал его несколько занятий, прежде чем нашел тот, что подошел бы именно мне.
Заполонившее меня счастье было настолько велико, что на какое-то мгновение я даже позабыла о случившемся. Впрочем, не о мести и той всепоглощающей ненависти, что сжигала меня со вчерашней ночи.
— Лэкорил, вы очнулись! — в зал вошла мисс Онали, неся в руках ароматную тарелку супа. — Это хорошо, у меня к вам серьезный разговор!
Смущенно отвела взгляд.
— Поздно спохватилась, милая, — покачала головой женщина. – Чему вас, магов, только учат? Разве можно так перенапрягаться при регулах?
Я смутилась еще сильнее…
— Ох, боги с тобой, — мягко улыбнулась целительница, — давай поешь, отдохни и можешь возвращаться к себе. Но если еще раз удумаешь такое, на неделю введу в магический сон! Чтобы точно не бежала мечом махать.
— Да, мисс Онали, — я покаянно опустила голову, пряча в глазах предвкушающий блеск занятия с мистером Гораном. — Обещаю.
Мне поверили, а после заставили все съесть и продержали аж до вечера. Как же не терпелось покинуть лечебное крыло! Поэтому, когда я наконец оказалась у себя, вместо сна долго тренировалась с мечом, все еще не веря, что отныне он мой, что теперь я смогу заниматься с мистером Гораном, не боясь сплетен и угроз…
Я так и заснула с предвкушающей улыбкой на устах да мечом в правой руке. Так он еще и приснился мне. Хотя не совсем мой, а другой: красивый и мощный, слишком большой для моей маленькой ладони. На округлой позолоченной рукоятке были знакомые голубые нити. Веяло от оружия невероятной силой: коснись, и пальцы обдаст приятным теплом. Вот только взять его мне почему-то так и не удалось, словно невидимая преграда не давала этого сделать.
Именно этот странный неясный сон натолкнул меня на интересную мысль. Как только я проснулась, первым делом взяла клубок и меч, точь-в-точь, как во сне, аккуратно намотала вокруг рукояти небесные нити. Не знаю, даст ли это какую-то силу моему мечу, но почему-то казалось, что так будет правильно.
Перед глазами еще долго стоял клинок из сна. Даже проскользнула мысль, а не то ли это оружие, которое по легенде разыскивает сам темный бог? Впрочем, я быстро откинула столь невероятную идею. Да и где бы не находился меч Рангора, ни одному человеку не под силу отыскать его, если сам бог не может этого сделать.
К тому же, все мои мысли были заняты предстоящей местью. Поэтому сон довольно быстро забылся. Слишком сильными были эмоции, они захватили меня, одолели любые доводы разума, требуя возмездия. И я сдалась чувствам, каждый раз испытывая невероятное отвращение и стыд, только вспоминая тот жуткий вечер.
Решительно схватила свои плетения и поспешила к первому корпусу, где обычно занимались старшекурсники. Чтобы арканы подействовали, нужно было подложить сплетенные браслеты жертве. Еще бы сделать это незаметно…
Отвратная троица сидела в классе недалеко от дверей. Это было мне на руку. Если все пойдет по плану, они выбегут, оставив вещи. По крайней мере, я очень на это надеялась, а уж подложить им свой подарочек смогу.
— Эй, малявка, отойди с дороги! — меня грубо отпихнул от двери какой-то незнакомый старшекурсник.
Он ворвался в класс и прямо с порога выкрикнул:
— Орга, Дорот и Касс, вас зовут в конюшню.
Я довольна улыбнулась. Кажется, мой план подействовал. Нет, вреда причинять животным не собиралась, лишь немного взбудоражила лошадей несносной троицы. Это было несложно.
Как и ожидалось, старшекурсники выбежали из класса без вещей. Я зашла как ни в чем не бывало. На меня даже внимания не обратили. Просто прошла к преподавательскому столу и забрала журнал. Дело привычное. Очень часто учителя посылали первогодок что-то забрать или принести.
Уже уходя, незаметно подкинула одному из парней в сумку браслет. Не знаю кому, но чтобы сразу троим подсунуть, пришлось бы задержаться и тогда уж точно на меня бы обратили внимание. Не страшно, спешить мне некуда, накажу их по очереди.
Довольная, я вышла из класса, не подозревая о том, что меня уже подстерегают.
— Ты не заставила себя ждать, — насмешливый знакомый голос.
Миг — и меня схватили под локоток, затягивая обратно в класс, чтобы схватить ту самую сумку, куда я бросила браслет.
И каково же было мое удивление, когда Расго достал браслет. Кажется, я даже перестала дышать, перед глазами заплясали яркие круги, зашумело в ушах.
— Пошли! – все также держа под руку, меня вывели в коридор и потащили подальше от дверей.
Я была настолько поражена, что даже не сопротивлялась, позволила затащить себя в один из пустых классов. Щелкнул замок.
Со всепоглощающим страхом медленно подняла взгляд. В висках неприятно запульсировало. После случившего я не видела Расго. Будучи поглощена собственной местью, даже не подумала о нем, а лишь отмахнулась от настойчивого шепота разума.
«Да что будет?! Все равно силу нитей ощущаю только я!»
Меня бросило в холодный пот, а живот скрутило. Страх сковал по рукам и ногам, не давая сосредоточиться.
— Так что, поговорим? — Расго хищно улыбнулся, небрежно покачивая в руках мое плетение. — Я все думал, что же ты тогда сняла с меня, ведь заметил лишь что-то голубое. Вот только каким образом простая нитка способна незаметно проводить магию?
Я сцепила зубы, пытаясь сдержать нарастающую панику.
— Благодаря им ты обманула защиту школы?! Я хочу знать, откуда они у тебя? И что это за магия?
Молчу, лихорадочно пытаясь найти выход, но не нахожу. Я растерялась. Просто взяла и растерялась. Ведь нити должны были впитаться в сумку, и никто бы даже не увидел. Как Расго удалось достать их? Ведь я все просчитала! Мое плетение не нашли бы, а даже если и нашли… для остальных это ведь просто нити.
— Риддис, глупо теперь играть в молчанку. Мне стоит только отправить этот браслет куда следует и его обследуют. И надейся, чтобы тебя лишили магии, а не казнили.
— Сволочь, — прошипела я, до боли сжимая кулаки.
Могу ли я быть до конца уверенной? Верховный маг считается одним из самых сильных в нашем королевстве. Что, если ему подвластно понять магические свойства нитей?
— Хочу напомнить, что именно эта сволочь на днях спасла тебя от непоправимого позора и сохранила честь. Более того, именно от нее зависит твоя дальнейшая судьба. Так что думай, кому и что говоришь.
— Ты спас меня, небось, только для того, чтобы использовать в своих целях!
— Почему же? — он неопределенно пожал плечами. — Ведь ты могла одуматься и не сглупить. Я не мог знать наверняка. Эта троица не впервой нарывается с подобным. И я очень надеюсь, им хватит ума не повторять, тем более когда на носу итоговые испытания, а нет... то таким не место среди магов высшего общества.
Расго скривился.
— В любом случае, ты можешь думать, что хочешь. Тебе придется мне все рассказать. Что было бы не забери я браслет? Касс бы тоже попал с неясными симптомами в лечебное крыло? И ты правда думаешь, что никто ничего бы не заподозрил? Ты слишком самоуверенна.
А ведь он прав! Поглощенная местью, я верила в свою безнаказанность. Нити подарили мне эту уверенность.
— На браслете аркан мощного проклятия… — медленно проговорил Расго. – Какого?!
— Вечного позора, — с неохотой призналась я, не понимая, каким образом он понял. Почему увидел?
— Вот как... — Он улыбнулся и подошел ко мне. — И как это работает? Почему не срабатывает защита стен?
— Я не знаю!
— Хорошо, откуда эти волшебные нити?
— Мне оставила их в наследство бабушка, — медленно ответила я, чувствуя себя загнанной в угол. — Я в детстве ими вязала, когда даже не знала, что стану магом. И никогда не думала, что в них такая сила.
— Интересная у тебя родственница, — задумчиво протянул подросток. – Ты же понимаешь, что теперь у тебя нет выбора. Тебе придется пойти со мной на сделку!
Он улыбнулся и подошел еще ближе. Я напряглась, но не отступила, смело глядя в синие глаза. Каштановая неровная челка слегка скрывала глаза, но, кажется, она совсем ему не мешала. Расго не собирался ее сдувать или убирать.
— И какую же сделку ты предлагаешь?
— Мое молчание в обмен на твое рабство.
— Что?! – показалось, будто пол ушел из-под ног. Я с трудом устояла, ослаблено опершись о парту.
— Тебе ведь не привыкать быть бесправной, верно, Лэкорил? – в синих глазах заплясали нехорошие огоньки. – И для начала я хочу, чтобы ты показала мне эти нити.
— Ни за что, — процедила сквозь зубы, чувствуя, как начинаю закипать. – Я ни за что не буду твоей рабыней!
— Тогда вновь станешь рабыней прежних хозяев, — безразлично пожал плечами Расго. – Что выберешь: остаться магом, но просто выполнять все, что я скажу или лишиться магии навсегда и вернуться домой ни с чем?
— А если прикажешь прыгнуть с обрыва? – я фыркнула. – Может, мне действительно лучше пойти и самой во всем сознаться, нежели сотрудничать с таким уродом как ты.
— Ты не сделаешь этого, — догадливо проговорил Даронн. – Тебе не хватит смелости лишиться возможностей, которые дарованы магам. Ты ведь сама понимаешь, что твои нити опасны. И то, что ты обманывала защиту школы, нанесла вред ученику, планировала отомстить тем троим глупцам… тут тебя не защитит даже твой любимый Нэрдок. Это уже не шутки, а действительно подсудное дело. Верховный маг заинтересуется странной девчонкой с факультета темного бога.
Гулко сглотнула. Да, я не смогу пожертвовать своей мечтой, но снова быть в чей-то власти… Никогда!
— Ненавижу! – прошипела в ответ, но послушно кивнула в сторону двери, намекая, чтобы он открыл ее.
Даронн улыбнулся и шутливо поклонился, пропуская меня вперед. Я даже не знаю, кого теперь больше ненавижу: тех троих идиотов или спасителя, который воспользовался ситуацией! Воспользовался? Кори, да ты сама сглупила! Кого ты обманываешь? Это ты не удержала свою спесь, поддавшись мести и безграничной силе нитей, вот и получи теперь. Никогда не бывает ничего просто так. Или думала, что сможешь остаться безнаказанной, прокляв троих учеников? Наивно было так полагать.
Расго без стеснения вошел в мою комнату. Пока я доставала нити, он также внаглую подошел к моему мечу, взял его и без спроса покрутил в руках.
— Кстати, поздравляю! – он криво ухмыльнулся. – Теперь Нэрдок может, не скрываясь, тренировать свою любимицу.
— Прекрати, издеваться!
— Почему бы и нет? – он положил меч на место. – Ты теперь в моей власти! Я, конечно, не думал, что все дело в каких-то нитях, но доволен, что наконец узнал, как же ты все провернула со своим псом. Умно. Вот только почему ты была так уверена, что никто не поймет? Не побоялась надеть щит на своего зверя. Более того, тогда я даже не увидел самого плетения.
На последний вопрос я и сама не знала ответа. Почему? Ведь и этого браслета никто не должен был увидеть. Он бы впитался так же, как и тогда в случае с Шорёном.
— Знаешь, — задумчиво склонил голову набок Расго. – То как ты перевязала меч очень знакомо. Где-то я уже это видел…
Он нахмурился, будто силясь вспомнить, но так ничего и не сказал. Я же молча протянула клубок нитей, замечая проснувшийся огонек заинтересованности в его глазах.
— И как именно ты вплетаешь в них проклятия?
— Использую рисунок существующего аркана, — хмуро проговорила я и вручила ему крючок. – Добавляю немного собственных идей и получается то, что получается. Любое заклинание без всплесков магии, благодаря чему защитная сеть школы не распознает силы. Более того, сеть даже не видит, когда я создаю из нитей аркан, но при этом мой резерв иссякает очень сильно.
— Это все?
— Да! – Я с трудом сдерживала бушующие эмоции. – А у тебя все?
— Конечно, нет! – Он вернул мне нити с крючком обратно. – Ты сделаешь для меня браслет. Или думала, я сам буду вязать, да еще силы тратить?
— Какой браслет? – холодно уточнила я.
— Такой, чтобы дал мне возможность колдовать, не боясь гнета черной комнаты.
— Как ты себе это представляешь?! – искренне изумилась я. – Я не смогу прыгнуть выше своей головы. Нити просто дают возможность с их помощью незаметно использовать любое заклинание, но не колдовать налево и направо. Мне неизвестен аркан, который бы скрыл магию! То, что изучала, с тем только и экспериментирую.
— А ты попробуй с чем-то новым, — ехидно подсказал Даронн. – Ты ведь умная, Лэкорил?
— Видимо, не очень, — удрученно пробурчала себе под нос, но меня, конечно же, расслышали.
— Да, — рассмеялся Расго. – Поддавшись чувствам, ты позабыла о разуме. Уверен, ты придумаешь, как создать для меня нужный браслет. Я даю тебе время до завтра, если не выполнишь…
— Ты издеваешься? – изумленно перебила я. – Мне нужно больше времени! Да я даже не знаю, с чего начать.
— Хорошо, — неожиданно снисходительно позволил подросток. – Три дня, а нет – ты знаешь, что тебя ждет.
Расго насмешливо помахал браслетом перед моим носом, ясно давая понять — он имеет, что предоставить как доказательство верховному магу. И как бы я не полагалась на нити, против магического суда вряд ли выстою.
— Откуда мне знать, что, получив нужное, ты не сдашь меня? – остановила я мага, когда он уже собирался покинуть мою комнату.
— Хм… — он довольно улыбнулся в ответ. – Придется поверить на слово.
— Тебе? Никогда!
— У тебя выбора нет, только лишь надеяться на мою благосклонность.
— Уж прости, но сомнительное предложение, — едко прошипела я, нисколько не доверяя Расго. — Мне нужна уверенность, что я не напрасно буду делать тебе браслет. Какой толк мне от этой работы, если ты все равно потом можешь меня предать и выдать верховному магу.
Я прекрасно понимала, что потом он сможет защитить себя и спрятать браслет. Меня же с моими нитями запросто отправит в Ковен магов.
— Можем заключить договор, если тебе от этого легче.
— Кровный! – решительно отрезала я.
Расго задумался лишь на миг. После внаглую подошел к моему мечу и вновь без спроса взял его.
— Прости, но свой не брал… — криво усмехнулся он и сдавил ладонью лезвие. На пол закапала алая кровь.
— Теперь ты, — все также холодно улыбаясь, протянул мне меч Даронн.
Не говоря ни слова, я повторила то же самое, стараясь абстрагироваться от возникшей неприятной боли.
— Я, Даронн Расго, — маг с силой перехватил мою ладонь и сдавил, — клянусь нашей кровью, что не предам и не раскрою тайну Лэкорил Риддис.
Выжидающий взгляд.
— Я, Лэкорил Ридисс, клянусь, что сделаю для Расго Даронна нужный ему браслет.
— Не один, — все также наигранно вежливо подсказал несносный маг, — ты сделаешь для меня любое плетение, которое только пожелаю.
Сцепила зубы.
— Ну же! – подогнал меня Расго.
— Я сделаю любое плетение для Расго Даронна, — с неохотой повторила я, – чья кровь сейчас соприкасается с моей.
Наши ладони окружил белый свет. Я понимала, что сама загоняю себя в ловушку, но так хотя бы буду уверена, что он точно не вздумает выдать меня. Зная Расго, он может. Запросто. Вот только клятву крови не нарушить.
— Время пошло, Риддис! – пренебрежительно выплюнул Даронн, аккуратно перевязывая платком руку.

Mariacur
Новичок
Posts in topic: 3
Сообщения: 3
Зарегистрирован: 15 июн 2018, 19:56

Мария Кургат "Мой преданный враг"

Непрочитанное сообщение Mariacur » 15 июн 2018, 20:23

Глава 5

— Лэкорил, ты сегодня совсем невнимательная! — недовольно проговорил учитель, поднимая выпавший из моих рук меч и протягивая обратно. — Что с тобой в последнее время происходит?
Что? Я не досыпаю ночей, почти не ем, все свободное время работаю над браслетом. Только вот учителю лишь улыбнулась и привычно соврала:
— Со мной все в порядке.
— Встала в строй! — хмуро приказал он, и я поравнялась с другими учениками.
Чаще всего мистер Горан занимался с группой вместе и лишь в редких случаях с каждым по отдельности. Разве что когда учитель собирал команду для лекций по наделению магической защитой оружия, я не приходила. Сейчас мы все вместе изучали искусство боя на тренировочном полигоне.
За эти дни я даже позабыла о собственной мести. Так уставала, что просто не было сил на ненавистную мне троицу. Впрочем, может, Расго этого и добивался? Он загадал невыполнимое. В любом случае, я не собиралась прощать или забывать о пережитом унижении. Нет, использовать магию нитей тоже не планировала. Спасибо, научена горьким опытом. Я планировала вызвать их на официальную дуэль. И пусть справедливость будет на моей стороне. Так и быть, одолею их честным путем! Заодно докажу, что не зря получила право носить меч.
— Опять невнимательна! — недовольный голос, и меня сбивают с ног. — Ученица Риддис, не разочаровывайте меня.
Это словно подстегнуло: я ринулась в бой с новой силой. К слову, со мной учитель всегда сражался на обычном мече. Он считал, что пока я не одолею его с простым оружием, нет смысла усложнять тренировки. Теперь спешить некуда. Обучение требовало постепенного и терпеливого труда, как неустанно любил повторять мистер Горан.
— Смотрите за ошибками, кто повторит хоть одну, останется без ужина и побежит десять кругов.
Нэрдок Горан тренировал свою команду порою слишком жестоко. Нет, он практически никогда не причинял серьезной физической боли, умело останавливаясь в последний миг и отводя готовый вот-вот впиться в беззащитную плоть, меч. Вот только его язвительные комментарии и подчеркивание малейших ошибок выводили учеников из себя. Иногда он совершенно не напоминал мне прежнего всегда учтивого мистера Горана. Впрочем, еще ни разу я не пожалела. Ведь сама выбрала этот путь.
— Лэкорил, тебя это тоже касается!
Выпад. Поворот. Достать мечом: кажется, совсем близко, вот-вот задену учителя, но он легко уходит от атак, ударяя меня по руке. Боль неприятная, но терпимая. Сцепила зубы и продолжила танец, не желая, чтобы он засомневался в своем выборе.
Учитель вновь ударил по тому же месту, но я лишь до крови закусила губу. Ни за что не выроню меч.
В желтых глазах проскользнул интерес, но все, о чем я могла думать, — это не выронить подарок. Я не говорю о том, чтобы задеть, просто продержаться и выстоять. По лбу струится пот, бешено стучит сердце, а я держусь, стараюсь успокоить участившееся дыхание.
Подсекающий выпад — и острие слегка оцарапывает пальцы, но я упрямо сжимаю меч, замечая странное сияние вокруг рукоятки. Никто не видит, как небесная нить окрашивается в красный. Это стало моей ошибкой. Отвлеклась. Моя рука неожиданно сама сделала выпад и оттолкнула меч наставника.
В ладони пульсировала сила. Чужая сила!
— Хватит, — спокойно приказал мистер Горан, отходя назад и опуская меч. — Лэкорил, в лечебное крыло, немедленно. Асур, ты следующий!
Учитель не видел того, что наблюдала я. Магии. Яркой могущественной магии. Она пульсировала в моих руках. Эта непонятная, но такая притягательная сила. И я вдруг осознала, что хочу продолжить. Могу попытаться победить.
— Бой не был закончен! — отчетливо проговорила я, вставая обратно в стойку.
Белобрысый мальчишка удивленно замер, растеряно глядя на учителя.
— Лэкорил, я что сказал?!
— Победителя нет, вы прервали бой.
Мистер Горан удивлено вскинул темные брови, а у меня словно кровь в венах забурлила. Стало жарко. Очень жарко. Перед глазами возникла темная пелена, но я прекрасно все видела. Чуть нагнулась и бросилась в атаку, лишь отдаленно отмечая глухое раздражение учителя, смешанное с удивлением.
Миг — и я зацепила мистера Горана, сильнее окрашивая свой меч уже чужой кровью. Только тогда учитель ответил мне по-настоящему. Впервые он сражался так. Словно ветер, незаметно и быстро, удивительно красиво, будто птица, парящая в небе. Я ловила каждое его движение, поворот, стараясь повторить, запомнить и победить. В какой-то момент опасный танец показался мне до боли любимым и давно забытым. Откуда-то пришли новые знания и сила, что управляли мечом и мною, но ненадолго…
Учителю удалось выбить меч. И только разжались мои пальцы, как я ослаблено упала на пол. Слабость накатила столь неожиданно. Невозможно было пошевелиться. Тело будто налилось свинцом. Я лишь смогла скосить взгляд, замечая, как перестают искриться нити, а кровь учителя и моя будто впитывается в меч. Это было последнее, что запомнила, прежде чем провалиться в оглушающую темноту.
«— Ты не одолеешь меня! — холодная усмешка скривила мои губы. — Даже лишенный магии, я не отступлю, пока со мной мой верный меч.
Напротив незнакомый огневолосый красивый мужчина. Он не отвечает на выпад, только недовольно качает головой и вновь наступает.
Знакомый танец кружит голову, унося меня в приятные воспоминания. Давно я не сражался…»
Мысли будто бы чужие. Не моя рука держит меч. Мужские утонченные пальцы с перстнями. Меня выбрасывает из сна, как разгневанное море выплевывает свою жертву. Я подскочила на кровати, тут же уложенная чьими-то заботливыми руками назад.
— Чшш, все хорошо, — знакомый женский голос совсем рядом. — Ари, позови Нэрдока! Скажи, его ученица очнулась.
Меня качает на волнах. Перед глазами туман и жарко. Очень жарко. Будто горю. На лоб кладут прохладную ткань, и на несколько секунд становится легче.
— Что со мной? — голос сам не свой, хриплый и низкий.
Губ тут же касается что-то холодное и по горлу течет горькое питье.
— Давно прошел криз? — откуда-то сбоку раздался взволнованный голос мистера Горана.
— Да, все в порядке, но она сильно истощена.
— Это я понял, — недовольно проговорил учитель, оказываясь в поле моего зрения. — Лэкорил, нам предстоит серьезный разговор.
— Только после того, как она встанет на ноги! — тут же встряла мисс Онали. — Не раньше.
Меня сковал страх. Какой разговор? Он что-то узнал? Внутри похолодело, а перед глазами всплыли последние минуты нашего боя…
— Посмотрите, вы пугаете девочку! — с укором заметила целительница. — Ей нужен покой и здоровый сон.
— А мне нужно понять, что высосало из моей ученицы столько сил! — Мистер Горан присел на краешек кровати, внимательно меня рассматривая. — Каким образом ты чуть не выгорела без всплеска магии?
Учитель перевел тяжелый взгляд на мисс Онали, и сухо приказал:
— Отставьте нас!
Женщина растерялась, но подчинилась, напомнив, что больной требуется спокойствие.
— Ридисс, ты колдовала?
— Н-нет...
— Тогда как? Нет ни одной логической причины, по которой ты настолько сильно обессилела. Ты хоть понимаешь, что чуть не лишилась магии? Еще немного, и если бы рядом не было взрослого... — он нахмурился. — Лэкорил, я жду объяснений.
И что мне сказать? Я не знала. Поэтому просто прошептала:
— Вы же знаете, если бы я что-то сделала, сигнальная сеть бы уже давно выдала меня.
— В том то и дело! – досадливо воскликнул мужчина. – Я и не могу понять, что произошло. Возможно, я совершил ошибку, когда дал тебе шанс быть в моей команде. Может, не зря ученикам Рангора запрещено обучаться с магическими мечами…
— У меня ведь обычный! – тут же прервала я, вновь вскакивая. Меня терпеливо уложили обратно на подушки.
— Твои глаза, — насторожено проговорил учитель. — Сейчас они вновь просто темно-зеленые, но тогда… в них будто бы поднялась сама тьма. И те движения. Я не обучал тебя этому.
Спина покрылась холодным потом. Пусть я и сама не до конца понимала происходящее, но в отличие от мистера Горана знала причину. Помнила, как лезвие впитало в себя кровь, и засияли нити. Только как можно одновременно давать силу и забирать?
— Скажи, ты что-то сделала перед занятием? – упрямо повторил мужчина. – Зачаровала меч? Хотя нет, глупости, я же сам видел, что он самый обычный! – опроверг свои же слова учитель. – Ты хотела победить и использовала какое-то заклинание? Лэкорил, прошу, признайся. Я должен понять, обещаю, не буду никому рассказывать или наказывать.
— Да, — сдалась, понимая, что лучше уж так. — Я виновата! Перед занятием пошла в зал, где и создала одно из выученных недавно заклинаний, но, наверное, что-то не рассчитала.
— Какое именно? — недовольно проговорил мистер Горан.
— Ловкости и силы, но оно не должно было высасывать магию, наоборот придать мне скорости.
— Иногда заклинание может дать обратный эффект, если ошибиться хотя бы в одном слове, руне или знаке... — медленно проговорил учитель, делая вид будто поверил в мое вранье. Отчего-то у меня появилось чувство, что это не так. Я не могла объяснить почему, но точно знала, мистер Горан вытянул из меня лживое признание про заклинание только для галочки.
— Хорошо, Лэкорил, — также медленно протянул он, подымаясь. — Отдыхай, набирайся сил. Я обещал не наказывать, но оставить твои действия без внимания тоже не могу. Тем более на виду у других учеников. Ты отстранена от моих занятий на две недели. Меч я тоже забираю на это время. Подумай о своем поведении и где именно ты ошиблась. В другой раз рядом может никого не оказаться. Хочешь ли ты вновь стать обычной бесправной крестьянкой?
Я скривила губы, но молча проглотила колючий укол, проследив взглядом за учителем. Лишь когда он вышел, я позволила себе досадливо ругнуться.
И что это было? Там, на тренировке... Устало потерла виски. Слабость не давала сосредоточиться, а мысли то и дело возвращались к случившемуся. Выходит, кровь дает силу оружию? Или по большей части это за счет нитей? И ведь проверить не могу! Почему я чуть не выгорела? Что пошло не так?
Устало прикрыла глаза. Хочу спать...
«— Верни! — сквозь зубы прорычал я несносному брату. — Это единственное, что у меня осталось от прежней жизни.
— Прости, Рангор, я не могу этого сделать... — меч исчезает на моих глазах. — Твое лезвие поглотило много невинной крови. Ты переступил черту, это не прощается.
Огневолосый грустно прикрыл темные фиолетовые глаза.
— Прости за то, что я должен сделать.
Миг — и острая боль пронзает внутренности...»
Крик уже мой. Громкий, отчаянный. Я вновь вскакиваю на постели, тяжело дыша.
— Что с тобой, безродь? — рядом стоит, сложив руки, Расго. — Чего верещишь? Так плохо? Может, мисс Онали позвать?
— Не надо, — твердо проговорила я, вытирая рукой взмокший лоб. — Что ты здесь делаешь?
— Пришел за своим браслетом.
— Смеешься? — я фыркнула. — Не видишь, пока не могу тебе его сделать!
Из головы все никак не выходил этот дурацкий сон, так еще и Даронн притащился. Меньше всего мне хотелось его сейчас видеть.
— По школе ходит слух, будто бы одна слишком самоуверенная нищенка переиграла с магией силы. Знаешь, что после того, как ты поправишься, директор, несмотря на все уговоры твоего любимчика Нэрдока, отправит тебя в черную комнату?
Только не это... Внутри все похолодело. Не снова.
— Но ведь дело не в магии, верно? — догадливо проговорил Даронн. — Почему ты чуть не выгорела?
— А тебе какое дело? — выплюнула я, не собираясь унимать любопытства Расго. — Сделаю я тебе браслет, помню.
— Дело самое прямое, — спокойно парировал подросток. — От меня зависит твоя дальнейшая судьба. Я хочу знать, что произошло. Вдруг ты в итоге не сможешь создать браслет? Толку мне тогда с тобой нянчиться. Не выполнишь условия договора, и я не выполню свои.
— Я сама не знаю, что именно произошло… — неохотно призналась я. — На меч попала кровь, заблестели нити, и вышло то, что вышло.
Расго не ответил. Только задумчиво склонил голову, внимательно меня рассматривая.
— Выходит, нити даже для тебя самой небезопасны. Не будь рядом Нэрдока, ты бы вернулась к своему прежнему хозяину, лишившись последних крупиц магии. Будь осторожнее. Мне нужен этот браслет!
С этими словами он ушел, наконец давая мне спокойно поразмыслить над случившимся. Сон. Нет, не так. Сны. Двое мужчин. Кто они? Смутные догадки, конечно, крутились в голове, но это просто невозможно! Да и каким образом я бы видела глазами бога? Глупости. Вот только все чересчур сильно похоже на известную легенду. И сны слишком реалистичные...
Успокойся, Кори, ведь ничего страшного не случилось. Ага, только я чуть не лишилась магии и у меня забрали меч.
Поднесла руку к лицу, пытаясь ощутить силу. Она пульсировала слабой нитью, готовой вот-вот оборваться. Я все еще не восстановила до конца резерв. Почему так медленно? И эта противная слабость в мышцах. Даже просто садиться было невероятно трудно, а о том, чтобы поужинать вообще и речи не шло. Руки дрожали так сильно, что просто не было возможности держать ложку. Мисс Онали помогала, постоянно крутилась возле меня и окутывала заботой. К слову, мистер Горан так и не приходил больше ни разу. На пятые сутки мой резерв полностью восстановился и меня отпустили.
Противное чувство беспомощности запомнила надолго. Хотя и не могла быть уверенной, что все вновь не повторится. И тогда ко мне пришла идея. Работая над браслетом Расго, я решила создать один для себя. Он был куда проще и просто должен был послужить сигналом в случае резкой потери сил. Закрыть непомерный выброс магии, останавливая меня. Или мой меч...
Я снова все вечера корпела над книгами. Изучала защитные, блокировочные и нейтрализующие арканы. Из-за этого упала моя успеваемость. Ведь на уроках я была невнимательна и все чаще клевала носом или выводила узоры будущего плетения.
И лишь когда на занятии мистера Горана вовсе уснула, меня вызвали в кабинет. Учитель долго допрашивал, отпаивая крепкими чаями, а я продолжала врать, с ужасом вспоминая сутки в черной комнате.
Меня в нее отправили на следующий день после того, как я покинула лечебное крыло. Жуткие часы слабости и невозможности колдовать. Медленно начинаешь сходить с ума, сомневаясь уже: не сон ли? Может, нет и не было никакой магической школы? В голову упрямо лезли неприятные воспоминания о пансионе, заставляя проживать кошмары прошлого вновь и вновь. Вдруг я просто в подвале? Меня, как обычно, наказала старшая настоятельница. Заперла, какой раз лишив ужина. И за что? Просто за пролитые чернила.
И уже когда ты действительно веришь, что вновь в пансионе, не можешь дышать, тело бросает в дрожь – открывается дверь и силовые потоки обрушиваются сплошной тяжелой волной, вмиг напоминая, кто ты на самом деле. Маг! Боги, я ведь правда маг.
— Держи, — неожиданно протянул учитель мой клинок, заставляя меня вынырнуть из мрачных мыслей о черной комнате. — Надеюсь, ты усвоила урок.
— Конечно... — хмуро проговорила я, содрогаясь от одного лишь воспоминания.
Я знала, что учитель пытался отменить это наказание. Вот только почему-то не хотел, чтобы мне было известно, словно бы специально раз за разом ударяя меня жестокими словами о черной комнате.
— Хорошо, Ридисс, — довольный моей реакцией на очередное напоминание, произнес учитель. — Можешь, идти. Завтра в обычное время на полигоне тренировка команды. И если еще раз увижу, что невнимательна, сам отведу в комнату.
Пустая угроза. Я знала это, но послушно кивнула. Мне еще предстояло закончить браслет для Расго. И сегодня я планировала это сделать…

***
— Неплохо выглядит…. – довольно протянул Расго, примеряя готовый браслет. – Смотрю, ты использовала три аркана. Неплохая идея соединить блок и защиту, вот только зачем здесь атакующее проклятие и эти странные прямоугольные узоры?
— Это не совсем атакующее проклятие, — спокойно пояснила я. – Я его изменила и добавила несколько собственных штрихов, чтобы отталкивать магию школьных стен.
— Что же, проверим! – довольно ухмыльнулся подросток и внезапно вскинул руки, взывая к магии.
Я не ожидала атаки, потому и не успела ничего сделать, в последний миг скрестила перед собой руки, тем самым защищаясь от удара. Силовая волна больно отбросила меня к стене.
— Вроде никто не спешит к нам, — через короткое время задумчиво проговорил Расго, перебирая пальцами красные искорки. – И сеть молчит.
Действительно, разгневанные учителя не ворвались. Было все также тихо, только дождь капал за окном. Откровенно говоря, я была по-настоящему горда собою. Ведь все вышло! До последнего меня терзали сомнения. Смогу ли создать браслет, который позволит колдовать вне стен тренировочного зала, не бояться гнета черной комнаты. Не так, как это делаю я: плету каждый раз нужный аркан заклинания, а просто пользуясь магией по желанию. Это оказалось сложно, очень сложно и трудоемко, но мне удалось. И я даже подумываю сделать себе такой же, но не сейчас. Слишком вымотала меня работа, не говоря уже о том, что мне еще надо закончить свой контролирующий браслет.
И все же кое-что мне совершенно не нравилось во всей этой ситуации, а именно безграничная власть Расго! Маг вызывал во мне лишь злость и раздражение, ни за что и никогда не стала бы помогать. Проклятое самомнение! Из-за него я попалась и теперь лично дала возможность Даронну в полной мере издеваться над слабыми. Нет, не так – недостойными. Так он говорил, впервые подкараулив меня.
Потирая пострадавшую поясницу, я недовольно спросила:
— Ты получил желаемое. Что теперь? Пойдешь унижать невысокородных?
— Что собираюсь делать дальше, тебя уж точно не должно волновать, — отстранено ответил Расго, внимательно рассматривая плетение. – Пока ты свободна.
— Пока?
— Конечно, — он даже отрицать не стал. – Нельзя же не использовать такую редкую возможность.
— В чем редкость? – я фыркнула. – Ты ведь теперь можешь воссоздать любой аркан, не опасаясь попасть в черную комнату. Что еще тебе надо? Нити больше ничем не пригодятся.
— Неужели?! – криво ухмыльнулся подросток. – «В чем редкость»? Надеюсь, это ты так шутишь.
Я скривилась. Не вышло. Да и не вышло бы. Все равно что-нибудь придумает!
— У меня есть несколько идей, но тебе следует отдохнуть… — он, наконец, оторвал взгляд от браслета и с насмешкой посмотрел на меня. – Ты бледная как подземная нечисть.
— Вот только не надо этого наигранного волнения, — я аж зубами заскрипела от злости. – Говори прямо, что уже придумал!
— Не льсти себе, — твердо ответил Расго, вмиг становясь серьезным. – Мне просто нужна хорошая работа, а не абы что. Поэтому как сил наберешься, тогда и сообщу.
С этими словами он ушел, даже не став слушать моей гневной отповеди. Я так и застыла с открытым ртом, понимая, что говорить уже некому.
Ощущаю себя рабыней! Противное чувство. Скорее бы уже он выпустился. Сколько ему осталось? Год? И я больше никогда не увижу его надменную рожу. Эта мысль согревала душу и помогала держаться. Я действительно устроила себе небольшой отдых и больше не плела, даже отложила собственное плетение. Набиралась сил, одновременно сосредоточившись на уроках, чтобы немного подтянуть свои хвосты и плохие оценки. Единственное, что расстраивало: после того случая на тренировочном полигоне, мистер Горан не спешил вызывать меня на бой. И это уже стали замечать другие. Да и трудно не заметить, что по очереди выходят ученики, а я все сижу и сижу.
На одном занятии, видимо понимая, что слишком странно выглядит такое поведение, учитель все-таки вызвал меня. Впрочем, я сама не спешила атаковать, боясь, что на меч снова случайно попадет кровь. Мистер Горан был не столь напористым как прежде и будто бы старался не задевать меня. Пошли даже слухи, что учитель жалеет ученицу Рангора, но мистер Горан просто не обращал внимания и мне посоветовал то же самое. На мои вопросы, отчего такая осторожность, только отмахивался и повторял, что не хочет поранить. Вот только с другими учениками он сражался в полную силу! Я понимала, долго так продолжаться не может.
Ко всему прочему, из-за случившегося я так и не вызвала на дуэль ту гадкую троицу, но стоило их увидеть, как из глубин моей души поднимался жаркий гнев. А бывало, противные до тошноты парни являлись во снах, где я вновь и вновь переживала тот позорный и страшный вечер. Это впервые, когда вместо мести опустила руки, отдавая их на волю богам. Ведь всего лишь какой-то месяц и они покинут школу. Рисковать снова не стану, тем более не зная, что с моим мечом.
Неожиданно распахнулось окно, отвлекая меня от тяжелых мыслей и впуская весенний, но еще прохладный воздух.
«Сильной быть легко, но еще больше надо сил, чтобы переступить через себя…»
Вздрогнула. Резко обернулась, но в комнате все также никого. Показалось? Ветерок легонько колыхал светлые шторы. Вот только я могла поклясться, что слышала бабушкин голос! Снова…
— Да нет, Кори, глупости какие.
Это всего лишь разбушевавшийся ветер. Ведь я знала одно: если когда-нибудь снова встречу эту троицу, уже не отступлю.

***
Так потянулись дни учебы и тренировок, а вскоре мне вновь пришлось работать над браслетом для Расго, который возжелал в этот раз защитный аркан.
«Ведь так удобно, когда противник не ожидает, что щит уже есть, не надо тратить сил и времени для его возведения!» — сказал тогда подросток и, посмеиваясь, нагрузил новой работой.
Одно радовало — сам он больше не трогал меня, впрочем, как и другие ученики. Я нужна была Расго, а взамен парень позаботился, чтобы меня не отвлекали. Возможно, не зная истинных причин этой напутственной «доброты», была бы благодарна, а так приняла как должное. Даже прекратились слухи обо мне и учителе. Да и не было у меня времени замечать такое: подъем на рассвете, уроки, тренировка с мистером Гораном, вечер в хранилище знаний, браслет для Расго и поздний сон.
Впрочем, был еще один момент, который не давал покоя, а именно мои сны. В книгах только подтвердилось, что я наблюдала сцену сражения богов. По крайней мере, везде рисовали бога Арона таким, как видела его во сне. И как это понимать я не знала, тем более не решалась кому-то рассказать. Пусть мистеру Горану я и доверяла, но все же опасалась раскрывать свои тайны. Еще и эта странная ситуация с мечом! Мне никак не удавалось снять нити, после того случая они будто стали одним целым с клинком.
И лишь когда мой собственный контролирующий силу браслет был готов, я рискнула провести эксперимент. Только вот моя капля крови не дала никакого эффекта. Впрочем, это ведь еще ничего не значит. Может, дело не в моей крови? Нужно проверить с кем-то другим…
Поэтому однажды взяла и прямо попросила помощи у Расго. Все-таки он был единственным, кто знал о нитях и их свойствах.
— Сразись со мной! — решительно заявила я, отдавая ему очередной браслет.
Откровенно говоря, мне не просто хотелось проверить свой меч, а и по-настоящему размяться, ведь я так давно не дралась в полную силу, до приятного изнеможения и слабости в мышцах.
— С чего это? — Расго заинтересованно склонил голову. — Что ты уже задумала?
— Хочу, чтобы ты опробовал свой новый браслет! — привычно соврала, не особо веря в успех.
Расго, конечно, не поверил.
— А если правду? — он недовольно сложил руки на груди. — Это связано с теми сплетнями о том, что тебя жалеет Нэрдок? Боишься, что снова попадет кровь?
Мое молчание было ответом.
— В прошлый раз, насколько помню, во время заключения нашего договора я и так изрядно поделился кровью…
— Это не то! — я покачала головой. — Тогда меч еще спал, все произошло именно во время боя.
— Знаешь, — задумчиво протянул Расго, – а ты ведь вновь совершаешь ту же самую ошибку, что и с Оргой, Доротом и Кассом. Когда-нибудь тебя это просто погубит!
— О чем ты?
— Твоя самоуверенность! Ты правда веришь, будто сможешь задеть меня?
— Я попытаюсь.
— Магический меч? — он скептично изогнул бровь, кладя ладонь на рукоять. — Смело... или глупо, но я согласен! Только есть один вопрос: а если снова выгорать начнешь? Мне же все равно придется созвать учителей.
— А зачем? — я пожала плечами, умалчивая о контролирующем браслете. — Избавишься от безроди в моем лице, заберешь себе нити и все.
— Заманчиво… — он предвкушающее улыбнулся. — И ты готова рискнуть? Всем?
— Да!
Я подошла к дверям и распахнула их, пропуская Расго вперед. Это стало моей ошибкой. И ведь должна была догадаться, что Даронн способен на подлость. Я едва успела выхватить меч, как Расго резко кинулся вперед, атакуя без предупреждения. По всей видимости, на полигон идти он не планировал, решив устроить сражение прямо здесь.
— Что же, пусть так! – с ненавистью прошипела я.
Первый выпад удалось отбить, от второго увернуться, а затем ударила в ответ. Стоило отдать Даронну должное – сражался он умело и ловко, без малейшей заминки. Я в последний момент успела нагнуться, когда его клинок прошелся в опасной близости от моего лица. В какой-то момент мы оказались с ним в коридоре. Отдаленно отметила, как заблестели стены. Полог тишины. Разумно. Не хотелось бы, чтобы на звон клинков сбежалась вся академия.
С каждым разом уходить от его атак становилось все труднее. Намного труднее, чем с учителем. Видимо, даже тогда мистер Горан меня жалел. Или дело в мече? Лезвие Расго обладало многими магическими свойствами. Я видела ярко горевшие атакующие арканы, облепившие клинок красными рисунками, но сдаваться не собиралась, даже против магического оружия. Кружась по комнате, смахнула струйку пота воздухом, не имея возможности вытереть лоб. Расго не давал ни секунды передышки, постоянно чередуя удары и силу выпадов. Я ничего не видела перед собой: все мое внимание было сосредоточено на руках Даронна. В одно мгновение даже окружающий мир перестал для меня существовать – были только я и мой противник. Тот, кто с первых дней в этой школе принялся унижать, угрожать и избивать, делая все, чтобы безродь вроде меня попала в черную комнату, а в итоге и вовсе вылетела из элитного учебного заведения. Могла ли я тогда знать, что он станет единственным, кто узнает мою тайну? Станет тем, к кому обращусь за помощью?
Увернуться, уйти в сторону, сделать выпад. Мне все никак не удавалось достать или задеть парня. И все же я получала истинное наслаждение от боя, не скрывая счастливой улыбки. Впервые за долгое время искренне радовалась, чувствуя на душе ликование. Хотелось сражаться до конца, пока бой не окончится чьим-то проигрышем, ощутить вкус победы и превосходства, самоуверенно посмотреть в глаза тому, кто считал меня никчемной безродью, недостойной внимания.
Это стало моей ошибкой. Я отвлеклась и тут же зашипела от боли, но не остановилась, замечая алые капли оросившие клинок Расго. Бой продолжался. Надменная улыбка и азарт в глазах Расго только сильнее зарождали желание победить и сбить его спесь.
В какой-то момент мне удалось слегка оцарапать мага. Я сама не поняла, когда и как это произошло, мы сражались на такой скорости, что иногда лезвия клинков просто смазывались, отдаленно очерчивая круг поединка. Сердце бешено стучало, а сама я задыхалась, с отчаяньем и разочарованием понимая, что уступаю Расго, вот только гордость не позволяла признать поражение и тем более собственную слабость. Я бросилась в атаку, делая все больше выпадов, одновременно решая обманным путем поймать мага. Целенаправленно подпустила Даронна слишком близко, но тем самым совершила непростительный промах: он даже не стал меня обезоруживать, просто незаметно перехватил руку и вывернул ее. Тут же свело пальцы, но меч я не выпустила.
— Ты мертва! – ехидно уточнил Расго, сильнее сдавливая мое запястье. – Будь у тебя даже магический клинок, ты бы проиграла из-за своей импульсивности.
— Нет! – решительно возразила я, вырывая руку и отскакивая. – Продолжаем до победного конца.
— Ты слишком взбалмошная и неуравновешенная, — снисходительно проговорил юноша, тем не менее принимая вызов. – Неужели Нэрдок не учит, что клинки не любят поспешность и безрассудство?
— Не твое дело! – гневно выплюнула, в очередной раз атакуя.
— Еще и беспардонная, — презрительно добавил Расго, ловко уходя от моих нападок. – Стань ты хоть известнейшим магом и получи дворянство, прошлое не скрыть – в тебе видно безродь…
Эти слова только сильнее разозлили.
— А с чего ты взял, что я стыжусь своего прошлого?
Даронн почему-то больше не спешил атаковать: ушел в глухую защиту. В какой-то момент он даже хищно оскалился, словно бы упиваясь моей злостью и беспомощностью. Однако радость от того, что выброс силы не повторился, была слишком велика, чтобы обращать на такое внимание.
Нельзя было не заметить, что мой меч стал быстрее, острее и легче. Будто та магия, что впиталась в прошлый раз, наделила его всеми теми возможностями, которыми обладают магические клинки.
— Пожалуй, я ошибся, — пристально разглядывая мой клинок, задумчиво сказал Расго. — Твой меч не такой уж и простой…
Я не ответила. В синих глазах юноши вдруг зажегся огонек интереса, а в следующее мгновение он уже стал сражаться вновь в полную силу. Сперва мне удавалось ловко уходить от череды целенаправленных сильных ударов, но Расго задал слишком быстрый темп, отчего с каждым разом становилось все труднее. Казалось, он специально загоняет меня. И ведь я сама этого захотела!
В очередной раз отпрянув от опасного удара, развернулась и атаковала, возвращая мага обратно в комнату, но даже не коснулась его. Непростительно замешкалась, поражаясь неуловимым движениям, и тут же получила удар. Сквозь крепко сжатые зубы вырвался стон. Острая боль пронзила в боку. Кровь закапала на пол…
Время будто замерло. Медленно опустила взгляд, с каким-то упоением замечая острие холодной стали у глубокой царапины.
— Теперь бой окончен? – насмешливо поинтересовался Расго, отводя клинок.
Я раздосадовано кивнула, злясь на собственный проигрыш и даже не особо чувствуя боли.
— Проверила то, что хотела?
Вновь кивок. Отстраненно зажала бок, чувствуя горячую пульсирующую кровь, бьющую фонтаном сквозь пальцы. Казалось, вместе с ней выходит и весь мой запал.
— Темный бог, я ведь вроде не так сильно задел… — недовольно проговорил Расго, внимательно рассматривая мою ссадину. – Судя по всему, придется все же идти в лечебное крыло.
— Нет, — холодно отрезала я. – Нельзя. Ты же сам знаешь!
— Знаю, но мне не нравится, что кровь не останавливается.
— Остановится! – заверила я, не сильно понимая, какое ему до этого дело. Но показаться в лечебном крыле, значит прямо заявить о нарушении правил. В стенах школы разрешались дуэли только под присмотром учителей. Да, ты мог вызвать кого угодно, но официально, а я просто хотела проверить, не повторится ли то же самое, что с мистером Гораном. И сейчас меня захлестнуло невероятное облегчение – не повторилось.
— Иди сюда, — я не сразу поняла, что меня взяли под локоток и подвели к кровати, затем усадили. – Дай посмотрю!
Я с легким удивлением отвела руку, замечая на кончиках пальцев Расго зеленые искорки, которые плавно соскользнули и будто бы впитались в рассеченную кожу на боку.
— Вы тоже будете проходить азы целительства, — неожиданно сказал маг, отвечая на мой немой вопрос, что отразился на лице. – Уровня учеников Имары, конечно, нам не достигнуть, но знать некоторые нюансы, которые могут пригодиться в бою, обязаны.
— Зачем же тогда пугал лечебным крылом? – недоуменно спросила я, с любопытством следя за манипуляциями Расго.
— Интересно было, что делать станешь, — просто ответил юноша, не скрывая насмешливой улыбки. – Впрочем, как я и ожидал: ты слишком упряма, да и вряд ли выдашь себя, будь даже на пороге смерти.
Я удивленно подняла брови, но промолчала, принимая ответ. По крайней мере, все стало на свои места. Вновь лишь обман и игра, как всегда. От него ничего другого и не следует ожидать.
— Кровь я остановил, — бесстрастно выдал Расго, внезапно разрывая простынь с моей кровати. – Думаю, через пару дней заживет.
— Ты что делаешь?!
— А разве не видно? — он усмехнулся, без спроса приподнимая мою окровавленную и испорченную тунику. — Вряд ли сама перемотаешь, а за постель не переживай, поменяют.
— Я сама перемотаю! — в негодовании фыркнула, с силой отталкивая Расго и забирая белый лоскут ткани. — Твоя помощь мне уж точно не требуется.
— Да? — Даронн в наигранном удивлении приподнял темные брови. — Но именно меня несколькими минутами ранее, попросила сразиться, желая проверить свой меч. И заметь, я мог отказаться.
— Нет, не мог, — уверенно ответила я, желая больше всего, чтобы он ушел. — Ты бы не упустил очередного шанса поставить меня на место и показать собственное превосходство.
Он не стал отрицать. Лишь с легким любопытством склонил голову набок, словно ожидая продолжения, но, так и не дождавшись, вдруг задумчиво сказал:
— Как закончишь, зайди к Лори Марко с третьего года обучения богини Имары, я предупрежу его, чтобы он дал заживляющую мазь... — и уже уходя, Расго на миг остановился у двери: — Не думаю, что тебе нужен еще один неприятный след.
Я опешила, но не успела ничего сказать. Даронн негромко хлопнул дверью. Меня же будто ледяной водой окатили. С силой сжала пальцы, с неприятным ощущением на сердце, понимая, что этот наглец успел еще и мои шрамы на спине заметить. Хорошо, хоть расспрашивать не стал. Убила бы...
— Ненавижу!

***
На уроке учитель наконец сражался со мной в полную силу, как и прежде, до того случая. Он словно ощутил мои чувства и ушедший страх. Если раньше мистер Горан не атаковал и наблюдал за моими действиями, то теперь сам пошел в нападение. Только как он понял? Или что-то отразилось на моем лице? Впрочем, я была настолько рада настоящей тренировке, что просто наслаждалась долгожданными минутами, невольно сравнивая движения мистера Горана с методикой Расго. Они были идентичными! Уверена, сам учитель и обучал Дарона, даже его уход в защиту и глухая оборона выглядят также.
Я улыбнулась, больше не боясь повтора того, что случилось в прошлый раз. Да и откуда-то появилась уверенность, что в ближайшее время не повторится. Той крови надолго хватит, но, несмотря на то, что мой клинок теперь мог сравниться по силе и возможностям с любым магическим мечом магов Арона, этого было недостаточно. Я не только проиграла Расго, а и сейчас уступаю мистеру Горану – значит, мне есть куда стремиться. Тем более, что у меня огромное преимущество – никто не видит настоящие возможности моего меча, будучи уверенными в том, что он обычный. Никто, кроме Расго! Вот он и портит все мои планы. Как же противно зависеть от кого-то…
Мне в последний момент удалось уйти от прямого удара. Это дало секундную передышку, которой я тут же воспользовалась. Невольно поморщилась и потерла растревоженный бок. Расго все-таки задел меня сильнее, чем рассчитывал. Я хоть и накладывала вечером мазь, заживало ранение медленно. Впрочем, наверное, не стоило чуть ли ни на следующий день вновь сражаться.
— Хорошо, Лэкорил! – похвалил мистер Горан, опуская меч и оборачиваясь к остальным. – Заканчиваем.
Тут же все стали собираться, и я тоже, но меня вдруг остановили:
— А с тобой, Риддис, у меня серьезный разговор.
И меня под локоток повели из тренировочного зала. Я даже не удивилась, замечая впереди знакомые двери кабинета мистера Горана, уж слишком часто тут бывала.
— Проходи, — передо мной открыли двери, пропуская внутрь. — Садись!
Я неуверенно повела плечами и прошла к небольшому дивану у окна, внимательно наблюдая за учителем. Он достал из серванта небольшие знакомые склянки с прозрачной жидкостью, затем обернулся и прямо спросил:
— Что случилось?
Еле заметным движением указал на рубашку, на что я удивленно опустила взгляд. Через ткань проступили красные пятна.
Вот же!
— Риддис, я жду объяснений!
Отвечать не спешила. Неожиданно для самой себя напряглась, когда учитель потянулся, чтобы приподнять взмокшую после тренировки рубашку.
— Больно? – по-своему расценил мужчина.
Растеряно кивнула, не понимая, что на меня нашло. Я так привыкла к постоянной заботе и помощи мистера Горана, что давно уже не смущалась. Разве что в самом начале, когда он терпеливо накладывал мази на мои ссадины и синяки после очередных нападок высокородных учеников. Высокородных учеников… Я стиснула зубы. Это все из-за них!
Мистер Горан осторожно отнял пропитавшуюся повязку, придирчиво рассматривая порез от клинка Расго.
Спокойно, Кори, нельзя, чтобы он узнал.
— Я жду, — холодно повторил учитель, не догадываясь о моем внутреннем диалоге. – Откуда это?
Молчу, пытаюсь не поддаваться этому противному чувству страха.
— На меч напоролась? – не удержался от ироничных ноток мистер Горан, по всей видимости, устав ждать моего ответа. – Может, хотя бы скажешь, где взяла мазь Дорского? Она есть только у учеников Пресветлой богини, но как я понимаю, в лечебное крыло ты явно не обращалась.
И что мне ответить? Выдать Марко? Третьегодку, который и не дал бы ничего, если бы не Даронн.
— Послушай, Лэкорил… — мягко начал учитель, продолжая легонько смазывать края кровоточащей ссадины. – Разве я хоть раз давал повод мне не доверять?
В его голосе послышался плохо скрываемый упрек, от которого стало неловко и немного стыдно.
— Можешь не говорить, — неожиданно осторожные пальцы мистера Горана замерли. – Но прошу, впредь будь осторожна, если ты так сильно жаждешь настоящего боя…
— Да, жажду! — перебила я, не удержавшись от резонного укора. – Только вы почему-то не хотели сражаться со мной в полную силу.
Учитель отвел взгляд, не спеша отвечать, и все же с неохотой признался:
— Я боялся, Лэкорил. Боялся вновь увидеть тьму в твоих глазах. Это низко, я знаю, но ничего не мог с собой поделать.
— Может, просто неудачно свет упал? – вяло улыбнулась в ответ, догадываясь, что учитель не поверит. – В любом случае, то, что произошло, больше не повторится. Обещаю.
— Тогда я с удовольствием предоставлю тебе возможность сразиться, но лишь после того как полностью затянется… — мистер Горан еще раз осторожно провел по глубокому порезу густой мазью и тепло улыбнулся. – Не заставляй меня лишний раз волноваться.
— Хорошо, — пообещала я, пытаясь совладать с собственным любопытством. И все же решилась спросить, где-то внутри чувствуя, что смогу получить ответ. Именно сейчас. Я хотела понять…
— А ученики ведь не так уж и не правы, говоря, что вы уделяете мне слишком много внимания, — медленно начала я, внимательно следя за реакцией учителя. — И как расценивать ваши слова, будто напоминаю вам вас же?
— Хитрая, Лэкорил Риддис! – насмешливо сказал учитель, опуская обратно мою тунику. – Сама тайны хранишь, не желая отвечать даже на простые вопросы, а обо мне хочешь узнать.
— Не хочу, — легко соврала, не моргнув и глазом. – Просто не понимаю почему? Почему вы всегда рядом? Почему помогаете мне?
— Ты слишком прямолинейна, Лэкорил, но мне нечего скрывать: просто я знаю, насколько тяжело магам-выходцам из бедных семей, тем более бесправных в прошлом. Ты хоть знаешь, что на данный момент единственная во всей школе бывшая крепостная?
Знаю? Скорее догадывалась, ведь даже та скучивавшаяся небольшая стайка бедных ребят меня избегала, не желая для себя еще более худшего положения.
— Такие дети никогда надолго не задерживались здесь, в первую очередь из-за унижений и измывательств, либо же их просто в итоге лишали силы. Однако ты – сильная, борешься, а главное – никогда не сдаешься, из тебя выйдет невероятно могущественный маг!

Глава 6

Является праздничной бонусной главой

Школа к новогоднему празднеству изменилась до неузнаваемости. Все готовились встречать Арона и его воина Мегуса, что знаменовал приход 1226 года по везорийскому летоисчислению.
Согласно традициям главные праздничные цвета огненные и яркие, но Мегус являлся символом луны, духом входов и выходов, дверей и всех начал. Поэтому в красные цвета добавлялся холод небесно-голубого и белого.
На каждом этаже зажгли камины, добавили елочных украшений и, конечно же, масок, ведь дух Мегуса изображали с двумя лицами: одно смотрело в прошлое, а другое -- в будущее. Именно поэтому второй месяц зимы происходит от его имени: мегунь — начало всех начал либо новый цикл.
Празднование у магов отличалось от того, к чему привыкла я. Оно было намного пышнее и величественнее — подношение великим, воспевание и обрядовое приветствие одного из двенадцати спутников.
Обычный же народ зачастую просто преподносил дары, а затем почти сразу переходил к самим гуляниям. Один-единственный день в году, когда будь ты простолюдин или знать — приветствуешь приход одного из трех богов.
Только я чувствовала себя некомфортно среди нарядных аристократов. Обрядовая дневная часть приветствия Арона и Мегуса давно закончилась — теперь школа готовилась к вечернему празднеству. Состоятельные ученики надели свои лучшие наряды, придерживаясь нужной цветовой гаммы, а я в своем черном школьном платье с завистью наблюдала за красивыми одноклассницами.
Они щебетали по углам, строили мальчишкам глазки, в то время как я посвящала всё свое свободное время учебе. Нет, желания бегать за мальчишками, караулить, а потом делать вид, будто случайно появилась на пути своей цели, не было. Впрочем, не стану врать, будто не хочу побывать на маскараде. Говорят, что только во время прихода Мегуса можно узнать свое будущее. Дух древнего воина спускается перед Ароном и указывает путь судьбы: если узнаешь в толпе масок, сможешь задать любой вопрос, и дух будет обязан ответить. Конечно, я не сильно верила, будто Мегус спустится в главный зал школы, но слышала от старшеклассниц, что в этом году академию посетит кто-то из Ковена магов, потому учителями планировалось показное выступление, на котором сами ученики попробуют призвать Мегуса. Бывали случаи, когда на таких больших празднествах духи-спутники Арона действительно откликались на зов.
Только мало того, что у меня не было наряда, так ещё и маски стоили невероятно дорого! На ярмарке за них просили два серебряника, а без маски явиться на вечер Мегуса нельзя — это будет прямым оскорблением духа. Я пыталась сама сделать, но моя неудачная попытка теперь валялась в мусорном ведре у меня в комнате. Даже думала просить помощи у мистера Горана, но учитель уехал куда-то еще неделю назад. В глубине души я надеялась, что он вернется к Новому году, но ни на утреннем песнопении, ни на обряде прощания с Даросом – духом прошлого года — его не было, и что-то подсказывало – к вечеру тоже вряд ли приедет.
Почему-то было так обидно, что мистер Горан ничего мне не сказал о своем отъезде. И ведь прекрасно понимаю, что он не должен отчитываться перед какой-то неотесанной бывшей крестьянкой, а все равно неприятно. Глупо, наверное, было фантазировать, будто в этот день случится чудо и единственный здесь близкий мне человек пригласит на бал.
— Ой, смотрите, нищенка!
Спокойно, не реагировать, посмеются и уйдут. Я давно научилась пропускать колкости аристократок мимо ушей.
— Зависть берет, да? – уходить явно не спешили.
— У нее ни платья, ни маски, — громко рассмеялись за спиной, — даже на бал прийти не сможет.
— Кому нужен ваш маскарад?! — демонстративно насмешливо фыркнула я в ответ, даже не оборачиваясь. — Девчачьи глупости.
— То есть слухи правда? Ты на самом деле мальчишка?
И снова смех. Отвечать не стала. Выпрямилась и гордо, с прямой спиной пошла по коридору, не показывая, насколько сильно задели их слова. Лишь за поворотом позволила себе смахнуть злые слезы.
— Я попаду на этот бал-маскарад, чего бы мне ни стоило, — зло прошипела, врываясь к себе в комнату. — И даже узнаю среди гостей Мегуса!
Льняная рубашка полетела на пол, за ней две шерстяных, затем пришел черед моих старых платьев и штанов, но ничего подходящего не было. Мои вещи даже на шитье не годились! Разве что ткань школьного платья была хорошей, но боюсь, меня не поглядят по голове за то, что испорчу форму.
Неожиданный стук в дверь заставил удивленно замереть на месте.
— Кто?
— Шая! – незнакомый тонкий голосок, только мне это совершенно ничего не подсказало.
— Не знаю такой.
— Третий класс, первый уровень, целительница.
Я удивленно распахнула дверь, встречаясь взглядом с незнакомой темноволосой девочкой в красивом золотом платье с ярко-красными вставками.
— Я помочь хочу! — прямо с порога заявили мне.
— С чего бы это?
— Ты ведь хочешь попасть на бал, — как само собою разумеющееся сказала она, тут же поспешно добавляя: — Только не надо лгать, будто это не так, я видела, как ты утирала слезы.
Вот же! Помимо воли скривилась. Ненавижу проявлять слабость при ком-то.
— И что тебе с того?
— Неудивительно, что у тебя нет друзей! – передернула плечами целительница. – Грубиянка!
Молчу.
— Ты ведь знаешь, что Мегус не только дух переходов, но и воин света?
— К чему ты клонишь?
— Мегус позволит себя узнать лишь тому, кто проявит в этот день милосердие… — она вдруг замялась, теребя алые ленты на пышной золотой юбке. — Я дам тебе одно из платьев своей младшей сестры. Она еще слишком маленькая для вечернего бала, но фигуры у вас одинаковые…
— Спасибо, не надо, — холодно оборвала я, не желая принимать помощь от какой-нибудь напыщенной аристократки, что наверняка сама с остальными посмеивалась над бывшей смердкой.
— Зря, — покачала головой Шая, отчего из её прически выбилось несколько закрученных прядей.— Уговаривать не стану, но Мегус не явится еще тридцать шесть лет. Не хочешь — не надо, найду кого-нибудь сговорчивее. Думаешь, одна такая?
— Тогда почему именно я? – не смогла, чтобы не спросить, где-то внутри не желая терять такой редкий шанс.
— Потому что ты не только оборванка, над которой смеется вся школа, но и темная! Вас гнобят уже только за то, что вы есть, поэтому с моей стороны — это действительно милосердие.
Я рассмеялась. Она серьезно? И тут же быстрая мысль: «А что ты теряешь?» Всего лишь невероятную возможность один раз на тридцать шесть лет узнать свою судьбу!
— Хорошо! — все-таки согласилась я, действительно сильно желая попасть на этот бал-маскарад.
— Времени мало, начало через три часа, — неожиданно воодушевленно воскликнула целительница, хватая меня за руку. — Идем!

***
Я стояла перед зеркалом, просто не узнавая себя. Неужели одежда может настолько сильно менять человека? Сейчас я как никогда была похожа на настоящую прекрасную девушку, а не на нескладного подростка. Под платьем была длинная хлопчатая камиза с нагрудными повязками, что приподнимала мои два маленьких холмика, создавая иллюзию красивой женской груди. Широкая лента на поясе подчеркнула осиную талию, а вышитый узор по краям расклешенных рукавов сверкал словно серебро.
За свои тринадцать лет я ещё ни разу не надевала чего-то столь красивого и дорогого. Темно-синее платье сидело на мне идеально. Мягкая нежная ткань приятно струилась сквозь пальцы, заставляя меня то и дело незаметно касаться мягкой юбки. Боги, да я даже в руках никогда не держала такой ткани!
— Это бархат, — вдруг подсказала девушка, от которой, по всей видимости, не укрылись мои действия. — На самом деле он давно уже вышел из моды, но тебе и этого будет достаточно. Сестра все равно не любит его, а ты зато попадешь на бал.
Я почти не слушала, что тараторит целительница, поражено рассматривая свое отражение. Впервые мне нравился мой внешний вид! Медные волосы очень гармонично контрастировали с насыщенным синим платьем. Теперь просто язык не поворачивался назвать мои кудри – цветом переспевшей морковки!
— И самый главный атрибут, — целительница протянула маску, украшенную маленькими белыми камушками. — В этот день у нас есть право надеть образ того, кем не являемся. Помни, что именно я сегодня позволила тебе стать леди.
— Мегус обязательно оценит это, — пробубнила себе под нос, не скрывая сарказма, но кажется, старшеклассница даже не поняла этого.
— Однако какая леди придет без украшений? — она подошла к низенькому столику и открыла шкатулку с драгоценностями.
— Нет, я не возьму, — тут же запротестовала я, понимая, что могу ещё сломать украшение или потерять невероятно дорогую серьгу, за которую даже жизнью рассчитаться не смогу.
Только целительница не была с этим согласна. Достала изящную цепочку с кулоном и надела мне на шею. Капелька красиво легла на мою имитацию декольте – казалось, она словно специально создана для этого места.
— Теперь серьги! – продолжала крутиться возле меня Шая, доставая из ниоткуда маленькую коробочку в которой лежали изящные синие серьги в золотой оправе. – Это сапфир — очень редкий, невероятно красивый камень и…
— И слишком дорогой для меня!
— Это так, — не стала спорить целительница, — только я хотела сказать совершенно другое, — продолжила она, сокрушаясь о том, что у меня не проколоты уши. – Тебе несказанно повезло: это магические серьги.
Я лишь ощутила легкое приятное тепло, как в следующее мгновение два ярких синих камня уже сверкали на мне.
— А знаешь, ведь ты красивая!
— Правда? — мне казалось, что это лишь наигранная лесть. Да, я действительно нравилась себе после умелых рук Шаи, но прекрасно осознавала свое место. Я – не леди. И словно догадываясь о том, какие в моей голове бродят мысли, целительница сказала:
— Сейчас в тебе никто не увидит крестьянку, ты – аристократка. Только веди себя соответствующе. Ты же не хочешь, чтобы очарование вечера Мегуса исчезло? Знаешь, что будет, узнай тебя кто-то?!
— Конечно! – Только сегодня на обряде приветствия учителя говорили, что тот, кто снимет в эту ночь маску и откроет свое лицо, накличет на себя гнев Мегуса. – Ты не врешь? Я правда на себя не похожа?
— Вот сейчас и проверим!
Она вдруг схватила меня за руку и решительно повела за собой. В последний момент я уже хотела отказаться от этой глупой идеи, сомневаясь в правильности своего поступка, когда целительница кому-то махнула в коридоре рукой.
— Даронн!
Я резко обернулась, надеясь, что ослышалась. Или, может, это какой-то другой, неизвестный мне школьник с таким же именем? Но нет… по коридору действительно шел Даронн Расго в своей привычной форме и мантии учеников Арона.
Когда он думает переодеваться? До празднества оставалось меньше получаса.
— Почему ты ещё не готов? – видимо, такие мысли не у одной меня проскользнули.
— Я не иду.
— Как не идешь?
— А кто твоя спутница, Шая? — с любопытством спросил юноша, напрочь игнорируя вопрос целительницы.
— Красивая? — вдруг хитро спросила старшеклассница. – Нравится?
Внимательный взгляд юноши прошел вдоль моих изгибов, помимо воли вызывая нервную дрожь. Стало некомфортно. Расго ещё никогда так на меня не смотрел: синие глаза подозрительно потемнели, а искренний интерес сменился восхищением.
Неужели целительница права?
— Так как ваше имя, прелестная леди? — Даронн протянул мне руку, а я просто растерялась, не ожидая от него столь открытого дружелюбия и вежливости. И вдруг так сильно захотелось припомнить ему его же слова о том, что как бы меня не одевай и не учи, а безродь всё равно прорвется наружу. Соблазн был очень велик, но вместо того чтобы озвучить крутившиеся на языке слова, приняла правила новой игры и протянула в ответ руку, как того требовал этикет.
Легкое касание губами, после чего я вежливо делаю книксен. Однако имя не спешу придумывать, понимая, что он всё равно узнает меня по голосу.
Ситуацию спасла Шая:
— В этот вечер не принято называть имен, Даронн, ты ведь знаешь. Приходи на бал Мегуса и познакомишься с прекрасной леди ближе.
— Я же сказал, что не иду! — неожиданно хмуро огрызнулся Расго, вмиг теряя всю свою приветливость и сдержанность. Он словно понял это, тут же спохватился, склонил голову и извиняюще проговорил:
— Прошу прощения, леди, желаю Вам встретить Мегуса.
— Встретим, Даронн, встретим, — озорно рассмеялась целительница, доставая из маленькой сумочки прекрасную золотую маску. – Пора и мне скрыть свое лицо…

***
У входа в главный зал стояли молчаливые духи, приглашающие гостей в волшебную арку. Уже за ней нас встречал учитель по теологии в строгом и одновременно смешном фраке. Просто сам он был низеньким и полным мужчиной, отчего создавалось впечатление круглого черного шара. Каждому гостю мистер Фалим выдавал позолоченную чашу с прозрачным слабохмельным напитком, от которого у вошедшего на весь вечер менялся тембр голоса и речь. Таковы правила маскарада: гости не должны знать друг друга, чтобы расположить в Новом году Мегуса.
Ещё долго на губах чувствовался приторно-сладкий привкус. Впрочем, окружающая обстановка быстро отвлекла меня от мыслей о волшебном питье. Наш Сиреневый зал поражал своей красотой! Он был украшен не только слугами, но и при помощи магии учителей. Под потолком кружились красивые маленькие снежинки и таяли, не долетая до нас. Белокаменные медальоны с античными профилями, казалось, ожили и теперь с интересом наблюдали за гостями, а начищенные до блеска полы дивно отражали свет ярких люстр, что горели тысячей свечей.
— Спасибо, Шая! – искренне поблагодарила я целительницу, понимая, что иначе бы не увидела эту красоту.
Ответа не последовало. Непонимающе обернулась, только сейчас замечая, что старшеклассницы уже нет рядом со мной.
Не успела я удивиться, как почти сразу откуда-то сбоку заиграла тихая мелодия. С любопытством приподнялась на носочках, чтобы за бесконечным числом нарядно одетых гостей рассмотреть приглашенных музыкантов. Это оказался известный западный ансамбль, о котором так много шептались девочки.
Справа раскрылись огромные дубовые двери и в центр зала стали выходить выпускники. Именно они открывали сегодняшний новогодний бал, приветствуя учителей и гостей этого вечера. Всё выглядело очень красиво! Воздушные яркие платья мелькали перед глазами, заставляя завороженно следить за танцем. Ребята ловко поднимали в воздух девушек, словно те легкие пушинки, нет, не так – снежинки, что кружатся в небе и могут в любой момент исчезнуть.
Музыка все лилась и лилась. В какой-то момент сам директор вместе с мисс Онали вышел к танцующим, подавая остальным пример. Парни приглашали девушек и под руку вели к центру, помимо воли зарождая во мне зависть. Я вдруг отчетливо осознала, что тоже хочу оказаться на месте школьниц — вальсировать с молодым человеком, как будто правда настоящая леди.
Однако музыка закончилась, а меня так никто и не пригласил. Видимо, науку кокетничать, стреляя красивым мальчикам глазками, так и не освоила. Даже пытаться не стала, боясь быть опозоренной.
— Бал можно считать открытым! — неожиданно раздался громогласный голос директора. — Возможно, именно в этот вечер нас порадует своим приходом сам великий дух Мегуса!
Тут же по залу прошлись восхищенные вздохи. Это был тот самый момент, ради которого я так сильно жаждала попасть на бал-маскарад. В круг стали выходить старшеклассники, которые должны были принять участие в вызове Мегуса. Воцарилась тишина. Нарядно одетые девушки и юноши взялись за руки, создавая цепочку, пока не замкнулся круг. В тот же миг их ладони заискрились магией, а воздух вокруг моментально нагрелся. Незнакомые слова полились из уст учеников.
Длилось это совсем недолго, хотя показалось наоборот – кто-то словно остановил время. Оно стало тягучим и ощутимым. Сила вспыхнула неожиданно, зажигая миллиарды звезд в небесном потолке новогоднего зала. Магия пронизывала всё вокруг: снежинки, что летали в воздухе, морозный воздух, нагло ворвавшийся в раскрытые двери балкона, каждую иголочку на ветвях высокой наряженной ели.
Силу чувствовали все в зале, она приятно покалывала кончики пальцев…
Только всему приходит конец, и обрядовый круг разрушили. Вновь заиграла ненавязчивая тихая музыка, унося с собой мгновения церемонии призыва. Разве что магия, которая всё еще витала в воздухе, напоминала о случившемся.
— Можно вас пригласить на танец?
Я не сразу осознала, что обращаются ко мне, но стоило обернуться, как рядом увидела темноволосого юношу.
— С удовольствием, — я искренне улыбнулась и вложила в его протянутую руку свою маленькую ладошку, обтянутую синей перчаткой, которая скрывала мои мозоли и ссадины.
Признаться честно, я много раз танцевала на уроках этикета, изучала даже музыку и историю её возникновения. Ведь будь ты даже низшего сословия, но если в тебе проснулась сила, то обязан соответствовать новому статусу. Маги – это высшее общество, элита нашего королевства.
Однако сегодня всё было иначе, не так, как на уроках мистера Мориса. Здесь и сейчас музыка пронизывала само сердце, а легкие прикосновения юноши вызывали внутренний трепет и тепло. Неторопливые повороты, мерные шаги и плавные движения успокаивали, давали насладиться моментом. Впервые у меня совершенно не было желания наступать своему партнеру на ноги, чтобы меня поскорее отпустили.
Меня захлестнуло волшебство этого танца…
— Как думаете, действительно ли Мегус придет? – у моего партнера был очень приятный мягкий голос. Впрочем, это всего лишь последствия магии.
— Конечно! — в этом я даже не сомневалась, ведь по-настоящему верила, что встречу духа. — Мегус приходит туда, где есть сила и много колдунов, а магический всплеск был немаленьким.
— В давние времена духи приходили только на преподношения крови.
— Наслышана, но магической силы вполне достаточно. Мы же с вами не в эпоху Безымянного бога живем.
— Верно, — он позволил себе улыбку. — И как же вы поймете, что великий дух пришел?
— Он уже здесь.
— А если это я?
От неожиданности позорно споткнулась, но упасть мне не дали, осторожно придержав за талию.
— Простите, — я смутилась, подняла взгляд, ожидая увидеть осуждение за неловкость, но в прорезях синей маски моего кавалера плясали лишь озорные демонята.
— Так откуда вам знать, что сейчас с вами не Мегус? — продолжил он, вновь начиная вальсировать.
Я не спешила отвечать, с любопытством рассматривая своего кавалера и одновременно подмечая детали:
— Вы всего лишь подросток, довольно щуплый и слишком лощенный на вид, — синий камзол аж сверкал от количества росписей и драгоценных камней. — Мегус отличается простотой воина и не стал бы так выряжаться.
— Леди, а вы бестактны.
— А вы не великий дух Мегуса.
— Как знать, может сейчас вы оскорбили самого духа, ведь Мегус может принять даже облик ребенка. Что касается моего внешнего вида, эти украшения имеют прямое отношение к моему роду и несут глубокий смысл.
— Но ведь права, — я извиняюще улыбнулась. — Вы не дух.
— А вы не леди, но не будем разрушать очарование сегодняшнего вечера.
Я вновь чуть не споткнулась после его слов, чем только вызвала усмешку. Кажется, зря не слушала нашего учителя по танцам. Он был абсолютно прав, когда говорил, что беседы во время вальса лишние.
— Как вас зовут, прекрасная незнакомка.
— Улиада, — на ходу сочинила, отмечая, что «леди» звать меня перестали. — А вас?
— Арестар, — мне тоже вряд ли сказали правду. В этот вечер непринято называть имен и мы оба это знали.
Музыка вновь подхватила нас, закружила в своем магическом звучании. Теплые руки партнера, искренние улыбки и ласковые слова. Впервые мне казалось, что я попала в какую-то сказку, а прошлая жизнь далекая и даже не моя… Только сказка исчезла так же быстро, когда в толпе вдруг кто-то выкрикнул: «Воровка!»
Танцующие пары стали останавливаться, изумленно оглядываться, пытаясь понять, что происходит, даже музыки перестали играть.
— Воровка! — вновь крик, и я с удивлением понимаю, что относится он ко мне, а пальчик миниатюрной школьницы указывает прямо на меня.
— Это же мой кулон!
— И мои серьги!
Голоса набатом громыхали вокруг, словно бы стрелой вонзаясь в меня. С каждым обвинением я вздрагивала, чувствуя, как ускользает ладонь юноши, за которого я держалась, словно за последний шанс: только отпущу, и очарование вечера спадет. Не может все быть правдой. Это не мне говорят. Я не воровка!
Однако теплая рука моего кавалера все-таки исчезла. Отдаленно лишь успела заметить искреннее удивление, промелькнувшее в синих глазах, как ужасная реальность обрушилась на меня словно лавина.
В какой-то момент меня взяли в круг, а я стала центром всеобщего внимания, словно наряженная ель, что была главным атрибутом сегодняшнего вечера.
— Дрянь! – ко мне подбежала та самая девочка, что кричала громче всех и с силой сдернула серьги.
— Я не крала! – изумленно выкрикнула гостям, понимая, что вряд ли кто поверит, только сейчас осознавая, насколько глупо попалась. – Это всё Шая с третьего класса целителей! Она дала мне наряд сестры и…
— У Шаи нет сестры, — с холодной усмешкой заметила настоящая обладательница сапфиров. – Снимай маску, воровка!
Внутри всё похолодело. Они заранее всё продумали! Вместе! Какая же я дура.
— Кто-нибудь видел вас с Шаей? – вдруг спросил директор, неспешно выходя ко мне. – В другом случае мне придется просить снять маску.
Я потеряно оглянулась в бессмысленной надежде, что кто-то обернется. Однако в зале стояла напряженная тишина.
— Расго! – изумленно выдохнула, вспоминая несносного мага. – Даронн Расго! Он видел нас с Шаей!
— Даронн из клана Меча уехал сегодня утром в родовой особняк.
Как? Показалось, из-под ног выбили опору. Меня пошатнуло, но каким-то чудом я устояла. Впрочем, а если бы здесь был, сказал бы о том, что видел?
— Уверена, это та смердка! – неожиданно высказала предложение одна из девочек.
— Лэкорил! – обвинила вторая.
— Да, никто бы не осмелился больше.
— И она хотела попасть на бал! – поддакнул ещё кто-то из толпы.
— Не стоит обвинять без доказательств, — спокойно проговорил директор. – Леди, снимите маску.
Я растерялась и инстинктивно схватилась за маску.
— Не могу! Если сниму — оскорблю духа Мегуса.
— Серьезно? – магини громко рассмеялись. — Это глупышка верит в детские сказки!
— Наивная простолюдинка!
Меня пробил липкий пот. Шае с самого начала было плевать на обычаи! Вот почему она не прятала лицо. Выходит, я правда лишь глупая и доверчивая крестьянка. И ведь должна была догадаться об украшениях…
— Тихо! – остановил разговоры директор и вновь обернулся ко мне. – В сложившейся ситуации вам придется снять маску и пройти со мной. Не тяните время, ведь остальным хочется отдохнуть в этот вечер. Владелиц украшений тоже прошу прой…
Дослушивать не стала. Растолкнула не ожидавших такого школьниц и выбежала из зала, чувствуя на щеках горькие слезы. Как больно и гадко! Я не создана для этого — мне никогда не стать леди. Кого я пыталась обмануть? Расго был прав! Не место бывшей смердке на знатном мероприятии аристократов. Никогда больше не пойду на эти проклятые балы!
Я бежала вперед, не разбирая дороги, отчетливо слыша позади смех и топот догоняющих меня учеников. Мне не дадут так легко уйти. В какой-то момент просто оказалась в тупике. Выкрики «Воровка!» за спиной все громче, сердце в груди бьется все сильнее, а бежать просто некуда. Что же делать?
Испуганно оглянулась, лихорадочно ища взглядом выход.
— Я видел, что она здесь скрылась! – невольно вздрогнула, понимая, что голос раздался совсем рядом.
Боги, помогите… Я не могу показать лицо, не могу так поступить, не могу, чтобы меня исключили!
В последний момент, когда казалось, что уже все, меня нагнали, кто-то вдруг схватил за руку, утаскивая под нишу в стене и закрывая мне широкой ладонью рот. Миг. Сердце не бьется. В том месте, где я была еще каких-то пару мгновений назад, пробежали ученики. Рядом чье-то тяжелое дыхание, словно не я бежала, а тот, кто сейчас стоит за моей спиной.
Лишь когда затихли голоса, меня наконец отпустили. Только я не успела ни поблагодарить, ни рассмотреть своего неожиданно спасителя. Рядом мелькнул синий камзол, после чего меня вновь схватили за руку и потащили за собой в обратную сторону.
— Куда?
— Туда, где не найдут! — на ходу выкрикнул парень, в котором я узнала своего партнера по танцам.
Он свернул к лестнице. Я еле за ним поспевала. Арестар был выше меня на голову, из-за чего шаги выходили куда размашистее, нежели мои.
— Это же общежитие! — с удивлением поняла я, когда мы свернули в крыло к мальчишкам.
— Правильно, — на ходу ответил маг. — Здесь тебя уж точно не станут искать.
Пробежав арку, мы направились к комнатам, остановившись лишь у крайней двери. Там подросток ключом открыл замок и пропустил меня вперед.
— Это твоя комната?
— Моя, — согласился Арестар, приоткрывая окно и впуская свежий морозный воздух. — А ты, новогодняя воровка, правда безродь?
— Я не воровка! — отчаянно выкрикнула, с удивлением замечая, как меня только что назвали.
— Но второе не отрицаешь?
— Я — Улиада! — проговорила отчетливо по слогам, по-новому глядя на парня.
— Хорошо, Улиада, — он насмешливо перекривил меня, выделив мое имя. — Садись!
— Если думаешь, что я воровка, зачем помог? — садиться я не спешила, с интересом рассматривая мрачноватую и слишком дорогую обстановку его комнаты. Минимум мебели, максимум пространства – идеально для тренировок. Небольшие детали, что создавали образ хозяина этого места: клинки на стене, бесчисленные руны на дереве, почти такие же, как и на его наряде, книги по истории, военному делу, символичные статуэтки двенадцати духов Арона… Маг Арона!
— Я уверен, что ты не причастна, — Арестар решительно подошел, взял за руку и подвел к окну.
Последняя фраза дала мне главный ответ. В тот же миг всё стало на свои места. «Безродь!» Его любимое обращение, никто так больше меня не называет. И уверенность в моей невиновности могла быть только у одного человека…
— Да я знаю, кто ты! — изумленно выдохнула и, не дожидаясь ответа, резко сорвала с него маску.
— Ты все-таки ужасно бесцеремонна, — с недовольством сказал Даронн Расго, отпуская мою ладонь и потирая висок. Кажется, я оцарапала его.
— А ты — лжец! Почему сразу не сказал им правду?!
— Потому что не хотел, — просто пожал плечами Даронн.
— Тогда зачем сейчас мне помог спрятаться?
— Чтобы с тебя все-таки не сняли маску, иначе розыгрыш Шаи действительно мог зайти слишком далеко. Знаешь поговорку: не пойман — не вор?
— Но зачем? — я совершенно его не понимала, чувствуя себя обманутой. — Нельзя сразу усидеть на двух стульях! Либо ты на стороне Шаи, либо на моей.
— Я на своем собственном, Риддис! — с легким раздражением проговорил он. — Хочу умолчать — умалчиваю, хочу помочь — помогаю. Мир не делится на черное и белое.
— Это трусость, раз ты не можешь выбрать одну из сторон! — выпалила я, в корне не согласная с его мнением. — Нет, даже не так — двуличие.
— А ты не задумывалась, почему у Мегуса две маски? — вдруг спросил он, словно не замечая моего выпада. — Иногда то, что нам кажется очевидным, скрыто глубоко внутри.
— К чему ты клонишь?
— Ни к чему, — он снова не стал отвечать, глядя на ночное небо, — сейчас начнется самая красочная часть этого вечера, та, ради которой действительно стоит побывать на балу. Уверен, ты никогда еще не видела… — Расго вдруг склонился куда-то под стол, послышался скрип ящичка, а в следующее мгновение наверху оказалась коробка конфет. — Представление начинается, угощайся.
Я настороженно кивнула и с любопытством проследила за его взглядом, замечая, как на улицу выходят ученики.
— Сильно не выглядывай из окна! – предостерег он. – Заметят.
Гости собирались на заднем дворе школы, где стояла еще одна наряженная зеленая и очень высокая заснеженная ель.
— Арон — бог огня, — тихо произнес Расго, в этот раз уже подходя к стеллажу с книгами и доставая оттуда небольшую бутылку с чем-то светлым. — Это всего лишь арассе, — поспешно объяснил парень, видимо, замечая удивление и осуждение, промелькнувшее в моих глазах. — Впрочем, ты, наверное, и не знаешь что это. Не бойся, не алкоголь. Не доросла ещё.
— А ты дорос? — я фыркнула. — Тебе всего пятнадцать!
— Смотри представление, Кори! — сказал он, разливая чуть блестящий напиток по бокалам. — Со стороны женского общежития вряд ли смогла бы увидеть.
Учителя и ученики что-то вешали на ель, но рассмотреть с такой высоты не удавалось.
— Желания, — задумчиво сказал Даронн, протягивая мне бокал. — Арон скоро примет их все и, возможно, какие-нибудь исполнит...
Я с любопытством принюхалась к напитку, не спеша пробовать, впрочем, маг и сам не пил:
— Подожди еще немного, загадаем желание. Арассе — это сок коры ели, который пьют лишь в момент церемониального возгорания, мысленно прося у бога благополучия.
— Еловый сок? — никакого запаха у него было. — Возгорания?
— Смотри! — Расго легонько развернул меня к окну, где пылало пламя. Стоп искр взметнулся в небо столь неожиданно, что я помимо воли отпрянула.
— С новым годом, безродь! — Даронн легонько чокнулся со мной бокалом и залпом выпил странный напиток.
Я не спешила этого делать, завороженно наблюдая за горящей елью, а вместе с ней и сожженными желаниями ребят.
— Бог дал благословение — пламя взметнулось и поглотило дерево, а значит, приняло подарок.
— Спасибо... — благодарно прошептала, с восхищением продолжая смотреть на магию огня. Это было невероятно красиво, чем-то отдаленно напоминало обряд вступления, где богам нужно было преподнести подношения. Тогда огонь молчал, сейчас же резвился, создавая необычные образы — кажется, я даже рассмотрела в нем Мегуса...
— Мегус благословил этот праздник, — подтвердил мои мысли Расго. — Жаль, не загадала желания. Не доверяешь мне? И ладно! — пожал плечами юноша и взял конфету, чтобы тут же скривиться. — Ягодный сироп. Ненавижу!
Стало любопытно. Я ведь никогда не ела шоколадных конфет.
— Вкусно же! — не согласилась я, от наслаждения прикрывая глаза. — Сладко так.
— Забирай,— пожал плечами парень.
— Если не любишь, зачем брал?
— Мне их подарили.
Я замешкалась, не желая брать от Расго подачек.
— Боги, да не отравлены они, не надо от меня постоянно ждать подвоха.
— Уж извини, по-другому не могу, — серьезно ответила, вновь глядя в окно, где вовсю продолжалось празднество. — Ты был абсолютно прав, балы не для такой как я…
— Глупости! Не слушай тех, кто тебе это говорит, новогодняя воровка.
Помимо воли на моих губах заиграла улыбка.

Глава 7

Так летело время. Прошел еще год, Расго наконец-то выпустился, а мне исполнилось четырнадцать. Тогда вот судьба и решила вновь удивить. Я встретила того, кого никак не ожидала увидеть в стенах нашей школы...
Он приехал с наставником посмотреть выпускников. Его нельзя было не узнать! Отросшие до плеч светлые волосы цвета льна, утонченное лицо с заостренными чертами и холодными серыми глазами. Он почти не изменился с нашей последней встречи, разве что еще сильнее вытянулся, отчего теперь казался долговязым и чересчур худощавым.
Лорд Венский-младший. Узнал ли он меня? Думаю, да. Вряд ли я тоже сильно изменилась за эти два года. В коридоре мой прежний господин прошел мимо вслед за наставником, лишь на мгновение скользнув взглядом по застывшей ученице темного Рангора. Узнал! Уверена, что узнал.
Странное дело, но я не испытала каких-то ярких чувств при виде своего ненавистного когда-то врага. Здесь у меня просто не было времени думать о нем. Если вначале еще я вспоминала белобрысого мальчишку, и порою он мне снился, то потом закрутившие в вихрь события просто не давали возможностей думать о лорде Венском. Слишком много других насущных проблем было. Чего только стоили постоянные требования Расго и занятия с мистером Гораном. Мне было не до моей детской ненависти, ведь в школе я научилась ненавидеть заново.
Скорее меня захватили удивление и легкий интерес, когда поняла, кто передо мной. Не более. Я помнила данное ему обещание и планировала его выполнить. С того последнего разговора больше ни разу не видела его. И, наверное, это к лучшему. Иначе тогда злость поглотила бы меня полностью. Лорд Венский не приезжал в имение. Впрочем, я и сама не искала с ним встреч. В те редкие короткие дни каникул, когда я бывала дома, все время проводила рядом с семьей. Даже ребят больше не видела, лишь зная, что многие из них разъехались.
По школе быстро разлетелся слух, что из элитной столичной академии прибыли маги, чтобы посмотреть на нынешних выпускников. Для ученика великая честь получить приглашение лично, минуя конкурс. В этом году отбирали лучших из лучших на факультете Пресветлой богини. Так я узнала, что лорд Венский — маг, служащий богине Имаре. Это удивило.
На рукаве его мантии был вышит зелено-белый символ птицы с цветком в клюве. Знак четвертого ранга магов Имары. Это значило, что еще только обучаясь, он уже имеет силы нашей магини Онали! Да и раз его отправили вместе с наставником к нам, выходит у него действительно хороший уровень.
В прошлом году приезжали боевые маги Арона. Интересно, в следующем году будут маги Рангора? Что-то подсказывало, что вряд ли. Слишком нас мало, а многие даже не достигают третьего уровня. Я понимала — чтобы попасть в магическую академию, мне придется хорошо постараться.
— Кори... — знакомый голос раздался совсем рядом.
Я вздрогнула, выронив из рук надкушенное яблоко, после чего медленно обернулась, с какой-то странной тоской отмечая, что в этой школе меня ни разу не называли так.
Лорд Венский стоял передо мной и с интересом рассматривал. Он был без своего наставника. Мы находились посреди коридора, казалось, проходившие ученики совершенно не волнуют белобрысого юношу.
Хоть я и вытянулась за это время, он все также был меня выше почти на две головы.
— Поговорим? — он мягко улыбнулся и протянул мне руку, предлагая спуститься во двор школы.
Сейчас была теплая золотая осень. Многие ученики ловили солнечные последние деньки, проводя почти все перемены и свободное время на свежем воздухе. Я и сама собиралась пойти в любимый сад за восточной башней, где все окрасилось в красно-золотой и багровый оттенки.
Но уж точно не с ним...
— Нам разве есть о чем говорить?
— Все также невоспитанна? — тонкие губы юноши тронула улыбка. — А я думал, магом ты хоть немного станешь покладистей.
— Сложно оставаться воспитанной с тем, кого ненавидишь.
— Вот как... — мне показалось, в его голосе проскользнула недовольство. — В любом случае, сейчас я просто хочу с тобой поговорить. Ты ведь не забыла, что твоя семья в моем распоряжении?
Скрипнула зубами, понимая, что не могу не согласиться. Пусть больше я и не в его власти, но мои родители, сестренка… Посмеет ли он действительно что-то им сделать?
— Ты изменилась...
— Верно, время ведь не стоит на месте.
— Я о другом, — медленно проговорил лорд Венский-младший, сворачивая к моей любимой аллее. — Твои глаза, взгляд, в них что-то поменялось, нет больше той безрассудной искры.
— Ты позвал меня пофилософствовать?
— Нет, Кори, нет, даже сейчас ты удивила меня! Знаешь, я ведь был уверен, что ты станешь магом Арона.
— Я тоже не думала, что ты слуга Имары.
— Почему же? Сила принадлежит характеру и идет рука об руку с ним. Целительство – это мое естество, но ты… ты как огонь и тебя обязан был выбрать бог огня.
— Значит, во мне черное пламя.
— Ты не похожа на темную.
Я не ответила. Да и не видела смысла. Меня не особо волновала судьба Венского. Единственное, чего я хотела от семьи белобрысого, это в будущем избавить от них своих родителей и сестренку. Больше мне ничего не надо было. И его общение тем паче. Слишком хорошо помнила, к чему привели мои прошлые попытки. Даже если моя ненависть к нему на время утихла, это не значит, что я забыла по чьей вине на моей спине длинные некрасивые рубцы.
Он молчал. Я тоже. Недолго думая просто свернула с дорожки в сторону вольеров, в надежде, что надоедливый лорд отстанет. Но нет... маг пошел за мной.
— У тебя есть хаканн? — изумленно произнес лорд Венский-младший, когда на нас вылетел огромный пес.
Обычно он всегда чувствовал, когда я подходила, и выскакивал мне навстречу. Однако в этот раз Шорён настороженно замер, шерсть на загривке слегка приподнялась, а сам он угрожающе зарычал на незваного гостя.
— Ну-ну! — я похлопала по длинной мягкой шерсти Шорёна, тем самым успокаивая своего малыша. — Его лучше не трогать, а то нам с тобой потом несдобровать.
— Где ты его взяла?
Я недовольно оглянулась на мага, но отвечать не стала.
— Хаканны ведь редкие очень и уж точно никогда не соглашаются быть в неволе. Это дикие собаки.
— Нашла... — легонько пожала плечами.
Я и сама только недавно узнала, что взрастила дикую потомственную волчью собаку. Поняла это, когда не остановился его рост, а челюсть удлинилась и выдвинулись клыки. Но я не боялась его. Да и вычитала, что бывали случаи, когда хаканны привязывались к людям, редкие, конечно, а все же надежда теплилась. Честно говоря, я боялась, что вот-вот Шорён захочет уйти, ведь он почти достиг брачного периода.
— Зачем родовитому хаканну защита?
Вроде обычный вопрос, но внутри все похолодело. Ведь он не мог увидеть… или мог? Перед глазами тут же всплыло давно забытое воспоминание: браслет, который он с таким пренебрежением и злостью откинул. Знал ли он тогда, что это не обычный браслет? Если сейчас увидел на Шорёне щит… ничего не понимаю. Не может же он видеть. Как?! Неужели, как и Расго? Но почему?
Лорд Венский мягко провел рукой вдоль шерсти. Под его пальцами заискрился белый свет. Шорён моментально зарычал и предупреждающе клацнул зубами, заставляя мага убрать ладонь.
— Сильный щит... – с искренним восхищением проговорил юноша, нисколько не боясь моего пса. – С кем ты его делала? Учителя обычно не жалуют такого. Зачем кому-то соглашаться тратить столько энергии на щит для собаки? Это неразумно.
— Такому как ты не понять.
Не понять, каково это испытывать всепоглощающий страх, когда угрожают единственному твоему другу, беззащитному и беспомощному.
И все же, каким образом он увидел магию моего плетения? Ладно Расго, я сама виновата. Тогда, когда за него зацепилась нить… По крайней мере, мне казалось, это могло быть причиной, почему он видел плетение, но теперь я понимала, что вряд ли. Но как выходит, что только некоторые видят? Почему? Даже учителя и сеть школы не засекает моей магии, а лорд Венский так легко ощутил щит. Мне это совершенно не нравилось.
— Интересное плетение, — тем временем продолжал вслух размышлять лорд Венский. — Сложная и кропотливая работа.
— Послушай, — раздраженно остановила я юношу, прекрасно понимая, что с ним стоит вести себя аккуратно. Только для меня это была непосильная задача. — Мне неприятно твое общество. Тебя, наверное, ищет наставник. Понятно, на что я намекаю?
— Более чем, — спокойно ответил маг. — И если сперва мною двигал лишь легкий интерес и даже отдаленное чувство вины перед маленькой курносой девчушкой из родных земель, то теперь откровенное любопытство. Ты стала слугой Рангора и очень сильной, судя по плетению на твоей зверюге. Только каким образом ученица-второгодка имеет такую силу?
— С чего ты решил, что я? — искренне удивилась, не понимая, как он мог догадаться.
— О, поверь мне, я точно знаю, что твой. И под чьим руководством ты бы не делала этот щит, работа полностью на тебе.
Ну хоть не знает, что я делала его без присмотра. Еще не хватало, чтобы он понял возможности нитей и то, как обхожу защиту школы.
Темный бог, почему мне так не везет? И надо было именно его здесь встретить?! Почему из всех в огромнейшей академии приехал он? Боги так насмехаются надо мной?
— Лучше бы ты не была слугой Рангора, — неожиданно проговорил лорд Венский. — У тебя слишком хороший потенциал.
— К чему ты клонишь?
— Потом... — загадочно ответил блондин. — Все потом. Пожалуй, меня и правда уже, наверное, ищет мастер Вирий.
Тогда я еще не знала, что он задумал, но вскоре чисто случайно подслушала разговор. Это произошло тем же вечером. Я шла к мистеру Горану, когда заметила мелькнувшую ткань зеленой академической мантии. Зачем пошла и сама не знала. Любопытство? Может. Это было еще одной моей вредной чертой.
Тихие голоса раздались из-за приоткрытой двери.
— Я впервые видел такое сильное плетение!
— Тшш, Да̀лион! — прервал другой голос, и почти сразу захлопнулась заблестевшая белыми рисунками дверь.
Полог тишины! Это лишь сильнее разогрело любопытство. Но не только… Страх. Неприятное чувство беды. Я поняла, о каком плетении шла речь. Он сам сегодня удивлялся ему.
Значит, вот какое твое имя, лорд Венский — Далион. Никогда не знала его и не стремилась узнать. Для нас он всегда был только лорд Венский. Да и сейчас меня волновало это меньше всего. Я тихонько подкралась к дверям и положила на них ладони. Под ними тут же вспыхнуло два темных круга, нейтрализуя полог. Магия отозвалась привычной теплотой и тишиной школьной сети. На запястье уже несколько месяцев как был браслет идентичный тому, что я плела для Расго.
Еще один пасс. Под ладонями тут же образуются сложные рисунки синего цвета, и я слышу голоса отчетливо, будто стою вместе с ними в кабинете.
— Ты уверен?
— Несомненно.
— Если девчонка и правда такая талантливая, как ты говоришь, просто используй ее, но в академии ей делать нечего. Все равно темной будет не под силу поступить. Сам знаешь, что даже одаренные дети не всегда проходят, берут в год одного ученика Рангора.
— Сколько мы пробудем здесь?
— Дня три, не больше. Не думаю, что кто-то особо будет переживать за бывшего смерда. Вернется обратно к твоему отцу, но помни, все должно выглядеть, будто она выгорела.
— Да, наставник.
— А я пока отберу троих целителей, — тяжелый вздох. — Неплохо было бы, если хотя бы один был ее уровня.
Что? О чем они вообще? У меня похолодело на душе, а после поднялся жар, пламя, сжигающее все на своем пути. Я не знала, что именно они задумали. Как хотят воспользоваться… Выгорела? Значит, им нужна моя сила? Они ж об этом?
Не могу поверить.
— Венский, ты стал еще более жутким и ничтожным, чем был, — с отвращением прошипела я, слыша приближающиеся шаги.
В последний момент успела отскочить от двери и скрыться в коридоре. Никогда я не была еще так зла. Зла и разочарована. Первым желанием было кинуться к директору и все рассказать. Однако я быстро себя осадила. Ему нет дела до темной ученицы, тем более на безосновательные обвинения. Зашевелится лишь, когда правда что-то сделают. И то не обязательно, что поверят бывшей крестьянке.
Значит, надо поймать на горячем! С силой сжала кулаки. Интересно, а те случаи с другими бесправными тоже было их рук дело? Мистер Горан рассказывал однажды об одном ученике, который выгорел незадолго до моего поступления. Потом крепостных бывших и не было.
Хм… А Марика? Сирота с моего факультета. Она ведь тоже выгорела в прошлом году и вернулась в приют ни с чем. Как раз после приезда двоих из академии. Но ведь не мог никто не заметить такого совпадения?! Хотя выгорание среди учеников не было чем-то редким, особенно среди магов-недоучек. Даже магическая защита не спасала от такого и учителя порой опаздывали к заигравшимся ученикам.
Но зачем? Ведь нам всегда рассказывали, что приезд делегации из академии — это всегда шанс. Оказывается, шанс этот только для Избранных. Для таких, как я – путь один.
— Лэкорил? — мистер Горан вышел так неожиданно, что я просто не заметила его, из-за чего уткнулась носом в теплый пропахший чем-то сладким камзол.
Учитель мягко отодвинул меня и с беспокойством заглянул в глаза.
— Что случилось? На тебе лица нет.
Может, ему сказать? Поверит ли? Уверена – да. Но что из этого? Кто ему поверит? А подставлять мистера Горана я уж точно не хотела. Он и так слишком часто выручал меня и приходил на помощь. Можно что-то говорить, только имея веские доказательства.
— Все в порядке, — с натянутой улыбкой заверила я. — Просто не заметила вас.
— Тогда пошли на урок, Риддис!

***
Лорд Венский не заставил себя ждать. Нет. Не лорд. Он не заслуживает, чтобы так к нему обращаться. Венский. Маг подошел ко мне в саду, не особо укрываясь. По крайней мере, я точно видела несколько учеников, проводивших нас удивленным взглядом.
— Здравствуй, Кори.
Три дня. Впереди целых три дня. Что он будет делать? Я не боялась его. Ведь у меня был козырь. Или нет? Он же видит все мои плетения. Наверное, и браслеты на руках распознал для чего.
— Что тебе надо? — с трудом сдерживая эмоции, проговорила я.
Не нападет же он сейчас.
— Просто пока я здесь, хотелось бы извиниться.
— Извиниться? — я удивленно подняла брови, неожиданно для самой себя, замечая в серых глазах белобрысого мага действительно сожаление.
— За то, что испортил тебе жизнь.
Вот как. Я криво улыбнулась. Втирается в доверие. Мразь! Но следующие слова все-таки удивили.
— Не стоило мне вообще тогда заманивать тебя к себе домой, — тихо проговорил Венский, становясь вмиг серьезным. — Пусть бы со всеми поймал отец. Да, было бы больно, зато наши пути никогда бы не пересеклись.
— Думаешь?
— А разве ты бы стала следить за мной и идти на болота, не встреть меня тогда в особняке? – он присел рядом со мной на лавку и как-то отстранено посмотрел на небо. — Принесла бы браслет?
— Как знать… — я задумчиво проследила за его взглядом, замечая в небе знакомую белую птицу. — Судьба рано или поздно все равно приводит куда следует.
— Считаешь, в пансион тебя завела судьба? – Далион хмыкнул и с интересом обернулся ко мне.
— Неважно. Все неважно. Мне суждено было стать магом. С тобой или без тебя.
— Да, не спорю, и все же что-то явно пошло не так. Где-то повлияли мы. Судьба течет своим ходом, но путь по ней создает сам человек.
— Снова философствуешь?
Лучше бы прямо заявил, что задумал. Лицемер! Гадкий лицемер! Ненавижу.
— В любом случае я бы хотел, чтобы все сложилось по-другому, — он недовольно нахмурил светлые брови и неожиданно посмотрел прямо мне в глаза. На миг показалось, будто серый лед прорезали золотые лучи. — Чтобы ни произошло дальше — просто живи! Гори также ярко как прежде.
Мне с трудом удалось сдержаться, чтобы не высказать все, что думаю. Надоело! К чему эти слова? Я сжала губы в тонкую нить, сдерживая эмоции, встала и молча ушла, в надежде, что останавливать не станет.
Не стал.

***
Два дня. Почему он тянет? Чего ждет? И к чему эти пустые никому не нужные разговоры? Он вновь находит меня. Теперь в хранилище знаний. Садится напротив и долго смотрит.
Меня напрягает его присутствие, но терплю. Кажется, я сама не выдержу и просто открою все, что знаю, если так и дальше продолжится.
— Ты очень талантлива, Кори! – медленно проговорил юноша, подложив руку под голову. — Из тебя бы вышел первоклассный маг…
— Еще выйдет! — в запале перебила я.
— Это вряд ли, академия не примет тебя, как бы ты ни старалась. — Венский задумчиво взглянул вниз, словно желая что-то рассмотреть. – К слову, я заметил у тебя меч. Тебе разрешили его носить?
— Да.
— Магический меч ученице Рангора? – недоверчиво уточнил блондин. — Это же запрещено законом, даже не школой.
Я сцепила зубы. Все! Не могу. Всего лишь миг и в моей руке обнаженный клинок, направленный на блондина. Ни минуты не выдержу его вранья. Будь что будет! Он и так слишком много знает. Один лишь факт того, что ему известно о магических свойствах меча делает меня перед ним слабой. Только пожелай он рассказать, и никакие мои доводы ничего не сделают. Я не могу знать, не увидят ли в Ковене магов свойства моего оружия. Выходит, в любом случае лишусь магии.
Паршиво!
— Все-таки кое-что так и не изменилось, — довольно проговорил маг, качая головой. — Все такая же импульсивная курносая девчонка.
— Говори прямо, что ты затеял! — выпалила, чувствуя ком в горле. — Хватит играть! Сделай уже задуманное. К чему все это?
— Задуманное?
— Лицемер!
Тянуть не стала. Кинулась в бой, будучи тут же остановлена мягкой теплой волной.
— Во-первых, нападать с мечом на того, кто безоружен, по меньшей мере, низко. Во-вторых, некрасиво делать это в месте, где главное правило – тишина.
С удивлением поняла, что не могу пошевелиться. Дернулась, но ничего.
— Что же, раз ты знаешь... — он нахмурился, быстро перебирая пальцами в воздухе. — И правда нет смысла тянуть.
Вслед его пассам вспыхивали и гасли один за другим рисунки и линии. Это, наверное, было самое противное. Венский зафиксированный маг, а значит защитная сеть школы никак не отреагирует, она воспринимает его как учителя. Венский может делать все, что захочет. А судя по рисункам его магии, он еще и отделил нас! Даже если кто зайдет – не увидит происходящего. Не думала, что целитель имеет такие познания. Темный бог, я недооценила противника.
— Зачем вам моя сила? — отчаянно воскликнула я, пытаясь вырваться из невидимого плена. — Разве в королевстве не каждый маг на счету?
— Кори, я ведь говорил тебе однажды, что все не так, как кажется на первый взгляд. Мир магов намного суровее и злее, чем ты думаешь.
— Уже и сама поняла, — хмуро процедила сквозь зубы.
— Ты же знаешь о внутренней войне на Муро. Нас давно хотят поглотить два могущественных соседа. Ежегодно из магической академии отбираются лучшие из лучших в королевскую гвардию, но попасть туда могут лишь высшие роды. Такие как ты даже в академию поступить не смогут, но бывает, что среди бесправных и бедных попадаются действительно редкие алмазы. Вот только допустить к высшему обществу низшее сословие? Чтобы ни говорили и как ни расписывали возможности магов, если ты не имеешь за плечами рода, то далеко не продвинешься. Тем более, если тебя выбрал Рангор. Твоей силой просто воспользуются и все. Ты бы даже до третьего уровня не дошла. Думаю, и сама уже все поняла. Учителя прекрасно знают, для чего приезжают маги из академии. Вот почему зачастую на таких, как вы особо не обращают внимания. Да, принять должны, но вы лишь разменная монета.
— И что же вы делаете с силой? – сипло спросила я, чувствуя внутри какое-то опустошение и будто бы образовавшуюся всепоглощающую пропасть безысходности после его слов.
— А ты не поняла? – он грустно улыбнулся. — Ее получают адепты, отобранные в гвардию. По-твоему, как нам удается еще выстоять против столь сильных противников?! Не далек тот час, когда нас все-таки поглотят. И от того, кто это будет – зависит наше будущее. Нельзя допустить, чтобы Марэта создал единую империю. Тогда он станет не победим, но Тарота не хочет идти нам на уступки, а наш король не согласится потерять свою власть. Он согласен войти в состав Тароты лишь сохранив монархический статус Руты. Война не закончится, пока мы не проиграем или не придем в согласие с Таротой и вместе встанем против Марэты.
— Какое мне дело до войны, когда я в ней никто… — глухо проговорила я, глядя в пол. – Ты просто заберешь всю мою жизнь, сделав вновь рабыней своего отца.
Нет. Не плакать. Надо бороться! Но его магия почему-то не поддается моей. Не получается высвободиться.
— Выходит, в прошлом году девчонка с моего факультета — тоже ваших рук дело. И тот мальчишка несколько лет назад…
— Да, — не стал отрицать Венский. — Разве тебя не удивляет столь малое количество магов Рангора? Думаешь, они редко рождаются? Не меньше, нежели огненные. И, наверное, это самое обидное. Ведь я был уверен, что ты маг Арона. Тогда бы мне не пришлось…
— Так чем же вы лучше самого темного бога, которого так боитесь?! Вы лишаете возможностей, не обучаете и делаете все, чтоб темные погибли.
— Таков удел магов, — пожал плечами белобрысый, вызывая во мне новую волну отвращения. — Прости.
— Никогда! – зло прорычала в ответ, все также безрезультатно пытаясь высвободиться из чужого плена.
Не хочу обратно! Не хочу снова становиться рабыней! Я маг! Несправедливость и боль обжигали. Почему все так?!
— Я постараюсь не делать больно… — неожиданно тихо проговорил Далион, медленно приблизившись. – Мне правда хотелось бы, чтобы все сложилось иначе.
— Ты уже делаешь больно! – прошипела я, отчаянно вырываясь. – Не лишай меня магии, прошу...
Последние слова я почти прошептала, впервые чувствуя себя настолько беспомощной. В чем моя пресловутая сила, которая так нужна Венскому, если даже высвободиться не могу?!
— Если бы у меня был выбор.
— Выбор есть всегда!
— Только не у мага...
Почти незаметное движение, и вокруг пальцев блондина образовывается свет.
— Нет, — по щекам потекли слезы. — Не делай этого, умоляю.
Яркий свет срывается с его пальцев… Я в ужасе зажмуриваюсь. Минута. Другая. Ничего не происходит. Сила все также течет в моей крови. Я чувствую ее. Она бьется ярко и сильно, как и прежде.
Удивленно распахнула глаза. Передо мною чья-то широкая спина. Взгляд останавливается на знакомых темных волосах, собранных синей лентой в низкий хвост.
— Мистер Горан!
— Все хорошо, — ласково проговорил учитель, не оборачиваясь и скидывая с себя белое марево магии. — Я рядом.
— С чего бы это школьные учителя вмешиваются в дела академии? — с искренним недоумением спросил Венский, явно не ожидая, что ему помешают.
— Лэкорил — моя ученица и я не позволю сделать то, что ты собрался…
Внутри ощутимо кольнуло. Он знал? Под ложечкой неприятно засосало. Знал, для чего приходят из академии?!
— И с каких это пор маги Арона так беспокоятся о темных учениках? — с плохо скрываемым сарказмом поинтересовался блондин.
— С тех самых, как я увидел ее потенциал.
— А смысл? – фыркнул юноша. — Она не поступит в академию, а ее сила может пригодиться на границе.
— Поступит, — твердо сказал мистер Горан. — Я сделаю все, чтобы поступила.
Я растерянно посмотрела на мужчину, одновременно чувствуя благодарность и... боль. Боль от того, что и тот, кому верила, причастен к происходящему. Ничего не сделал, чтобы уберечь других учеников. А уберег бы меня, если бы я не была так одарена? Впрочем, если бы не они, Венский и вовсе не заинтересовался бы мной.
— Лэкорил, сейчас я открою путь, и ты уйдешь! — неожиданно приказал учитель, и словно почувствовав мое состояние, уже мягче добавил: — Мы обязательно поговорим с тобой, но потом.
— Нет, — холодно уточнил Далион. — Кори останется.
— Кори?
Я не видела лица мистера Горана, но судя по недовольному тону, он привычно нахмурил темные брови, отчего на лбу наверняка пролегла неглубокая морщинка.
— Вы знакомы.
Не вопрос – утверждение. И все же я ответила.
— Он сын моего бывшего господина, — в голосе помимо воли проступили нотки отвращения. — Род Венских.
— Все интересней и интересней, — задумчиво проговорил мистер Горан. — Кори, значит…
Учитель махнул рукой, и рядом со мной заискрились яркие красные круги, разрывающие магическое поле Далиона. Оно вспыхнуло белым светом и опало, выпуская меня за невидимый круг. Я и моргнуть не успела, как Горан Нэрдок с Венским исчезли, по всей видимости, мгновенно создав вокруг себя новый защитный полог.
В хранилище знаний никого не было, кроме мисс Руни, но она занималась книгами и даже не заметила мелькнувших щитов.
— Риддис? — недоуменно воскликнула магиня, подняв на меня удивленный взгляд. — Что ты здесь делаешь? Поздно уже, да и ведь я закрывала все!
— Простите, — торопливо извинилась я и тут же добавила, подхватывая свои вещи со стола: — Уснула, не слышала.
По всей видимости, такой ответ устроил мисс Руни. Она лишь кивнула и выпустила меня из хранилища знаний. Но в комнату я не пошла, вместо этого сразу направилась к кабинету учителя. Уверена, он перейдет сразу туда, понимая, что я буду ждать. Сердце все еще гулко билось в груди, и мелко дрожали руки. Страх не спешил так быстро отступать, но с каждым шагом хотя бы становилось легче дышать.
— Венский, ублюдок! — прорычала в голос, со злостью сжимая кулаки. — Не остановился! Ударил.
Впрочем, я, что верила, будто мои мольбы и слезы будут услышаны? Не впервые ведь уже. Пора запомнить, что слезами не разжалобить. В мире магов каждый сам за себя.
Сколько так простояла под дверьми кабинета мистера Горана — не знаю. Время тянулось нестерпимо долго. Я уже подумывала уйти, как двери неожиданно распахнулись и учитель пропустил меня внутрь.
Уже там он привычно поставил воду. Горан Нэрдок всегда зажигал маленький огонек под чайничком на специальной подставке и угощал меня различными травяными сборами и сдобными булочками.
Здесь всегда было очень уютно и по-домашнему тепло. Вот и сейчас я села на свой излюбленный диван у окна, ожидая, когда заговорит учитель.
Он не спешил. Разлил по чашкам кипяток, достал из серванта конфеты. Только мне в рот ничего не лезло. Даже просто мысль о еде вызывала неприятную тошноту. Попыталась сделать глоток чая, но руки предательски задрожали, выдавая с головой мое состояние.
— Уже все хорошо, Лэкорил, — мягко успокоил учитель, помогая отставить чашку. — Не волнуйся. В этот раз они уйдут ни с чем.
— Но... — я не находила подходящих слов. — Вы знали! И та история о мальчике, которую сами же мне рассказывали.
— Да, знал, — не стал отрицать мужчина. – Поверь, я не в восторге от этого. Мне больно осознавать, что те, кто должен защищать, сами приносят страдания. Маги – это в первую очередь защитники, созданные богами. И то, что им приходится делать… Они ведь сами уподобляются тем, с кем сражаются. Такими действиями просто заранее отдают свою душу Рангору. Глупо.
— Но ведь и вы не лучше! – не удержалась от упрека. – Вы не спасли того мальчика, хотя могли. А Марика? Светловолосая девчонка, которая выгорела в прошлом году после приезда магов из академии.
— Я пытался, — неожиданно сухо проговорил учитель, глядя куда угодно, лишь бы не на меня. – Правда, пытался. Не успел лишь на секунду. Ведь никогда не знаешь, кого они выберут, когда и где решатся выполнить задуманное. На какой-то момент я уже испугался, что снова опоздаю. Повезло, что парень знал тебя. Не реши он поболтать с тобой, все могло бы закончиться плачевно.
На миг воцарилась тишина. Я не знала, что сказать, не могла принять происходящего. Даже если он действительно пытался спасти других, все равно ничего не сделал, чтобы прекратить этот ужас!
— Боги, Лэкорил, не будь такой наивной! – неожиданно с досадой воскликнул мистер Горан, будто поняв, какие мысли сейчас крутятся в моей голове. – Один человек не может просто взять и одним щелчком пальцев изменить устоявшие многолетние устои.
— А я попытаюсь! – без тени улыбки заявила я. – Обязательно сделаю все, чтобы изменить этот несправедливый мир. Изменить отношение к темным и всем магам, не имеющим за спиной сильного рода. Мы не разменные монеты в ваших играх!
— Ох уж эта юношеская крайность, — тяжело вздохнул мистер Горан, откидываясь на спинку кресла и закрывая глаза. — Мечты — это хорошо, но они должны быть чем-то подкреплены.
— Я поднимусь настолько высоко, что передо мной склонятся все маги! – решительно заявила, сжимая кулаки. – И тогда я создам свои собственные законы и правила.
— Монархической особой, что ли, стать надумала? – с легкой иронией улыбнулся учитель.
Вот только я не шутила.
— Если потребуется, да. Все равно наш король не будет править вечно. Рано или поздно мы проиграем. Тарота не согласится на наши условия, и если король не уступит, подавит числом. В любом случае, недалек тот день, когда мы станем ее частью.
— И что? – с искренним интересом поинтересовался мистер Горан, даже открыв глаза и подавшись вперед. – Кан Роту свергнуть планируешь?
— А что? – я фыркнула. – В Тароте в порядке вещей, когда трон занимает не наследник, а самый сильный маг страны, да и, насколько мне известно, когда-то титул императора – являлся почетным воинским званием! Только могущественный и властный человек мог им стать. Притом у Кан Роты нет детей, вроде как поговаривают, будто он бесплоден. Значит, его в любом случае свергнут!
— Забавно слышать такие далекие планы от девочки четырнадцати лет.
— А мне забавно, что такой сильный маг, как вы, готов смириться со столь несправедливым положением дел. Конечно, ведь легче всего просто развести руками и сказать, что один человек ничего не сможет. Как раз с одного все и начинается!
— Тогда, считай, что нас уже двое, — с улыбкой проговорил мужчина. – Я поддержу тебя в любом начинании, даже если ты решишь пойти против самих богов.
Я удивленно посмотрела на учителя. Он выглядел решительным и серьезным. В желтых глазах ни искорки насмешки. Не шутит.
Внутри потеплело. Мне просто необходимы были эти его слова. Знать, что есть тот, кто верит в тебя. Кто не воспринял все как пустые, ничего не значащие слова.
— Не знаю, как повернет моя жизнь, но я обязательно сделаю все, чтобы изменить эти жестокие порядки. И первым делом отменю крепостное право!

***
Наступил третий день. Сегодня Венский и его наставник наконец-то уезжали, что не могло не радовать. После случившегося в хранилище знаний я ни разу не видела его. Да и не искала с ним встреч, впрочем, как и он сам. Однако Венский слишком самонадеянный, если думает, будто я оставлю все как есть. Нет. Для него я подготовила особый «подарок»…
После вчерашней беседы с учителем я не пошла спать. Злость, обида и тот всепоглощающий страх, что я испытала, вылились в мое собственное плетение. Эмоции накрыли с головой. Перед глазами то и дело всплывал тот миг, когда я со слезами упрашивала не лишать меня магии, и как безэмоционально с пальцев блондина сорвалось заклинание.
Я не ожидала такой подлости от него. Хотя почему нет? Еще в детстве он показал себя, когда с таким же безразличием избавился от меня. А я-то думала, что позабыла о своей былой ненависти к бывшему господину. Но нет. После этой встречи я возненавидела его еще сильнее.
— Ни у богов, ни на земле, ни в подземном царстве, нигде покоя тебе не найти, Далион Венский… – угрожающе прошептала я, заканчивая работу лишь с первыми предрассветными лучами.
Проклятия третьего уровня снимаются с огромным трудом, а проклятия вечного страха и вовсе может убрать только тот, кто проклял! Жестоко? Возможно. Но разве он хотел со мной поступить менее жестоко?
Я мотнула головой, заставляя замолчать свою совесть. У меня немного времени, прежде чем они уйдут. Схватила со стола плетение и поспешила к дверям его комнаты. Оттуда доносилась ругань. Кажется, кричал наставник Венского, и в этот раз не особо заботясь о пологе тишины.
— Ты не понимаешь, мы не можем вернуться ни с чем!
— Ошибаетесь, я все прекрасно понимаю, — спокойный ответ. – Более того, теперь у нас есть достаточно силы.
— Да, но она не подходит! Сила этого учителя не заменит темной магии. Он маг Арона!
Сила учителя? Я изумленно застыла. Так вот как он решил проблему с ними. Но мне ничего об этом не сказал. Знал, наверное, как отреагирую.
— Нам придется согласиться с этим предложением, он не даст забрать силу.
— И сдалась ему эта девчонка?! – выплюнул мужчина. – Понимает же, что защита государства важнее какой-то безродной глупышки.
Я заскрипела зубами. Сволочь! Неплохо было бы и его на место поставить! Во мне зародилась решимость. Пусть не сейчас, но когда-нибудь я обязательно исправлю такое положение дел, и все станет по-другому…
Открылась дверь. В последний момент прижалась к стене, наблюдая за наставником Венского. Это был мужчина в возрасте с первой сединой на висках и морщинками в уголках глаз и губ. Он выглядел добродушно и располагающе. Не знай всей правды, я бы ни за что не подумала о нем плохо.
— Кори? – надо мной раздался удивленный голос Далиона. – Ты что здесь делаешь?
— К тебе пришла!
— И даже не побоялась? – он позволил себе улыбку, отступая от дверей и тем самым давая мне войти.
— Тебя, что ли? – фыркнула я и спокойно вошла в комнату. – Прости, но страх, как и уважение еще заслужить надо. Единственные чувства, которые я испытываю к тебе – это ненависть и отвращение.
— И зачем же ты тогда пришла?
— Кое-что тебе отдать…
Венский удивленно вскинул брови, не пытаясь скрыть промелькнувшего в глазах интереса напополам с недоверием.
— Что же? – с подозрением спросил он, складывая руки на груди.
Я понимала, что даже если Далион и ожидает от меня какого-то подвоха, уж точно не магического. Пусть он и видит мои плетения, но о том, что я могу колдовать на территории школы – не знает. И это мне на руку.
— Вот это! – я всучила ему в руки связанную из небесных нитей салфетку.
— И что это? – с удивлением спросил блондин, не подозревая, что именно сейчас в его руках. Ведь я наложила на проклятие аркан иллюзии, и маг просто не мог увидеть, что на самом деле скрывает сложный узор плетения.
— Nago rihsiodi roni vatie dani! – прошептала я слова проклятия на везорийском , с настоящим наслаждением замечая округлившие глаза Далиона.
Салфетка вспыхнула в его руках и исчезла, впитываясь в самого юношу так же, как было с Шорёном.
— Что это такое? – непонимающе спросил маг, пытаясь скинуть невидимое с себя плетение, но оно уже было внутри него. – И почему школьная сеть молчит?!
Меня не пугало, что теперь он узнал и о том, что могу спокойно колдовать, не опасаясь учителей. Далион и так много знает. Понять бы еще, почему? Что такого их с Расго объединяет, из-за чего они оба видят и чувствуют магию нитей?
Зато я получала истинное удовольствие от его реакции.
— Тебя замучает страх, — охотно объяснила я. – Первоначальный страх, от которого никуда не деться. Почувствуешь на себе все то, что испытывали те, кого ты лишал будущего. Страх противное чувство. Он заползает в душу ядовитой гадюкой, чтобы поселиться внутри, рядом с сердцем, и жалить каждый раз, как только начинаешь сомневаться.
Далион застыл каменным изваянием, по всей видимости, не находя слов. Просто стоял и все так же широко распахнутыми глазами, смотрел на меня. Вот только чего-чего, а страха в его глазах точно не было. Хотя, насколько мне было известно, проклятие должно было подействовать с первой же секунды. Впрочем, я не придала этому значения, чувствуя себя победительницей в этой небольшой войне.
— Запомни, белобрысый! — вернула ему же его собственные слова, сказанные им в нашу первую встречу. — Никогда не зли мага.
И уже от себя с ухмылкой добавила:
— Особенно темного мага.

ВТОРАЯ ЧАСТЬ

Из врагов всего опасней враг, прикинувшийся другом

Глава 1

Ответить

Вернуться в «Фэнтези»