Мария Кургат "Мой преданный враг"

Модератор: Модераторы

Mariacur
Читатель.
Posts in topic: 11
Сообщения: 13
Зарегистрирован: 15 июн 2018, 19:56

Мария Кургат "Мой преданный враг"

Непрочитанное сообщение Mariacur » 11 авг 2018, 11:08

Глава 3

— Неплохо, но ты делаешь слишком резкие выпады, не говоря уже об импульсивности!
Мы с Норием вновь тренировались. Из-за того, что на улице с самого утра лил дождь, решили переместиться на полигон. В такое раннее время перед занятиями он как раз пустовал, и мы могли спокойно заняться подготовкой. До турнира оставалось меньше трех недель.
— Так, может, вместо того, чтобы избавляться, лучше попытаться воспользоваться этой самой импульсивностью? – воодушевленно предложила я. – Насколько я успела узнать, Алан слишком медлительный и рассудительный. У меня будет больше шансов победить его скоростью, в то время как Скай любит наносить размеренные и точные удары, а значит, моя быстрота снова будет только на руку.
— Да, возможно, но есть еще один нюанс…
— Какой? – я замерла, опуская меч и тяжело дыша.
— Вспомни, что было в списках насчет арен.
Я потерла лоб, действительно пытаясь вспомнить. В тот момент меня интересовали больше сами соперники, поэтому на аренах не остановила свое внимание, о чем и сказала Норию. К слову, списки мы в ту же ночь вернули обратно в ректорский кабинет. И, судя по тому, что нас еще не вызвали, никто не узнал о временной пропаже бумаг.
— Второй раунд на иллюзорной арене! – подсказал пятикурсник. – И чаще всего комиссия предпочитает использовать страхи самих участников. Так на третьем курсе, когда я сам участвовал, арена преобразовывалась в мои самые потаенные страхи. Это сильно сбивало и мешало, впрочем, моему противнику тоже, что не может не радовать. Возможно, в этом году они используют за основу и другое, но лучше не иметь страхов, выходя на бой. Есть что-то, чего ты боишься?
Конечно же, мне хотелось самоуверенно ответить, будто я ничего не боюсь. И вообще страх – это удел слабых. Однако вместо этого, тихо призналась:
— Замкнутых пространств…
Не знаю, что именно зародило мою боязнь: темные подвалы пансиона или черная комната школы? Возможно, и то и другое, но с тех пор я просто физически не могла оставаться в местах, где не было окон и дверей. Я в буквальном смысле начинала задыхаться, не говоря уже о паническом страхе. И если арена превратится в запертую комнату, шансов на победу у меня просто не будет.
— Плохо, — неожиданно проговорил Норий. – Я не уверен, что мы успеем побороть твой страх. Надеяться лишь на то, что в этот раз иллюзорная арена подразумевает нечто иное глупо. Мы должны быть готовы ко всему.
— И что? – я изумленно замерла. – Выходит, все на трибуне увидят мой страх? Этим же потом любой сможет воспользоваться!
— Верно, — согласился юноша. – Так и задумано. Вспомни, чему учит академия – каждый адепт должен лишиться собственных слабостей, чтобы в будущем стать сильным магом. Если же ты не справишься с собой, то вряд ли сможешь дать отпор!
— И что делать? – удрученно озвучила свой мысленный вопрос.
— Готовиться…. – он задумался. — Будем запирать тебя в пустых комнатах.
— А какой был твой страх?
— Он и сейчас есть, — неожиданно горько улыбнулся парень. – Страх перед Темным лесом . Я родился недалеко от него.
— Но как же ты тогда победил? – я вернула тему в прежнее русло, прекрасно понимая, что пятикурснику явно неприятно вспоминать о Темном лесе. – Я была уверена, что ты поборол собственный страх.
— Мне просто повезло: арена приняла страх противника. Не знаю, каким образом она выбирает, но главное это думать о чем-то совершенно далеком, никак не связанным с твоим страхом. Со второго курса всегда начинаются занятия с мистером Олером, который обучает слушать души, входить в транс и понимать самого себя, но повторюсь, ты первогодка! Мы будем стараться, однако гарантировать, что всему успею научить, не могу.
— Спасибо!
— Это тебе спасибо! – покачал головой мой новый учитель. – Если бы не ты вместе с Арисс, я не стоял бы сейчас здесь.
— А все-таки… — вновь попытала я удачу и задала вопрос, который частенько пыталась выведать у пятикурсника подруга. – Что случилось в тот вечер?
— Скажем так, мой страх появился не на пустом месте… — неожиданно ответил Норий, не став привычно уходить от темы. – И я уже говорил ректору, что дело только во мне. Это мое проклятие и прошлое, которое не хочет отпускать, но он уверен, что кто-то специально помешал мне отправиться в гвардию. Спорить я не стал, так как, — тут юноша перешел на шепот, словно боясь, что кто-то может услышать, — среди пятикурсников и шестикурсников моего факультета действительно творится странное. Это скрывают, но все меньше адептов едет обучаться в королевскую гвардию. По разным причинам, основная из которых магическое истощение.
— Неужели Тарота зашла так далеко? – изумленно ахнула я, понимая, что просто больше некому. – Выходит, в академии есть их человек?
— Да, именно это и предполагают, но только никому ни слова, даже Арисс, тем более Арисс. К слову, возможно, происходящее и есть та самая причина, по которой в этом году изменили правила турнира. Только я правда не понимаю, что могут первогодки?! Какой прок от них?
— Большой прок! – не стану делать вид, будто меня не задело его пренебрежение. – Тем более с твоей помощью у меня появится шанс на победу.
— Ладно-ладно, — в примирительном жесте поднял руки Норий. – Я не прав.
— И все же одного понять не могу. Почему ты так уверен, что тебя проклял не кто-то из вражеского королевства? Мы ведь даже не знаем кто это.
— Потому что все произошло в мой день рождения, – на одном дыхании выпалил парень. – В мой двадцать первый год должно было кое-что случиться… и оно случилось, но распространяться об этом не надо. Я просто знаю, что оно не имеет никакого отношения к заговору в нашей академии.
— Хорошо, — сдалась я, понимая, что Норий и так многое мне сказал. – Тогда продолжим занятие?
— С удовольствием! – довольно улыбнулся парень, но прежде чем поднять свой клинок, вновь попросил: — Арисс ничего не говори, и о моем страхе тоже.
— Почему? – я нахмурилась. – Вы же нравитесь друг другу, а уже хочешь начинать с недомолвок.
— В свое время сам все расскажу, — серьезно ответил он и вдруг улыбнулся. – Мужчина, который хочет понравиться девушке, не станет начинать со своих страхов. Ведь тогда это и не мужчина вовсе, верно?
— Спорно, — я покачала головой. – Каждый чего-то боится. Именно это и отличает нас от существ Запретных островов.

***
Дни слились в один сплошной бесконечно тяжелый урок. Тренировки с Норием, затем с мистером Гораном, лекции, практические и вечерняя подработка. Я приползала в комнату далеко за полночь, полностью убитая. Однако упрямо находила в себе силы доползти в душ, потому что после труда посудомойки, уборки и принеси-подай просто необходимо было вымыть всю ту грязь и пот, которую я приносила с кухни местного постоялого двора. В итоге я просто падала на кровать и проваливалась в крепкий сон.
С утра начиналось все заново. Подъем в пять утра, пробежка с мистером Гораном, тренировка, после подготовка по материалу моего курса, легкий завтрак и начало лекций, на которых я заставляла себя писать, так как глаза то и дело смыкались. Порою мне хотелось все бросить. Как минимум подготовку к турниру, сразу появится два часа свободного времени утром и после обеда! И лишь мое сильное желание доказать Горану Нэрдоку, что он не напрасно вложил в меня столько сил, помог с поступлением, взял в свою команду в школе, тренировал, не давали опустить руки. Да и слукавлю, если скажу, что не хочу произвести впечатление на комиссию, от которой будет зависеть мое будущее. Я прекрасно осознавала, что с моим происхождением получить достойную должность будет проблематично. Не говоря уже о моей наивной мечте изменить наши глупые законы. Да, мне будет сложно осуществить задуманное, но я буду стараться, а значит, сдаться не могу. Поэтому после лекций и семинаров, бывало, что даже пропускала обеды и сразу шла к Норию. Обычно мы с ним тренировались по несколько часов в день, после чего к шести я уходила на работу, где и ужинала.
Вот и сейчас я возвращалась обратно в академию ужасно вымотанная и сонная. На улице было темно и холодно. Последний месяц осени принес первые заморозки и даже снег. Я куталась в теплую курточку, быстро топая по направлению к главным воротам. По правилам академии они закрывались после десяти, пропуская лишь преподавателей. Впрочем, благодаря сплетенному еще в школе браслету, магические ворота открывали проход даже после полуночи и для меня. Как оказалось, мои нити обходили здешнюю защиту также легко. Ясное дело, что помимо меня были и другие адепты, которые возвращались довольно поздно, но как они разобрались с вредными воротами, мне было неизвестно.
Я уже собиралась свернуть на улицу Розий, что недалеко от главной, когда из темного проулка кто-то схватил меня за руку и резко дернул назад. От неожиданности даже закричать не успела, в следующее мгновение оказываясь прижатой кем-то к стене. В тот же миг большая потная ладонь закрыла рот, а лицо обдало противным запахом перегара и табака.
— Не дергайся, девка!
Мужская рука рванула ворот, срывая старые пряжки с плаща, горячие пальцы пробрались под плотную ткань рабочего платья. Меня захлестнула волна отвращения и злости, вызывая неприятные воспоминания из прошлого, которые я так старалась забыть… и которые, как я думала, мне удалось забыть.
— Хорошенько ублажишь, заберу к себе! – полные губы скривились в усмешке. – Поверь, у меня тебе будет лучше, чем на кухне трактира.
Так он следил за мной?! Я дернулась, пытаясь вырваться, но держали меня крепко.
— Я что сказал?! – лицо обожгла ощутимая пощечина, а затем мои губы властно смяли чужие, оставляя гадкий вкус браги, наваливаясь всем телом. – Хорошая девочка…
И это словно отрезвило. Пальцы сами сложились в пассы, а губы зашептали древнее заклинание на везорийском. Мужчина в первое мгновение опешил, а после отскочил будто ужаленный.
— Ведьма, что ли?!
Я не слушала, продолжая плести заклинание. Тьма поднималась вокруг нас, и я с каким-то неправильным наслаждением отметила испуг в широко распахнутых глазах мужика. Он уже хотел сбежать, но темное марево оплело его за ноги и повалило наземь.
— Не ведьма, а маг!
Он скрючился и завыл от боли, но я лишь переступила через него, не испытывая угрызений совести. Скорее опустошение и отвращение. Все равно ничего с ним не будет! Проклятие спадет с первыми солнечными лучами. От спазмов и рвотных позывов никто еще не умирал.
Размазывая по лицу выступившие злые слезы и придерживая дрожащей рукой плащ, оставшийся без пряжек, я неожиданно для самой себя поняла, насколько была глупой. Попасть в королевскую гвардию, во дворец? Ха! В действительности я все та же крепостная без будущего. Маг?! Мечта изменить законы? Освободить свою семью от Венских? Наивность! Мне никогда не прыгнуть выше своей головы. И даже если я добьюсь успехов…
Верно когда-то сказал Венский – в королевскую гвардию попадают только с чистой кровью. А кто я? Смердок, чудом получивший благословление богов и шанс обучаться. Да если бы не мистер Горан, я бы, может, и в школу никогда не попала, а в академию тем паче. Забрал бы Далион мою силу, как делается это из года в год, и отдал достойному. В академии, как и в школе, я была единственной крепостной в прошлом. Почему же мне такая выпала удача? Да, бедные, сироты, но свободные учились магии! А я… кто я?! Кухонная девка без имени и рода, чумазая беднота, которую вновь захотели поиметь!..
— Лэкорил?
Я изумленно обернулась, замечая справа длинную тень, завернутую в дорогой плащ, подбитый мехом. Боги, но почему из всех надо было встретить именно его? Снова?! Где он вообще ходит так поздно?
Расго остановил свой внимательный взгляд на торчащих нитках плаща, припухших губах и слезах. Он не стал спрашивать, что случилось, по всей видимости, сделав свои собственные, скорее всего верные выводы. Вместо этого я услышала:
— Чем ты думала, возвращаясь одна в такое время?
Отвечать не стала, изо всех сил стараясь не заплакать. Хватит! Все хорошо, Кори, а Расго уж точно не должен видеть твоих слез. Слышишь, Кори?!
Больше всего мне хотелось, как в детстве, скрыться в душе, смывая неприятные прикосновения.
Расго молча последовал за мной. Просто неторопливо шел в нескольких шагах позади, не расспрашивая и ничего не говоря. Только у самих ворот неожиданно остановил, кладя руку мне на плечо:
— Скрой следы проклятия, — предостерегающе напомнил он. – Арка засветится и выдаст, что ты в городе использовала темное искусство.
— А тебе какое дело? – я обернулась к Даронну. – Еще несколько дней назад не ты ли требовал извинений, угрожая поставить меня на место?
— Это разные вещи, Риддис! – Юноша скривился. – Ты влезла не в свое дело. Первогодка, посмевшая проклясть троих лучших магов на потоке. Правда думаешь, что это сойдет тебе с рук?
— Да что он вам сделал? – резко спросила я, тем самым хоть немного пытаясь выбросить из головы случившееся.
— Он? – Расго вдруг глухо рассмеялся. – Алан Лодвин отравил мою лошадь, Риддис!
Я опешила.
— Откуда такая уверенность?
— Потому что этот идиот сглупил, — раздраженно ответил Даронн. – Он и сам это понимает. Наши семьи давно враждуют, вот и решил хотя бы так низко отомстить, не имея смелости пойти в открытую против целого клана.
— Низко? — я скривилась. — А разве ты вел себя не так же? Или уже забыл, как пытался навредить Шорёну!
— Глупая, ничего бы не было с твоим псом! Мы хотели лишь…
Он говорил, а я понимала, что отвлечься все-таки не удается. Пытаюсь сосредоточиться на словах Расго, а в голову все равно лезут неприятные воспоминания: прикосновения потных рук, запах перегара и холодная стена, упирающаяся в спину.
Дрожат руки, ноги ватные – идти дальше сил нет. До академии всего ничего, два шага от силы, но я будто вросла в землю. Слова Даронна теряются в звонком шуме. В висках пульсирует, и кажется… по щекам вновь влажные дорожки слез. Я не смогла сдержаться. И не хотела.
Только ощутив холодную ладонь на лице, сфокусировала взгляд на Расго. Его лицо оказалось так близко, что это, наверное, впервые, когда я рассмотрела, что глаза у него не синие, как всегда казалось, нет, они темно-фиолетовые, как предгрозовое небо.
— Не надо меня жалеть! – я моментально скинула его руку. – Ни к чему это после всех твоих угроз! Выглядит просто смешно.
— Мне тебя и не жаль, — убедительно заявил Даронн, складывая руки на груди. – Тебе уже не тринадцать, ты должна понимать, чем может закончиться столь поздняя прогулка по ночной столице. Но раз ты так спокойно ходишь одна, значит, уверена в себе. И, судя по остаточным следам магии вокруг тебя, кому-то сегодня очень не повезло…
— Спасибо.
— За что? – изумился Расго, явно не ожидая от меня такого ответа.
— За честность.
Стало легче. Немного, но действительно легче. Ворота академии замерцали магией, а затем пропустили нас на территорию. В последний миг накрыла себя двойным пологом, пряча следы магии от арки истины, которая шла сразу над воротами.
Расго поднялся со мной в общежитие, но прежде чем свернуть в комнаты третьекурсников, ненадолго остановился:
— Риддис, я надеюсь, ты поумнеешь и не станешь так поздно ходить неизвестно где.
«Нет, Расго, не перестану!» — мысленно ответила магу, наблюдая за тем, как он скрывается в коридоре своего курса.
Бросать работать я была не намерена. Просто обращусь снова к нитям. Впрочем, в одном он прав! Мне нужно было сделать это раньше. Действительно, слишком беспечно полагать, будто со мной ничего не случится. Да, на мне и так есть защитные браслеты, но это все не то. Я не хочу даже чувствовать чьих-либо прикосновений! Глупо. Правда глупо! После того, что случилось когда-то в школе, попасться на том же самом, заранее не подумав, чем опасна ночная столичная жизнь. Никакая не умная и не талантливая, как часто хвалит меня мистер Горан. Я – самоуверенная дура, вот кто!
С такими мыслями я вошла к себе в комнату, срывая испорченное платье – его только выкинуть. И снова, так же как три года назад – долгое времяпровождение под сильной струей прохладного душа.
Холодно. В комнате было приоткрыто окно. Кутаясь в тяжелое полотенце, я прошла к кровати, замечая под одеялом грелку. Видимо, слуги постарались – в последние дни в академии было холодно, а камины еще не везде топили.
На целую ночь заняла себя плетением. Все равно сон не шел, а память упорно подкидывала темный проулок и того грязного мужика, воняющего застарелым потом! Нити брала редко, и теперь они радостно скользнули мне в ладонь, отзываясь силой. К утру, уморенная, я все-таки провалилась в беспокойный сон. И именно тогда, впервые за очень долгое время, мне вновь приснился кошмар…

Я в изумлении замерла, когда толстые пальцы ловко расстегнули верхнюю пуговку моего платья.
— Что ты?!.. – поперхнулась воздухом, ощутив, как чья-то потная рука залезла под юбку.
— А ты ничего, и школа тебя ненавидит, никто и слова не скажет.
Ужас ледяной змеей заполз в сердце. Я испуганно сжалась, а тело забила крупная дрожь. Страх, стыд, омерзение и злость. Перед глазами помутнело.
— Пожалуйста... – я не узнала собственный дрожащий голос.

***
Утром, бегая по заснеженной дорожке, я пыталась отогнать отголоски ночного кошмара и случившегося. На некоторое время мне даже это удалось. В штанах и легком жилете на шнуровке поверх льняной рубашки даже не чувствовала утреннего первого мороза, просто со всех ног бежала вперед, в действительности стараясь убежать от самой себя. Не знаю, сколько так пронеслась кругов, пока не врезалась в появившегося на моем пути мистера Горана. Затормозила, проехавшись на носочках, и уткнулась носом в теплый кафтан. Вздрогнула и моментально отстранилась, замечая удивление в глазах преподавателя.
— Лэкорил, что с тобой сегодня? – он недовольно нахмурился. — Ты никак загнать себя решила перед турниром?
Покачала головой, все еще тяжело дыша. Когда же справилась с собственным дыханием, серьезно сказала:
— А какой смысл мне участвовать? Зачем?
— Как зачем? – это впервые на моей памяти, когда Горан Нэрдок растерялся. – Ты разве расхотела идти в королевскую гвардию?
— Я все равно туда не попаду! Все мои мечты просто детские глупости. Вы ведь сами это понимаете. В королевскую гвардию берут только аристократов. Даже случись чудо, и я смогу победить – мою силу просто отберут, чтобы отдать достойному. Не говоря уже о глупой идее попасть в королевский дворец. Или того лучше – стать будущим правителем, чтобы поменять уклад Руты.
— Да что произошло?! – непонимающе спросил преподаватель, кладя руки мне на плечи и заглядывая в лицо.
Я напряглась, что не укрылось от мистера Горана, впрочем, руки его не скинула. Он долго смотрел на меня, а после неожиданно огорошил:
— Сегодня свободна от занятий, пойдешь со мной!
— Куда?
Отвечать мне не стали, просто взяли за руку и повели за собой. Только в академии отпустили, давая несколько минут, чтобы сбегать в душ. Сам преподаватель все это время ждал меня у ворот. Когда же я вернулась, то заметила за его спиной карету. Что он уже задумал?
— Хочу тебе кое-что показать, — серьезно проговорил мужчина, подавая мне руку. Я лишь на секунду засомневалась и все-таки приняла протянутую ладонь.
— И все же, Лэкорил, — вновь заговорил учитель, когда тронулась повозка. – Что вчера случилось?
— Ничего, — в который раз соврала я, смело глядя прямо в глаза. Давно заметила, что ни в коем случае нельзя отводить взгляда, если врешь.
— И вот это, как я понимаю… — теплые пальцы коснулись скулы. – И есть твое ничего?
Демоново отродье! Я мысленно ругнулась, понимая, что выбегая из душа, совсем забыла о пудре!
— Лэкорил, поверь, мне всегда известно, когда ты пытаешься лгать. И сейчас я просто прошу рассказать, что тебя так расстроило и откуда этот след?
— Не хочу говорить, — теперь уже честно призналась я, действительно не желая обсуждать вчерашнее, по крайней мере, не сейчас.
Горан Нэрдок понял, как и всегда, он не стал настаивать, только недовольно сморщил лоб и убрал руку.
— Хорошо, но мы вернемся к этому разговору.
Я только кивнула и уставилась в окно, понимая, что просто не смогу рассказать ему о случившемся. Стыдно. Противно. Низко. Не уверена даже, смогу ли потом поделиться этим. В любом случае на руке был новый узкий браслет, который в любой момент сработает, подпусти я кого-то чересчур близко к себе. Именно на него потратила всю ночь. Ведь мне придется снова уходить поздно с работы. Осталось только найти новое место. Возвращаться в прежний постоялый двор было бы глупостью. Напавший мужчина знает, что меня можно там найти. Благо никому не было известно обо мне правды. Я всегда переодевалась, перед тем как идти на кухню, и рассказывала всем выдуманную историю о бедной судьбе, не желая говорить правду. Пока я и вовсе решила некоторое время не показываться в городе, так надо было же именно сегодня преподавателю куда-то меня повезти. Впрочем, раз он взял карету, значит путешествие не близкое, что не могло не радовать.
За окном проносились невысокие домики Кургода. Столица была очень насаженной, если так можно выразиться: дома, казалось, находили друг на друга, негде было яблоку упасть. Откровенно говоря, Кургод не нравился мне как город, хотя в детстве я и мечтала побывать в столице. Зато сейчас прекрасно понимаю, что ожидания совсем не оправдались. Даже дворец короля расположен за чертой Кургода – на природе, вдали от суеты и грязи. Впрочем, поговаривают, что оттуда прекрасно виден сам город. Когда-нибудь я все-таки побываю во дворце! Даже если мои детские мечты навсегда останутся мечтами.
— О чем думаешь, Лэкорил? – вдруг спросил учитель, накрывая мою ладонь, лежащую на мягком сиденье. Поборов в себе возникшее мимолетное желание убрать руку, я успокоила дыхание и спокойно ответила:
— О королевском дворце.
Нэрдок Горан, наверное, единственный, кому я позволяла к себе прикасаться и даже незаметно пустила импульс браслету, который почти сразу нагрелся. На всякий случай даже вот такое прикосновение я сделала для нитей звоночком. Конечно, каждое управление браслетом выходило мне боком, так как тянуло силу, но оно того стоило. Я могла быть уверена, что никакая скотина не вздумает меня трогать. Жалела только, что раньше этого не сделала.
— Лицо у тебя сейчас совсем не мечтательное, — задумчиво проговорил учитель. – Скорее злое. Думаешь о захвате дворца?
— Нет. – Я улыбнулась. – Почему вы ни разу не сказали, что моя затея ерунда? Почему приняли такие глупые мечты?
— Любые мечты имеют право на существование. Кто знает? Сейчас тебе кажется это глупым, но боги любят вмешиваться в судьбы смертных. Порою им очень скучно. Все может случиться, и даже так, что ты действительно станешь… даже не королевой, а императрицей. Хотя цели твои значительные… — продолжил размышлять вслух мужчина, все также держа свою теплую ладонь на моей руке. И это совсем не вызывало противоречия, удивительно, но она наоборот успокаивала и дарила надежность. – Лэкорил, с каждым днем ты взрослеешь и становишься все более прекрасной, но почему-то упорно не хочешь замечать этого. Можно ведь завоевывать королевство не напролом, а женскими чарами, просто начать с сердца короля. Мужчины падки на красивых женщин и легко попадаются на их удочку. Знаешь, как легко вить веревки из влюбленного мужчины?
Я широко распахнутыми глазами смотрела на мистера Горана. Это он сейчас серьезно? Предлагает стать подстилкой короля?
И словно понимая, какие меня сейчас одолевают мысли, с улыбкой закончил:
— Нет, Риддис, я не предлагаю тебе все бросить и кинуться соблазнять Его Величество. Просто говорю, что мечты не всегда эфемерны и имеют привычку исполняться. Ты не знаешь, что тебя ждет через год, два, пять лет. Кем ты будешь и где? Все может случиться. Поэтому не отрекайся от своей мечты! Что бы ни произошло, что бы ни заставило опустить руки, живи своей мечтой, какой бы глупой и детской она не казалась. Ведь человек без мечты – лишь оболочка без души. Помни это!
— Я-то запомню, но сложно верить в мечту, когда ты всего-навсего обычная крестьянка, у которой нет шансов прорваться вперед.
— Нет, Лэкорил, мне совсем не нравится твоя обреченность! – недовольно отчеканил мистер Горан, вдруг притягивая меня к себе. – Я ведь знаю тебя, и знаю, что ты ни за что не отступишься. Чего вдруг нос повесила?
Я растерялась, глядя в янтарные глаза учителя. Они были так близко, что я могла рассмотреть все оттенки радужки: не просто янтарная, а желтая, ярко-желтая, будто золотом отливает. И зрачок кажется слегка вытянутым, а не круглым.
В следующее мгновение, Горан Нэрдок моргнул, и зрачок вновь стал круглым. Показалось?
— Идем, Лэкорил!
И только сейчас я поняла, что мы остановились. Сколько так ехали? Время с учителем пронеслось незаметно. Полчаса? Час? Нет… кажется больше. Мы были за чертой города! С одной стороны бесконечный луг, а с другой – небольшой особняк, возвышающийся на горе.
— Что это за место?
— Усадьба лорда Грейсерского.
Я насторожено замерла возле кареты, не имея никакого желания идти наверх.
— И зачем вы привезли меня сюда?
— Сейчас увидишь, Лэкорил, — мистер Горан протянул мне руку. – Идем, не бойся.
— Не боюсь, — покачала головой, предчувствуя нечто нехорошее, глубоко внутри догадываясь, что именно хочет показать мне учитель. И все-таки вложила свою прохладную ладонь в широкую мужскую.
Усадьба вблизи оказалось намного больше, нежели на первый взгляд. Она разрасталась на несколько саженей до самых деревенских домов, а за домами открывался вид на бесконечное, казалось, простирающееся до самого горизонта трехполье. С горы было видно все, даже острые верхушки башенок нашей академии!
— Лорд Грейсерский владеет довольно обширными территориями и это лишь малая часть его земель, — начал мистер Горан, ведя меня за собой. – Только здесь он имеет сто четырнадцать душ.
— И зачем вы мне это рассказываете? – я скривилась, все-таки чувствуя во всем этом огромный подвох. Было сложно поверить, что здесь столько крестьян. Хотя домов действительно было много, и тянулись они вдоль полей.
— Сколько душ было у лорда Венского?
— Если считать только Гортил – где-то восемьдесят пять… — задумчиво ответила я.
Вел меня учитель не к усадьбе, как сперва подумала, а вдоль тропы к деревенским домам.
— Вы хотите мне показать, как живут здешние крестьяне? – озвучила догадку. – Но для чего? Показать, что мне было не так уж и плохо?
— И ведь ты сама это предположила, не сказав, что им наоборот лучше. Понимаешь, что тебе повезло в детстве?
Понимала. Давно начала понимать, стоило только увлечься историей. Но что это меняет?
— Это все меняет! – неожиданно угадал мои мысли учитель и на мой немой вопрос с улыбкой ответил: — У тебя все на лице написано.
Беспорядочно теснившиеся друг к другу хижины действительно выглядели бедно, как и участки. Встречавшиеся на нашем пути селяне, глядели на нас волком, отчего на душе начали скрести кошки. Когда же мистер Горан и вовсе остановил пожилого мужчину, который, как и все при виде нас, низко кланялся, норовя назвать господами, мне захотелось куда-то спрятаться. На меня еще никогда не смотрели с таким осуждением и отвращением. Это был иной взгляд, чем те, что кидали порою на меня леди и лорды. Это скорее был взгляд «наоборот». Будто и не была сама крепостной крестьянкой. В их глазах я выгляжу леди?
— Я получил приглашение от его благородия Грейсерского, — медленно начал мистер Горан, протянув какую-то бумагу.
Мне с трудом удалось скрыть свое удивление. Что он делает? Мы ведь даже не подходили к особняку. Однако я не стала ничего говорить, ступив за спину учителю. Почему-то мне было невероятно стыдно смотреть в грустные и осуждающие глаза крестьянина. Казалось, я сделала что-то недостойное.
— Его благородие должен вернуться к первому снегу , — сухо ответил сгорбленный осунувшийся старик в лохмотьях. – Господин, если что-то срочное, вам лучше сходить в особняк лорда Грейсерского.
— Вот как? – наигранно расстроился учитель. – Дело в том, что я – маг из столичной академии, а это, — он указал на меня, заставляя выйти из-за его широкой спины, — моя ученица. Мне стало известно, что на этих землях у какого-то ребенка проснулась сила. Необходимо подтвердить, и если это так, сегодня же будет отправлен запрос в королевский дворец. К сожалению, временем я не располагаю, чтобы приезжать сюда вновь.
Прозрачные глаза крестьянина оживленно округлились, а губы растянулись в беззубой улыбке.
— Господин, вы правда маг?
— В бумаге все написано.
— Не обучен грамоте, — признался старик, отдавая измятый лист, что держал все это время в руках. – Идемте, провожу вас!
Я нахмурилась. Учитель ведь знал это, уверена, что знал. Хотел мне показать, что крестьяне зачастую неграмотные? Так мне известно это, как и то, что лорд Венский самолично вложил средства в постройку нашей деревенской школы. Зачем мистер Горан тогда показывает мне это?
Привели нас в один из дальних угловых домов с покосившейся калиткой. И сейчас, рассматривая вблизи одну из здешних деревянных хижин, покрытых соломой, я понимала насколько все плохо. Дома не имели печных труб, и можно было только представить, какой удушливый дым обычно наполняет тесную комнатку. Узенькие окошки без слюды почти не пропускали дневного света, настолько были маленькими. Я просто не представляла, как крестьяне живут здесь зимой. Или затыкают соломой и тряпками эти щели?
— Лира, выйди! Господин маг пришел со своей ученицей, дочку твою посмотреть.
Тишина.
— Лира!
И вновь никто не отвечает.
— Боится, — неожиданно признался старик. – Старшенькую недавно тоже господин забрал. Сами понимаете для чего… она красивая была, ей повезло, не выкинул, оставил при себе. Его благородие частенько по возвращению объезжает свои земли, отбирая девушек и женщин… — тут он вдруг сбился, а глаза подозрительно заблестели. – Собственную жену несколько раз отправлял.
— Как? – тут я не сдержалась, до боли сжимая кулаки. – Вот так, сами?
— А что сделаешь, если же приказ? – сглотнул старик. – Не счесть сколько раз слышал: пшеницу веять ступай, а Мирру к господину посылай, а раньше и вовсе долгое время существовало право первой ночи. Да что уж говорить, жена померла три года назад, храни ее Светлая Имара. Так дочка подросла – ее брать стал…
Я опешила, просто не находя подходящих слов. Да, в учебниках можно было много вычитать того, о чем когда-то даже не имела представления. И про обряд первой ночи, когда в день свадьбы своих крепостных господин сразу после венчания первым брал девушку. Слава богам, сейчас существовали законы, благодаря которым богатые не имели права на насилие над новобрачными, вот только некоторых это не останавливало. Только одно дело книжки, а другое узнать, что все это действительно так!
Стало трудно дышать, будто кто-то сдавил шею, и волна ярости поднялась из глубин души, готовая смыть все на своем пути. Этому лорду повезло, что его нет здесь! Не посмотрела бы на учителя, прокляла бы его и весь род.
— Лира, дурья твоя голова! – неожиданно отчаянно выкрикнул крестьянин, удивляя силой своего голоса. Казалось, такой сухенький старик просто не может говорить громко. — Лишишь девчонку шанса пробиться! Ведь если правда магичка, лучше отдать на обучение, а то так и будет бесправной ведьмой. Хочешь, чтобы ее ждала судьба Доры?
После этих слов тут же отворилась дверь и на порог вышла тощая женщина в одном тонком льняном платье и босиком. Вся скукожившись и нервно перебирая пальцами, она пригласила войти.
Внутри крестьянской хаты оказалось еще хуже: единственное небольшое круглое помещение состояло из грубо сколоченного стола и длинных скамеек вдоль стен. В доме даже не было кровати. В одном из углов скамьи была настлана солома, на которой жалась совсем маленькая девочка с волосами цвета той же соломы.
При виде нас она тут же подскочила, засунула грязные стопы в слишком большие для маленьких ножек деревянные башмаки и вышла к нам.
— Светлых дней, господин! – заученно прошептала девочка и низко поклонилась, а мне все больше хотелось сбежать от этого ужаса.
Наверное, я была слишком избалованной своей прошлой жизнью. Мне стоило восхвалять всех богов, что повезло родиться на землях Венского, только не получалось. Да, где-то глубоко внутри я прекрасно осознавала, насколько моя жизнь была простой и спокойной. И все же было тяжело принять тот факт, что пансион, отъезд от семьи и змеиное жало моего бывшего господина – лишь малая толика переживаний других крестьян.
Мне надолго запомнился этот день. Разврат усадьбы, страшная обстановка самой деревни и скудные жилища, а самое противное — вся эта ситуация слишком ярко напомнила вчерашнюю ночь…
Право первой ночи. Боги, ведь меня могло ждать то же самое! Да, пусть официально это отменили, но хозяева все также брали крестьянских дочерей. Перед глазами помутнело, а в памяти помимо воли всплыла узкая подсобка под лестницей и троица старшекурсников.
— Лэкорил! – я не сразу заметила, что меня ощутимо трясут за плечо. Оказывается, мы вновь стояли на улице, и не было ни девочки, ни ее матери, ни старика. Только узкая улочка с покосившимися домиками. Свежий прохладный воздух привел в чувство, но я все равно ощущала под плащом, подбитым мехом, холодный липкий пот.
— Солнце мое, – ласково и одновременно виновато прошептал преподаватель, вытирая дорожки слез. – Прости меня, слышишь? Слова старика были явно лишними, но…
Меня вдруг прижали к себе и крепко обняли. И если сперва я попыталась вырваться, то потом как-то обмякла, неожиданно понимая, что в его руках тепло и хорошо. Ведь только благодаря Горану Нэрдоку мне удалось уехать из пансиона, попасть в школу и поступить в столичную академию. Именно его руки обрабатывали мои раны после очередных драк и унижений, его ласковые слова помогали держаться, его тренировки дали мне возможность защищаться и его улыбка поддерживала в трудные минуты, вдохновляя меня.
Повезет ли так же той девочке? Я медленно закрыла глаза, отдаленно чувствуя, как проваливаюсь в пустоту. У нее действительно есть дар – значит, она сможет отсюда вырваться…

«…Платье расстегнули и припустили, оголяя плечи и грудь, потные руки коснулись шрамов.
— Хватит… — отчаянно прошептала я…»

«…— Прекратите! – я вновь рванулась, пытаясь натянуть обратно платье, но меня заново легко скрутили. – Что вы делаете?!
Миг – и мои руки подняты вверх, перехваченные все той же потной ладонью. Меня прижали к стене, а бесстыдные ладони вновь заскользили под юбку…»

«— Не дергайся, девка!
Мужская рука рванула ворот, срывая пряжки старого плаща, горячие пальцы пробрались под плотную ткань рабочего платья…»

«…— Хорошенько ублажишь, заберу к себе! – полные губы скривились в усмешке. – Поверь, у меня тебе будет лучше, чем на трактирной кухне…»

«…— Я что сказал?! – лицо обожгла ощутимая пощечина, а затем мои губы властно смяли чужие, оставляя гадкий вкус браги…»

«… Лэкорил, где ты, смелый мышонок?
Я в знакомой спальне мальчишки, но его нет. Только я и лорд Венский. Он стоит совсем рядом, склоняется ко мне с хищной ухмылкой и спрашивает:
— Ты будешь хорошо себя вести? Мне не придется использовать жало? Хорошенько ублажишь, заберу к себе…
И лицо вдруг сменяется: аристократические черты приобретают более грубые очертания, утонченные губы становятся полными и уже в следующее мгновение я вижу перед собой того пьяного мужчину из проулка…»

— Нет, не надо! – я в ужасе закричала, вырываясь из объятий сна. – Я буду слушаться! Только отпустите!
— Кори, это сон!
— Я не хочу! Не хочу! – меня стиснули в тесных объятиях. – НЕТ!
Я вырывалась, не понимая, где реальность, а где сон, и кто меня держит. Все настолько было ярким, что не хотело отпускать. Будто стоит открыть глаза, и вновь увижу гадкую улыбку.
— Все хорошо, Кори! Слышишь? Лэкорил, это только сон. Это я – Нэрдок. Просто открой глаза. Хорошо? Не бойся…
Этот голос. Он принадлежит мистеру Горану. И как только пришло это понимание, сон тут же рассыпался звонкими осколками. Я все-таки открыла глаза, утыкаясь лицом в грудь мужчине. Дыхание сбилось, словно бежала, а по спине градом стекал пот.
— Уже все, — Горан Нэрдок мягко привлек меня к себе. – Это все я виноват! Не нужно было тебя брать. Хотел показать тебе, почему не стоит отказываться от мечты, почему так важна победа на турнире, а вместо этого сделал только хуже. Кого ты видела, Кори?
Кори… это он впервые назвал меня сокращенным именем, но мне почему-то не хотелось исправлять.
— Кори, кто?
— Тройка старшекурсников со школы, — сипло прошептала, понимая, что он прекрасно знает, о чем мой сон.
— Еще?
— Я не знаю кто он…
— Это он оставил этот след? – зло спросил мистер Горан, вновь касаясь щеки.
Я не ответила. Просто кивнула.
— Прости! – вновь и вновь шептал мужчина, перебирая мои волосы и укачивая на руках, словно маленького ребенка. – Я не должен был этого делать.
— Нет, — я медленно отстранилась, с решимостью глядя в желтые глаза преподавателя. – Вы совершенно правы. Я обязательно исполню свою мечту! Пусть начну с маленьких шагов, как соревнование в турнире, но рано или поздно, все крестьяне получат свободу!

***
— Ох, малыш, ты же меня сейчас повалишь! – Я ласково почесала за мордой Шорёна, пытаясь остановить его радостный порыв.
Хаканн перестал расти еще два года назад, но был все равно больше любой самой крупной собаки или волка. Иногда на выходных мы с Шорёном покидали территорию академии и отправлялись в лес. Хаканн с легкостью поднимал меня и разрешал ехать на своей спине, а после долго бегал возле реки, явно не желая возвращаться в вольер. Я же зачастую сидела рядом на песке, просто наслаждаясь тишиной и природой, иногда тренировалась с мечом.
— Хорошо-хорошо, после турнира обязательно отправимся в наше любимое место, обещаю!
Меня тут же благодарно лизнули и радостно залаяли. Хаканны издавали нечто среднее между собачим лаем и волчьим воем, в зависимости от настроения. Откровенно говоря, я просто не понимала, почему многие предпочитают лошадей. Хаканны куда выносливее и разумнее. Впрочем, может мое предвзятое отношение к ездовым животным связано с тем, что еще в далеком детстве они все меня сторонились? Не знаю почему, но как заходила в конюшню к Венским, так сразу становилось подозрительно тихо. Конюх еще подшучивал надо мною, называя меня ребенком тьмы . Только вот сейчас это уже не казалось столь смешным. Более того, единственный раз, когда мистер Горан хотел научить меня держаться в седле, я просто свалилась! Да и лошадь попалась норовистая – мы невзлюбили друг друга с первого взгляда. В итоге с того раза никогда больше не пробовала управляться с лошадью, как ни пытался уговорить учитель. У меня есть Шорён, и я не променяю его ни на кого!

«— Рано или поздно хаканн уйдет!
— Значит, буду на своих двоих! – упрямо возразила я, не собираясь садиться на это исчадие Запретных островов. Оно еще и задними копытами хорошо дает.
— И далеко уйдешь? – едко поинтересовался мистер Горан. – Лэкорил, это глупо, лошади ничего не сделают тебе. Да и как ты планируешь быть великим магом и завоевывать королевство?
— А мне что, для этого конь нужен? – я фыркнула и сложила на груди руки. – Уж лучше тогда дракона приручить…»

Я улыбнулась своим воспоминаниям и осторожно уткнулась лбом в пушистую большую морду Шорёна.
— Ты ведь не бросишь меня, правда? – Заглянула в умные черные глазки. – Я даже не против, чтобы ты завел себе семью, просто возвращайся иногда ко мне.
Казалось, хаканн прекрасно понимает меня, его взгляд будто говорил:
«Куда я уйду? Пропадешь ведь без меня!»
И ведь давала много шансов бросить меня, еще в школе… там рядом как раз горы с огромной нетронутой первозданной природой. Специально брала Шорёна с собой и шла туда, отпрашиваясь у директора. Далеко меня не отпускали, но мне и не надо было. Главное было, чтобы хаканн ощутил зов, который обычно у них наступает в трехлетнем возрасте. Вот только сколько раз ни ходила, Шорён всегда бежал обратно за мной в школу.
— Спасибо… — благодарно прошептала я, с неохотой отпуская своего лучшего друга. – Пора на тренировку. Я завтра обязательно загляну!
Хаканн недовольно махнул хвостом, но удерживать не стал: послушно сел, давая мне возможность подняться.
Я долго чувствовала спиной его взгляд, пока не скрылась за поворотом, затем прошла главные ворота и направилась на площадь. Новую работу я так и не нашла, но планировала в ближайшее время исправить это. Думаю, уже достаточно прошло времени. По крайней мере, судя по объявлениям на красной доске последних сводок в проулке Мастеров, меня не искали. Я боялась, что тот мужчина пожалуется. Не все колдовство можно применять вне стен академии – проклятия так уж точно, Ковен магов за этим обычно следит.
В любом случае сейчас цель моей вылазки была в другом. Я хотела присмотреть подарок сестре, чтобы поздравить ее с девятилетием. Арисс как раз говорила, что на площади сегодня будет ярмарка, они с Норием попозже тоже должны были подойти.
Ярмарка в столице была невероятно большой и разнообразной, здесь можно было купить практически все, начиная панталонами с портками и заканчивая кольчугой из очень редкой драконьей чешуи. Меня почти сразу подхватил людской поток, который все сильнее стекался к рыночной площади, так что я почти сразу оказалась среди торговых рядов.
Денег у меня с собой было немного, всего-то один серебряный и пара медяков. Потому позволить что-то купить себе не имела возможности, и только с жадностью проводила взглядом ларек со сладкими орешками и хурмой.
Все, что получала от королевской академии, уходило на учебные материалы и форму, особенно дорого стоили редкие камни для амулетов и зелий, которые часто использовались в различных проклятиях. Серебряный – это был остаток от кровно заработанных мною денег за месяц на кухне постоялого двора, остальные два я привычно отложила в свою копилку, где уже было несколько золотых. Вообще за один золотой в Кургоде можно было купить неплохой меч и теплый плащ, либо питаться целую неделю в хороших корчмах. Только вот чтобы выкупить сестричку надо не меньше тридцати…
Я неторопливо шла вдоль рядов, раздумывая над тем, что бы могло понравиться Ронни. В отличие от меня сестра очень любила лошадей — она частенько пробиралась в конюшню Венских и помогала молодому конюху. Но идей, что же такого подарить, абсолютно не было. Хотелось, чтобы Ронни действительно понравилось. Обычно сестричка искренне приходила в восторг от любых моих подарков.
Внезапно мое внимание привлекла пожилая женщина, методичным голосом созывавшая к себе народ – магические кулоны, амулеты, воздушные шарфы, покрытые тончайшей эльфийской вышивкой.
Решительно подошла к большому столу, заваленному разноцветными тканями. Торговка моментально узрела во мне потенциальную покупательницу:
— О, девушка, примерьте! Это настоящий эльфийский шелк, вы даже не почувствуете его… — на меня в тот же миг набросили невесомый изумрудный шарфик с утонченной росписью по краю. – Он вам невероятно идет!
Женщина завязала мне его легким узелком и отошла, будто желая лучше разглядеть.
— Прелесть!
Мне стало любопытно, и я заглянула в овальное зеркальце, которое мне тут же протянули. Что же, торговка не обманывала: шарфик очень подошел мне. Не знаю, каким образом, но мои зеленые глаза стали еще ярче, а кожа рядом с шелковой тканью словно засветилась, веснушки поблекли и даже вечно встрепанные рыжие кудри только дополнили весь образ.
Я всегда относилась к своему внешнему виду с легкой долей скептичности — не красавица, какие бывают, но вполне симпатичная. Однако сейчас в отражении зеркала я себя просто не узнавала.
— Оно у вас, случаем, не заколдованное?
Мало ли, чтобы покупатель выглядел лучше и без раздумий брал предложенное.
— Нет, конечно! – оскорбилась торговка.
— И сколько эта красота?
— Четыре серебряника.
— Сколько?!
— Эльфийская же ткань, — фыркнула женщина, тут же поджимая губы.
Как будто я похожа на человека, который легко может позволить себе потратить два серебряника?! Хотя – да, обычно адепты магической академии – это состоятельные аристократы, только вот я к ним не отношусь.
— Шарфы мне не нужны, — немного грубо отрезала нищая адептка, снимая с головы столь мягкую и приятную на ощупь ткань, — лучше покажите амулеты!
— Амулеты разные, — тут же подхватила новую тему торговка, недовольно забирая эльфийский шарфик. – Смотря, что вас интересует…
— Тоже эльфийские?
— Конечно! У меня только лучшее из самой Светлой Империи.
И небось тоже невероятно дорогие! Я уже собиралась уйти, когда мой взор привлек небольшой амулет с вырезанной из дерева маленькой лошадкой.
— Покажите вот этот…
— О, — с гордостью протянула торговка, — это защитный амулет из коры вечного аруусса !
Я заинтересовано покрутила в руках маленькую лошадку, понимая, что это был бы лучший подарок для Ронни. Уверена, сестре очень понравится, не говоря уже о том, что магические свойства аруусса невероятно сильны и если были использованы защитные заговоры, этот амулет действительно сможет принести пользу. Только вряд ли смогу себе позволить. И все же решилась спросить:
— Сколько?
— Серебряник.
Мне с трудом удалось сдержать смех. Редкий артефакт за какой-то серебряник? Так я и поверила. Обычное украшение! Однако промолчала, не желая, чтобы прыткая торговка подняла цену. Подвеска ведь правда была очень симпатичной. Распрощавшись с последней крупной для меня монеткой, пошла к сладостям, где на оставшиеся медяки купила запеченное в сахаре яблоко на палочке.
День был невероятно хорош! Несмотря на холодный осенний ветер, ярко светило солнце, а пестрые торговые ряды радовали глаз. Конечно, неплохо было бы походить здесь с деньгами, но даже просто отдохнуть от выматывающих постоянных тренировок и учебы уже было для меня праздником. Более того, вскоре встретилась с Арисс и Норием, после чего мы все вместе решили пойти к фонтану на площади. И я уж никак не ожидала, что мой день будет испорчен неприятнейшей встречей…
Мы сидели на мраморном бортике, наблюдая за людьми. Вернее сказать – я наблюдала, а подруга с Норием мило ворковали, заставляя меня чувствовать себя лишней. И если сперва некоторое время сидела рядом с ними, сосредоточив все свое внимание на спешивших по своим делам жителей столицы, то в итоге не выдержала и решила оставить влюбленную парочку. Кажется, моего ухода даже не заметили. Нет, я не обижалась на подругу, предлагая с самого начала не идти вместе, но Арисс упорно тащила меня за собой.
Я свернула с главной площади в проулок Мастеров, решив пройти вдоль объявлений о работе. Именно здесь в прошлый раз отыскала себе место на постоялом дворе. Только сегодня более-менее подходящих предложений не находилось. Было одно о найме подавальщицы в местную таверну, но рабочий график совершенно не подходил. Занятия пропускать мне не хотелось, поэтому искала что-то такое, чтобы после обеда, а желательно на вечер.
— Работу ищете?
Незнакомый голос позади заставил меня обернуться. У дверей стоял немолодой хорошо одетый мужчина. Зная, что именно находится за его спиной, разговор заводить не спешила.
— Нам нужны молодые симпатичные девушки… — начал он и запнулся, замечая на моем темно-синем платье эмблему королевской магической академии.
— Не интересует.
Символично очень – расположить дом терпимости рядом с доской объявлений. Интересно, многие вот так соглашаются?
Мужчина только повел плечами, но настаивать не стал. Никто не посмеет настаивать и что-либо предлагать, когда ты одет в форму темного искусника.
Уже хотела уйти, когда из этого же заведения вышел еще один мужчина. Я моментально его узнала! Перед глазами тут же всплыла недавняя ночь, темный проулок и отвратные потные руки…
— Ты?! – изумленно протянуло это демоново отродье, с изумлением рассматривая знак адептки известнейшей академии. И где-то внутри я искренне порадовалась, что решила сегодня надеть это нелюбимое платье.
Хотя… меня и саму по головке не погладят, узнай о проклятии вне стен академии. Пусть я и прошла уже вступление в Ковен, темным магам запрещалось использовать силу против обычных людей, даже в целях защиты. Глупые законы, ущемляющие права слуг Рангора!
Вот только мужчина не спешил бежать на всех порах к градоначальнику, либо же писать сразу в Ковен, он рассматривал меня долгим, тяжелым взглядом и я уж никак не ожидала, что это неприятнейшая встреча закончится словами:
— Прошу прощенья, достопочтимая магесса!
Я от удивления рот приоткрыла.
— Накажите меня, если на то ваша воля…
У стоявшего поодаль пожилого старика, спрашивавшего о работе, тоже округлились глаза. Он явно не понимал в чем дело, а извиняющийся неожиданно схватил мои ладони и прижал к себе. Я только скривилась и попыталась вырвать руки, но мне не дали этого сделать.
— Прошу, простите меня. Искренне простите!
И вот я взглянула в эти маленькие крысиные глазки и холодно проговорила, отступая назад.
— Ни за что.
На лице мужчины проскользнуло нечто такое, отчего мне стало не по себе. Отчаянье? Страх? Ничего не понимаю.
— Не губи душу…
Кажется, он готов был падать на колени, а я только сильнее растерялась, никак не ожидая такого поведения.
— Ты сам ее загубил! – фыркнула я, не испытывая жалости к этому мужчине, только отвращение и злость. – Не трогай меня!
Ответа дожидаться я не стала, поспешив поскорее покинуть этот демонов проулок. И уж точно не могла слышать, как почти сразу раздался тихий отчаянный шепот:
— Прошу, я ведь пытался, я…
— Я предупреждал, как встретишь ее, проси пощады – простит, спасешься, а нет – твоя душа достанется мне. У тебя было время, но вместо того, чтобы провести его с пользой, ты снова сделал неверный выбор…
В следующее мгновение в том проулке лежало бездыханное тело…

***
И все-таки мне удалось найти неплохое место, где нужна была помощница. Местная травническая лавка находилась совсем недалеко от академии и нуждалась в ком-то, кто мог бы выходить в вечер. Меня взяли сразу, как увидели форму королевской магической академии. Разве что дедок сперва удрученно покачал головой, сетуя, что я не целитель, но в итоге рассказал, чем мне предстоит заниматься. Работа не особо пыльная – разбирать травы, раскладывать в алфавитном порядке зелья и прибираться. Иногда становиться за прилавок, если мистер Ронан занят.
Так что в академию я вернулась в невероятно приподнятом расположении духа, планируя послать сестре подарок. Выбраться самой, увы, в ближайшее время не было возможности, в основном из-за предстоящего турнира. И я уж никак не ожидала, что подарок будет ждать меня саму! Я сначала с опаской отнеслась к небольшому свертку, и лишь развернув, с удивлением вытащила знакомый эльфийский шарфик. Это был тот самый, что так подошел мне…
Но от кого? Ни подписи, ничего. Мягкая ткань струилась сквозь пальцы, а я совершенно ничего не понимала. Далион? Больше просто некому. Кто еще станет мне такие подарки делать? Ко всему прочему, этот зеленый шарфик невероятно дорогой! Хотя, если бы это был Венский, то скорее бы так вручил. Зачем посылать тайно? Блондин ведь не скрывает своего отношения ко мне. Или просто хотел сделать приятное? Нет, надо все-таки разобраться с собственным проклятием и освободить Далиона. Уж лучше прежние ненависть и презрение.
Не стану лукавить – мне было приятно. Даже если проклятие, шарфик очень мне нравился. Губы помимо воли тронула счастливая улыбка, и я накинула легкую ткань на голову, повязав скользящим узлом.
— Красиво…
Я заглянула в зеркало, улыбнулась своему отражению. У меня никогда не было дорогих или нарядных вещей: только то, что необходимо. Когда в старших классах девочки обсуждали предстоящий выпускной бал, платья и своих кавалеров, я усиленно готовилась к поступлению и даже не помышляла ни о чем таком. Вот только в глубине души, где-то очень-очень глубоко, мне тоже хотелось красивого платья и приглашения на танец. Однако смердок вроде меня лишь бельмо на глазу лордов и юных леди. Я даже не пошла на бал. Наверное, так и провела бы всю ночь одна в саду, если бы не мистер Горан…
Выпускной запомнился мне ароматом крепкого напитка, пропитавшего теплый камзол, громкой музыкой, доносившейся из приоткрытых окон Сиреневого зала и чаконой . В то время, как молодые лорды и леди танцевали наверху величавое и довольно медленное шествие (так я про себя называла танец паваны), мы с учителем на свежем воздухе наслаждались быстрым плясом. Я впервые танцевала чакону и мне невероятно сильно понравилась живая атмосфера этого заграничного танца.
Раздраженно тряхнула головой, отгоняя воспоминания и вновь заглядывая в зеркало. Как бы мне ни хотелось, этот эльфийский шарфик создан не для такой, как я…
С легким раздражением сдернула ткань и решительно направилась в лечебное крыло. Далиона почти всегда можно было там найти. Более того, о моих частых визитах к нему теперь знали абсолютно все. Или как еще объяснить, что стоило мне переступить порог просторного светлого зала, как встретившийся на моем пути целитель широко улыбнулся и крикнул через плечо:
— Венский, это к тебе!
Он вышел почти сразу.
— Кори? – в его серых глазах проскользнуло беспокойство. – Что уже опять случилось?
— Это! – Я протянула ему шарф. — Мне от тебя ничего не надо.
Он в недоумении нахмурился, затем взял легкую ткань и одним движением повязал мне на шею.
— В нем твои глаза сияют счастьем, — неожиданно серьезно проговорил Далион. – И кто бы ни подарил его тебе, просто прими.
— Так это не ты?
— Нет, Кори, не я, видимо, кому-то просто захотелось сделать приятное красивой девушке.
— Где? – я насмешливо фыркнула на его слова и даже наигранно заозиралась. – Смеешься? Красавица, говоришь? Чего уж не смердок? Ах да… это же вместо тебя проклятие говорит.
— Лэкорил, прекрати. Это невыносимо! Ты даже просто комплимент нормально принять не можешь. Как же мне тогда за тобой ухаживать?
— Так это же не ты шарфик подарил, — резонно напомнила я. – И не переживай, я все-таки освобожу тебя от действия проклятия.
С этими словами я развернулась и ушла, так и не понимая до конца: он подарил или кто-то другой?
Впрочем, шарфик все-таки остался. Я надевала его только у себя в комнате, не желая показывать неизвестному дарителю, насколько мне нравится подарок.

Приокский Дракон
Вышел из медика и назад не вернулся. Занимается бладством.
Posts in topic: 3
Сообщения: 3769
Зарегистрирован: 18 янв 2016, 19:42

Мария Кургат "Мой преданный враг"

Непрочитанное сообщение Приокский Дракон » 16 авг 2018, 15:45

:bra_vo:
Продолжения!

Mariacur
Читатель.
Posts in topic: 11
Сообщения: 13
Зарегистрирован: 15 июн 2018, 19:56

Мария Кургат "Мой преданный враг"

Непрочитанное сообщение Mariacur » 16 авг 2018, 19:49

Приокский Дракон писал(а):
16 авг 2018, 15:45
:bra_vo:
Продолжения!
Сейчас :pisa_tel:

Mariacur
Читатель.
Posts in topic: 11
Сообщения: 13
Зарегистрирован: 15 июн 2018, 19:56

Мария Кургат "Мой преданный враг"

Непрочитанное сообщение Mariacur » 16 авг 2018, 19:51

Глава 4

Они подстерегли меня. Спустя неделю. Перед самым ответственным моментом. Даже не скрывались. Я сразу все поняла, когда мне навстречу в коридор вышел Расго со своей свитой дружков. Их было больше, чем в прошлый раз, когда испортила «веселье» с первогодкой. Теперь здесь стояли еще какие-то его друзья, а сам Даронн просто ухмылялся. Нехорошо так ухмылялся.
Только не сейчас...
Расго даже не стал ничего говорить. Молча отошел назад, давая дорогу остальным, а я уже перебирала пальцами, быстро взывая к силе. Все предельно ясно. Именно сейчас! Перед турниром. Выжидал. Сволочь!
Темное марево слетело с моих рук в тот самый момент, когда маги Арона кинулись ко мне. Оно не остановило, только лишь на время дало мне преимущество убежать, чтобы почти сразу врезаться в чью-то грудь.
— Не так быстро, малышка!
Я подняла взгляд, встречаясь с незнакомым мне магом. Темным магом! Он легко отвел мои руки в стороны, не давая колдовать, и также легко скрутил, с силой прижимая к себе, лишая возможности двигаться.
— Маленьким девочкам не стоит лезть в чужие разборки.
Он легко рассеял темное марево, и в моем поле зрения появились маги.
— Я же говорил, не справитесь, — подал голос Расго, выступая вперед. — Вы нам с Эдвином должны.
Тот, кого назвали Эдвином, рассмеялся, все так же крепко держа меня за талию и больно выворачивая наизнанку запястья.
— Кидаем ее на нижние этажи?
— Вы с ума сошли?! — я дернулась, но, кажется, они не шутили.
Нижние этажи – это огромная территория под факультетом огненного бога, где обычно держали различных существ для опытов и тренировок.
— Лэкорил, а ведь я давал тебе шанс признать ошибку, — надменно напомнил Даронн, — жаль, очень жаль, что ты упустила его.
— И ты решил отомстить именно перед турниром?! — с отвращением выплюнула я. — Боишься проиграть?
— Ты смотри, какая наглая, — рассмеялся над ухом Эдвин, легонько касаясь губами. — Видно, еще не осознала своего положения.
— Лучше скажи мне спасибо, — широко улыбнулся Расго. — На турнире тебя бы просто по стенке размазали.
— Демоново отродье! — я дернулась.
Наверняка ведь знал, как хочу попасть туда, как ежедневно тренируюсь. Конечно, знал, не мог не видеть. Вот почему ждал, не спешил выполнить угрозу – чтобы потом вдвойне наказать.
— К кому ее закинуть? — неожиданно серьезно спросил темный маг. — К раянам или к нашим любимчикам?
— Зачем же? — Расго посмотрел прямо на меня, словно обращаясь именно ко мне, а не к своему приятелю. — Эту можно просто запереть в темнице, незачем нервировать наших маленьких друзей.
И снова смех, а у меня внутри все перевернулось. Он знает! Знает о моем страхе! Но откуда? Норий?! Быть не может! Или может? Ведь только ему я призналась, чего боюсь. Что вообще я о нем знаю? Он тренировал меня, а сам выпытывал?
— Даронн, не надо, — тихо попросила я, понимая, что не готова окунуться в собственный страх. – Уж лучше избей, как ты любишь, унизь, но не запирай…
— О, уже не сволочь?
Молчу.
— Значит, все-таки готова прилюдно извиниться?
Нет. Никогда.
— Я так и знал, — спокойно подытожил он, правильно расценивая мое молчание. — Запирайте!
— Прекрати! — закричала я, когда меня обездвижили. Моей же магией обездвижили: темным проклятием забвения. — Я ведь отомщу тебе, ты это знаешь...
— Мсти. — Расго подошел вплотную ко мне и с силой сдернул мои браслеты.
Это заметили и другие, но ничего не сказали. Внутри будто что-то оборвалось. Наша тайна. Он лишил меня последнего... моих нитей! Даже мое последнее плетение против чужих прикосновений не стало для него преградой, ведь он давно обезопасил себя от силы моих нитей.
— Я не люблю, когда мне противоречат, — с гадкой ухмылкой произнес юноша, — и уговаривать тоже. У тебя было достаточно времени, чтобы сделать правильный выбор
Меня потащили по полу, словно тряпичную куклу. Я лишь слышала смех, комментарии и снова смех. Гады. Напали стаей! Отомщу! Всем отомщу!
Как назло рядом никого не было. Все уже собрались на отведенной для турнира территории. Никто ничего не услышит и не узнает.
Едкий запах затхлости и сырости ударил в нос. Меня закинули в первую попавшуюся дверь и провернули ключ.
Я услышала отдаляющийся топот и громкий хохот, всеми фибрами души ненавидя Расго в этот момент. Ненавидя до такой степени, что, наверное б, убила!
— Прокляну! Я прокляну тебя, Даронн Расго!
И в этот раз не совершу ошибки, как с Далионом! Затем опоздавшая мысль – «я не могу его проклясть!» Я – дура. Сама ведь плела ему в школе защитные браслеты. Какая же я дура!
Здесь не было окон: маленькое круглое помещение, где когда-то держали какую-то нечисть, а теперь здесь я, будто подопытный райан!
С каждым моим вздохом сердце стучало все сильнее. В первое мгновение я вскочила и забарабанила в двери, понимая, что заклятие того темного опало. Спокойно, Кори, нельзя бояться, нельзя, но тело начинало реагировать само... горло сжало в тугом спазме, а перед глазами всплыла черная комната школы.
Дыши. Дыши. Они рано или поздно откроют.
— Не могу... — сипло прошептала в пустоту, оседая на пол и срывая воротник. — Не могу!
В груди все сдавило. Я дышу мелко-мелко, стараясь абстрагироваться, но не получается — стены давят.
— Garoshi sheodi tiviv vaniedi… — отчаянно вдыхая, зашептала я на везорийском, пытаясь отворить двери.
Ничего. Что-то блокировало магию! Конечно же, на нижних этажах стоит защитное поле.
От нехватки воздуха закружилась голова, спина взмокла, а сердце будто норовило выпрыгнуть из груди. Это противное чувство угрозы и ощущение приближающейся опасности не хотело отпускать, только сильнее сдавило грудь в стальные тиски.
Страх. Дикий страх, который невозможно контролировать. Я попыталась сосредоточить хоть на чем-то внимание, но не выходило. Взгляд цеплялся за темноту и все. Глубоко дышать тоже не получалось, я только сильнее начинала задыхаться. Противно. Противно и страшно от собственного бессилия!
В какой-то момент перед глазами стало темнеть, воздуха катастрофически не хватало, меня будто душили невидимые руки, а я ничего не могла поделать.
Удар! Что-то рядом громыхнуло, в следующую секунду меня с силой подняли, заставляя взглянуть в такие знакомые родные желтые глаза. Я зацепилась за них, будто за спасительную сферу , ничего не замечая вокруг…
— Мистер Горан, — сипло прошептала, мелко дыша через раз, будто каждый вздох последний.
Я не запомнила, что говорил он мне на ухо, как успокаивал и тряс, будто куклу, заставляя вынырнуть из липких объятий страха. Только этот дикий удушающий страх все никак не хотел уходить, просто в какой-то момент начала соображать, что больше не в запертом подземелье, нет, меня куда-то несут и здесь чистый свежий воздух.
Меня усаживают, гладят по волосам, продолжают что-то шептать, ласково вытирая теплыми пальцами мои слезы.
— Все хорошо, не плачь, маленькая.
И почему-то эти слова только сильнее вызвали бурю эмоций. Я заплакала еще громче, выплескивая все свои чувства наружу, ощущая, как комок в горле тает, позволяя дышать.
Тело бил крупный озноб, вдалеке разносился гомон и всплески аплодисментов. турнир начат?
— Вы нашли! – взволнованный голос Арисс врывается в воспаленное сознание. – Боги, что случилось?!
Не хочу! Не хочу, чтобы она видела. И словно догадываясь о моих мыслях, Горан Нэрдок загородил подруге обзор, укрывая меня собой, нежно обнимая.
— Все на турнире! – раздавшийся почти сразу голос Нория вызвал волну негодования. Я со злостью вцепилась в руки мистера Горана.
— Выйдите! – правильно расценил мою реакцию преподаватель.
Норий – предатель! Только он мог рассказать о моем страхе, никто больше не знал. И вновь взрыв аплодисментов. Это словно привело в чувство, я медленно отстранилась, чувствуя как предательски горят щеки. Мне было стыдно за собственную слабость и то, что позволила себе слезы, но, кажется, мистера Горана это совсем не смущало. Он тепло и мягко улыбался мне. Нет, не губами, улыбалась его душа, даже взгляд потеплел. А, может, мне все это только показалось?
— Спасибо, — тихо прошептала я, — спасибо за то, что всегда рядом. Могу ли я просить еще раз поверить в меня?
Мужчина удивленно приподнял брови, ожидая продолжения.
— Турнир! Я хочу все-таки попытаться.
— Лэкорил, уверен, ты сильная и справилась бы с любой трудностью, но сейчас будет невероятной глупостью идти на арену. Ты не в том состоянии, когда участие принесет пользу, скорее непоправимый вред.
— Вы не понимаете! – я решительно поднялась, только сейчас понимая, что нахожусь в кабинете мистера Горана. Как всегда, что бы ни случилось, я всегда оказываюсь у него.
— Чего? – преподаватель нахмурился. – Того, что ты не хочешь меня подвести? Или того, что именно я сам недавно сделал все, чтобы вернуть твою веру в мечты и желание участвовать? Я все это прекрасно понимаю, Лэкорил, но на арену стоит выходить с ясным и холодным сознанием, а не после пережитого ужаса.
— Я справлюсь! Честно! Мне теперь не страшны никакие комнаты… – и уже совсем тихо: — просто поверьте в меня, в последний раз, прошу. Это мой шанс, который нельзя упускать, кто бы ни старался мне помешать.
В желтых глазах Горана Нэрдока проскользнуло удивление и, кажется, даже искреннее восхищение. Такая реакция была куда лучше всяких слов и значила для меня намного больше.
— Хорошо, — сдался преподаватель, — но почувствуешь, что не справляешься, сразу сдаешься.
— Обещаю!
Я врала. Да и он прекрасно знал это, но сделал вид, будто поверил и принял мой ответ. Подал мне руку и открыл мерцающий портал, чтобы в следующий миг адептка первого курса темного искусства, слегка пошатываясь, вывалилась сразу на арену…

***
В первое мгновение я сощурилась от яркого света, пытаясь к нему привыкнуть. Окружающий шум заглушил все вокруг. Слова комментатора слились в один гул, но мне удалось разобрать последние слова, в которых прозвучало мое собственное имя. Успела! Боги, я все-таки успела.
Вытянула руки вперед, призывая свой меч. Я обязана победить первых двух, обязана вступить в бой с Расго! Если не сделаю этого, не прощу себе…
Отведенная территория для турнира была огромной! Наконец привыкнув к свету, я смогла рассмотреть трибуны. На первых двух ярусах сидели преподаватели и приглашенные гости в лице той самой комиссии, которая должна была оценивать участников. Это оказались двое мужчин в возрасте из королевской гвардии (у них были пришиты на груди два перекрещенных меча), строгая худощавая женщина, скорее всего из Ковена магов, и совсем молодой юноша в дорогой одежде. Тонкая атласная ткань бирюзового цвета слишком бросалась в глаза на фоне остальных темных мантий.
На возведенных местах собралась вся академия, если не больше. Кажется, на турнир сошлись и все жители Кургода. Оно и не удивительно – грандиозное событие, на которое хотели посмотреть многие, особенно люди, не владеющие даром.
Показалось, прошло невероятно долгое время, прежде чем усиленный магией голос объявил о начале первого боя, хотя в действительности – не больше минуты. Из небольшого проема появился знакомый мне темноволосый юноша с первого курса факультета Арона – Скай Осго.
Что же, у меня появился хороший шанс отплатить за мою боль на занятии мисс Виолис. Да, пусть не он вызвался тогда, но мне хотелось одолеть его. В прошлый раз я допустила непростительную ошибку, замешкавшись и недооценив его…
Прозвучал леденящий кровь звук горна – первый бой начат! Мы кинулись друг к другу одновременно. Страх, сжимающий до этого мое сердце, ушел на задний план. Будто и не было тех бесконечных минут кошмара в темном подземелье. Во мне проснулись новые силы и ярое желание победы. Я просто не разрешила себе думать или вспоминать случившееся. Не сейчас. Нельзя. И пусть у меня даже нет нитей, я могу рассчитывать только на себя. Так даже лучше! Разве что на клинке, но я боялась привлекать лишнее внимание комиссии к магическим свойствам своего меча.
Скай сгруппировался и попытался нанести удар прямо в грудь, но я ловко увернулась, прикрываясь клинком и одновременно поднимая вокруг себя черную пыль. Слова вырывались сами собою, окружая меня защитным коконом темной пелены, которую не мог пробить даже магический клинок слуги Арона.
Огненный шар сорвался с его рук и коснулся моего марева, но лишь слегка оцарапал. Чтобы пробить мой щит, надо было куда больше сил. Я улыбнулась и ринулась в бой. Скай тоже не мешкал и возвел защиту, отчего мой клинок ударился о невидимую преграду.
Юноша был быстрее, намного быстрее меня. Лезвие его клинка сверкало бликами на солнце то исчезая, то вновь появляясь. Он все пытался пробить мой магический кокон.
Далион прав! Не только Далион, а даже и Норий с мистером Гораном. Я слишком недооцениваю противников. Скай Осго оказался не только умелым, ловким и быстрым, но и с собственными секретами. Не знаю как, но в какой-то момент мое темное марево вспыхнуло белым светом и опало к ногам, а сверкающее лезвие ударило в бок…
В тот самый момент, когда меня пронзила боль, я сложила руки вместе, окутывая клинок проклятием. Оно впиталось, нитью оплело лезвие, затем руки мага, и Скай с глухим стоном упал на колени.
Так же, как одновременно мы начали сражение, так же синхронно упали в песок. Я чувствовала горячую кровь и режущую боль в боку, но у меня не выходило сконцентрироваться, чтобы остановить ее или использовать то, чему нас учили на занятиях по целительству.
Тишина. Я должна встать! Должна выйти победителем. Не обращая внимания на боль, медленно поднялась, приложив руку к порезанной рубашке. Скай все так же лежал на песке, окутанный темным проклятием боли. Он корчился и пытался скинуть с себя плетение, но не мог.
Я победно усмехнулась и подняла руку. В тот же миг арена приняла победителя. Трибуны взревели аплодисментами.
И только когда я вышла с поля боя, оказываясь в небольшом лазарете, позволила себе тихо сползти по стеночке и застонать. Чьи-то руки тут же подхватили меня и куда-то уложили. Сильный запах трав ударил в нос, и я распахнула глаза, совершенно не удивляясь Далиону. Даже не сопротивлялась, когда он разрывал на мне рубашку и возился с раной. Я просто лежала и глупо улыбалась, понимая, что смогла. Все произошло так быстро, словно во сне, а ведь думалось, что сражение будет долгим и изнуряющим.
— Посмотри на меня, Кори!
Подняла затуманенный взгляд и почти сразу ощутила мятную пастилу во рту. Она была невкусной и горькой, но неожиданно придала сил. Более того, я вдруг поняла, что боли больше нет, как и усталости.
— Не может быть… – с искренним изумлением прошептал маг, на мгновение замирая, будто увидел нечто страшное.
Я не сразу поняла, о чем речь, лишь когда Далион достал прядку моих волос – она была абсолютно белая! Внутри все неприятно сжалось. Неужели я так сильно переволновалась? Или мой организм отреагировал на стресс? А может, дело в том, что случилось до турнира? Скорее всего да — страх подкрался близко, слишком близко. Неизвестно бы чем все закончилось, если бы не мистер Горан. Снова он. Всегда он.
— В любом случае, ты молодец! – похвалил меня Венский, заканчивая с обработкой раны. Стянул магией края и протянул новую чистую рубашку.
Почти сразу за другой ширмой раздался чей-то стон. Лишь через время я поняла, что он принадлежит Скаю. Кажется, меня даже укололо угрызение совести, правда, всего лишь на миг. Проклятие боли противная вещь и так легко не снимается. Скаю придется очень несладко в ближайший час…
Целители все время бегали за ширму, возвращались, что-то брали. Далион тоже куда-то ушел, а вскоре окончился еще один бой, после которого принесли незнакомого мне окровавленного юношу. Невозможный запах трав, крови и боли вызывал тошноту. Не в силах тут находиться, я встала и вышла к трибунам, где сидели будущие участники. В боку начало слегка побаливать, видимо, действие пастилы заканчивалось, но я старалась не обращать на это внимания. Венский и так довольно быстро затянул края раны, отчего на груди теперь красовался лишь белесый шрам… еще один. Маленький, справа под ребрами — повезло, что лезвие вошло неглубоко, только царапнуло кожу, так что была надежда, что со временем и рубца не останется. Разве что теперь на память имелась белая прядка.
Села в первом ряду трибун, зная, что мой второй бой не за горами. Кажется, после всех первогодок пойдет второй круг победителей первого раунда, а затем по возрастающей.
Откровенно говоря, мне бы хотелось оказаться возле мистера Горана, ощутить его поддержку, которая была сейчас просто необходима, но все что я могла, это лишь смотреть со стороны: к преподавательской трибуне адептов не подпускали. Однако я ловила одобряющие взгляды и улыбки Горана Нэрдока, и это вдохновляло меня куда больше любых слов!
Сражения были быстрыми и однотипными: первогодки только выходили на арену, как уже в следующее мгновение одного из них выносили, а иногда и сразу двоих. Когда же было объявлено вновь мое имя, я с еще большим воодушевлением отправилась вниз. Все-таки победа над Скаем принесла мне уверенность. Да и ежедневные тренировки дали свои плоды, к тому же, нам удалось все-таки узнать технику Алана, так что я рассчитывала только на выигрыш. Знакомое чувство азарта заполонило сознание, смывая любые страхи и сомнения.
На арене Алан улыбнулся мне, а я вдруг вспомнила слова Расго. Правду ли он тогда сказал? Почему-то сложно было представить, будто этот низенький юноша с добрыми карими глазами мог сделать что-либо лошади Дарона, вообще кому бы то ни было. Вряд ли! Скорее всего, Расго просто солгал мне, чтобы себя оправдать. Хотя какой в этом толк?
Очередной звон. Только никто не спешит нападать. Мы будто хищники, присматривающиеся друг к другу перед прыжком. Медленно обступаем по кругу, плавно, не делая никаких резких движений, словно под неторопливую музыку…
Сейчас все было иначе – передо мной тоже темный маг, умеющий отклонять проклятия и ставить щиты. Это не маг Арона, сражающийся клинком, нет, это такой же слуга Рангора, как и я. Мы равны в наших знаниях и умениях, но все-таки у меня была привилегия, а именно мой клинок. Он даже не достал меч из ножен, просто не рассчитывая на него, впрочем, как и все темные маги.
В какой-то момент хождение по кругу закончилось. Алан прищурился и смазанной тенью метнулся ко мне, создавая на ходу проклятие ночи. Только я слишком хорошо знала формулу и поэтому легко отбила атаку, никак не ожидая, что сразу за этим вдруг начнет меняться арена. В тот же миг по спине прошла дрожь. Иллюзия?! То, о чем предупреждал Норий?
Стараясь абстрагироваться от окружающей мерцающей стены, я с удовольствием отметила растерянность Алана. Это было мне на руку, ведь он не знает об иллюзорной арене. Маг изумленно замер, пытаясь понять, что происходит, а я, пользуясь его заминкой, коварно ударила. Да, низко, но это бой – нельзя отвлекаться!
Юноша помянул темного бога, но уклониться не успел. Мое лезвие скользнуло по правому боку Алана, окрашивая светлую рубашку в багрово-красный. Сейчас главное – только противник! Неважно, что творится вокруг. Пусть мы даже окажемся в запертой комнате. Теперь я не боюсь…
Я вновь занесла меч, чтобы атаковать, когда клинок вдруг выпал из моих рук. Не ожидая такого, на какое-то мгновение растеряла всю свою былую уверенность, отдаленно отмечая, как Алан создает очередное проклятие. Все еще не до конца понимая, что происходит, выставила в защите руки вперед, чтобы укрыться невидимой стеной от удара.
Ладони обожгло темным пламенем, которое почему-то не остановил мой щит. Щит?! Его нет! Огонь поднимался все выше, принося мучимую боль. Кожа покрылась черными волдырями, и запахло паленым. Из глаз брызнули слезы.
— И я еще тебе помогла… — тихо прошептала с укором, не в силах отвлечься от боли. Мне не удавалось снять его проклятие.
— Я помню это и благодарен, но сейчас мы на турнире, здесь нет места для друзей или подачек, только честный бой. Извини, но победа достанется мне. Это шанс для моего клана.
Сквозь слезы рассмотрела, что трибуны стали ближе, а в следующее мгновение со всех сторон полетели насмешки и оскорбления:
— Чумазая крестьянка!
— Безродь!
— Слабачка!
— Это не так! – отчаянно воскликнула, взывая к силе. – Я – маг!
— Ты не маг, — совсем рядом раздался смешок Алана. – Ты всего лишь неблагодарная смердка!
Почему? Мои обгоревшие ладони задрожали. Почему сила не отзывается? Я не чувствовала собственные потоки магии, словно кто-то опустошил весь мой резерв. Нет! Это не правда…
— Тебе не место здесь! – каждое слово больно ранило. — Ты больше не маг! – больнее, чем пламя, что еще мгновение назад жгло руки. – Твоей силы нет!
Я отчаянно пыталась призвать хотя бы крупицы магии, но ее действительно не было. Боги, моей магии нет!
— Ты вернешься домой и никогда больше не почувствуешь силы власти.
Страх поглотил сознание, не давая здраво мыслить. В голове в такт сердцу набатом стучало лишь одно: «Ты больше не маг!»
— Нет-нет-нет… — отчаянно шептала, упав на колени в песок. – Я не могу вернуться домой! Не могу вновь стать бесправной.
Облик Алана вдруг стал меняться, и в какой-то момент передо мной возник Далион. Его лицо исказила гримаса отвращения:
— Ты это заслужила! За все приходится платить.
Это иллюзия! Этого нет! Я не боюсь. Страха нет! Есть только противник и бой. Словно молитву повторяла, но жестокие оскорбления легко перекрикивали голос разума:
— Беднота!
— Нищенка!
— Подстилка аристократов!
«Не слушай, милая, ты сильнее собственного страха…»
Невольно замерла, узнавая знакомый голос. Верно! Этого всего нет – это в моей голове. Что говорил Норий? Только спокойствие и чистые мысли.
— Можешь не стараться, — насмешливо прокомментировал мои попытки Далион. – Ты всего лишь маленькая слабая девчонка, которая скоро поедет домой и вновь станет моей игрушкой…
— Никогда! – отчаянно закричала в ответ. – Я не крепостная, а ты – не Далион!
Перед глазами неожиданно ярко возник образ моих нитей, намотанных на рукоятку клинка. Меч!
— Знаешь… — я победно улыбнулась, – кое-что у меня никогда не отобрать.
Мне доставило огромное удовольствие промелькнувшее удивление в глазах Далиона. Не теряя больше времени, кинулась к своему оружию, отмечая приятную тишину вокруг. Больше не было никаких выкриков и обидных комментариев, только растерянный взгляд блондина.
— Ты проиграл! – громко заявила всем, без сомнений направив острие клинка к его горлу. — Одно неверное движение и ты труп.
— Глупая, — неожиданно произнес Далион, кривя губы в насмешливой улыбке. – Думаешь, победила свой страх? Он бесконечен, как душа человека – ее можно раскрывать и раскрывать. Закрытые пространства, потеря собственных сил, непризнание другими? Проигрыш…
Вздрогнула, словно от удара, с ужасом наблюдая, как Венский легко отводит мой клинок от собственного горла.
— Сейчас ты больше всего боишься проиграть и в этом твоя слабость, которая погубит слишком самоуверенную девчонку.
— Я не боюсь, — прошипела сквозь сжатые зубы, – потому что не проиграю. Исчезни! Тебя нет!
В ответ он только рассмеялся, действительно вновь являя мне Алана. В тот же миг тело пронзила боль. Просто в какой-то момент придавило к земле, а где-то рядом все еще раздавался гадкий смех...
Ноги одеревенели, все тело стало будто чужим. Дриадское проклятие ! На мне использовали редчайшее проклятие! Не могу поверить, что он его использовал. Как? Первокурсник?! Так глупо попасться под проклятие из-за собственных страхов. Если бы не иллюзия, ни за что не позволила бы себя проклясть! В любом случае, я не проиграю своему же сокурснику, даже не сразившись с Расго. Просто не имею права.
«Сейчас ты больше всего боишься проиграть и в этом твоя слабость…» — тут же в памяти всплыли слова лже-Далиона, но я лишь отмахнулась, понимая, что не могу сдаться.
Загудели трибуны. Еще каких-то несколько секунд и победителем назовут Алана! Нельзя этого допустить. Но что я могу? Это проклятие может снять только накладывающий… либо мой клинок.
Демоново проклятие! Я действительно могу мечом попытаться избавиться от коры, но тогда после турнира окажусь перед верховным магом Ковена с объяснениями, как моему клинку удалось разрушить магию неснимаемого проклятия.
«Или поддаться страху и проиграть…»
Я в панике сжала рукоятку, чувствуя, как медленно поднимается кора, захватывая все большие участки кожи. Клинок задрожал в моей ладони, словно подгоняя. Даже еще не успела поднять руку для удара, только подумала, как меч уже сам нанес удар…
Больно! Невероятно больно, но лезвие блеснуло и кора под клинком опала, давая мне свободу. Все произошло в одно мгновение – будто не моя рука воткнула меч в собственную ногу, а чья-то воля заставила так глупо подставиться. Сила нитей оказалась сильнее проклятия, она разрушила магию Алана. Не зная еще, как буду объяснять случившееся, кинулась в атаку, ударяя мага прямо в грудь. Он не успел ни уклониться, ни возвести темное марево — брызнула алая кровь. Стало тихо. Арена заискрилась белым светом. Мое имя прозвучало набатом в образовавшейся угнетающей тишине, вот только победа не принесла былой радости. Рядом вновь раздался тот гадкий смех, а я с холодным липким ужасом вдруг осознала, что свой последний страх не победила, и теперь ничего хорошего меня не ждет, ведь простой клинок не мог бы разрушить дриадское проклятие, ничего не могло, только мои нити…
Осуждающий взгляд мистера Горана был красноречивее любых слов. Я и сама себя осуждала, не понимая, что на меня нашло. И на меня ли? Казалось, будто меч сам действовал, но разве такое возможно?
И что теперь? Меня накажут? Казнят? Но ведь на клинке нет магических формул! Нитей тоже увидеть никто не сможет. Только я скорее себя просто уговаривала, чтобы хоть немного успокоить. Сколько шансов, что мой меч отберут и отправят в Ковен магов?
Что же ты наделал? Однако клинок не ответил мне, хитро блеснув в солнечных лучах. На меня разом навалилось осознание собственной содеянной глупости. За своими мыслями, я даже не почувствовала, как мне помогли дойти до лазарета. Меч сильно ранил ногу, отчего теперь я прихрамывала, а ладони неприятно пульсировали от ожогов. Только вот внутренняя боль была куда сильнее физической. Комиссия! Она заняла все мои мысли. Что именно они видели, когда я ударила клинком?
— Кори, — тихий голос Далиона вынудил меня вынырнуть из тяжелых дум. – Зачем ты это сделала?
Венский сидел передо мной на корточках и занимался моей ногой, но я прекрасно поняла, что вопрос относился не к очередному ранению, нет, а именно к моей демонстрации силы меча.
— Ты хоть понимаешь, что теперь будет? – продолжил укоризненно и одновременно обеспокоено шептать он, легонько касаясь светящимися пальцами моего правого бедра. – Ковен магов заинтересуется твоим магическим мечом, это ведь прямое нарушение закона трех богов.
— Ага, — удрученно согласилась я. – Два года назад ты тоже заинтересовался моими способностями.
— Они запрут тебя в темнице! – Это, наверное, впервые, на моей памяти, когда Далион выглядел таким взволнованным: зачастую он держал свои эмоции при себе. – Тут тебя даже не защитит твой Горан Нэрдок.
Мои губы тронула улыбка. Что-то я слишком часто слышу эти слова. Когда-то именно так же говорил Расго, а теперь вот Далион.
— Глупая! – не выдержал белобрысый. – Ты, видимо, не осознаешь всей серьезности. Из-за своего бахвальства ты угодила в основательные проблемы. Кому вообще нужна была эта победа, если она досталась такой ценой?
Я лишь пожала плечами. Что уже говорить? Как будто мне недостаточно собственных осуждающих мыслей! Да и не контролировала я меч. К тому же, время вспять не вернешь, а если бы и можно было, вряд ли бы мне удалось остановить свой магический клинок.
— В любом случае, арена назвала своего победителя, а значит, меня не могут дисквалифицировать . Не раньше, чем будет окончен турнир . Кто знает, может Расго все-таки удастся меня прикончить? – я слабо улыбнулась. – И не придется отвечать перед великим судом.
— Кори, это не смешно.
— Я и не смеюсь. К слову, что бы ни случилось, с моей смертью спадет твое проклятие.
— Прекрати!
— Ты избавишься от этого неправильного и глупого влечения ко мне, — в каком-то отстраненном состоянии продолжила я, отдаленно замечая, что теперь маг занимается моими ладонями. – И поймешь, как сильно ошибался, полагая будто нет никакого прокля…
Закончить предсмертную наполненную драматизмом речь мне так и не удалось. Мои губы накрыли наглым и одновременно нежным поцелуем. Я никогда не целовалась, а потому совершенно растерялась. В первое мгновение даже замерла, не принимая попыток вырваться, отстраниться или оттолкнуть этого гада. Все мысли исчезли, остались лишь теплые и мягкие губы, вызывающие непривычные странные чувства. И, откровенно говоря, я сама не могла понять, что именно испытывала…
В какое-то мгновение разум все-таки одолел эмоции, и я с силой оттолкнула Далиона. Он не стал настаивать, тут же отпустил.
— Ты что вытворяешь? – я вспылила и залепила ему звонкую пощечину, а он только улыбнулся в ответ.
— Зато ты больше не выглядишь неживой болотницей, — совершенно спокойно ответил Далион, заканчивая с обгоревшей кожей на руках. – Мы что-нибудь придумаем, обязательно. Ковен магов не заберет тебя, обещаю!
— Слушай… — его слова о болотнице вдруг кое-что напомнили, — а тогда, в детстве, на канаве за туманом, ты ведь о чем-то говорил с болотницами. Что они тебе обещали?
— Что-то, что так и не исполнилось, — неожиданно изменившимся тоном ответил блондин. – И вряд ли когда-нибудь исполнится, поэтому нет смысла вспоминать.
— Не хочешь – не надо, — я уязвленно насупилась, но скорее наигранно, чем на самом деле. Он имел полное право мне не говорить, хотя где-то в глубине души почему-то думалось, что раз он под проклятием, то ответит.
Глупости, конечно, проклятие не меняет человека.
— Еще раз посмеешь ко мне прикоснуться, — угрожающе прошипела я, желая сразу расставить все точки над «и», — прокляну тебя изжигающей страстью, чтобы измучился в край!
— Не прикоснусь, — вполне серьезно проговорил Венский, — без твоего на то согласия. Хотя «изжигающая страсть» звучит не так уж и плохо, только боюсь, в скором времени самого объекта моей страсти может не стать…
— Наверное, этому суждено было случиться, — тихо проговорила я, не оценивая шутки. – Я слишком часто дергала удачу за хвост. Ковен магов должен был заинтересоваться мною еще в школе, когда по своей собственной глупости нарушала устав и колдовала, несмотря на защитную сеть. Меня давно мог выдать Даронн, а затем и ты, но почему-то богам было угодно дать мне возможность поступить. Только зачем, если в итоге я все равно попала под пристальное внимание Ковена?
Я тяжело вздохнула. Далион и сам не спешил нарушать образовавшуюся тишину. Впрочем, что он мог сказать?
— Единственное, что я могу еще сделать, это в последний раз сразиться и одолеть Расго…
… чтобы отомстить за те пережитые минуты ужаса в темном подземелье.
— Нет, Кори, я не позволю тебя забрать! – решительно заявил блондин, вызывая во мне лишь смех.
— Далион, ты жалок, — я искривила губы в подобие усмешки. – Посмотри, что с тобой сделало мое проклятие! Ты хочешь спасти ту, которой сам испортил жизнь. Чтобы ты ни делал и ни говорил, но забыть, как ты разлучил меня с семьей, не смогу. Избалованный мальчишка, который в угоду себе, не задумываясь, лишил меня счастья. Но даже если на это можно закрыть глаза, не думай, что я все та же глупая девчонка. Нет, Венский, мне прекрасно известно насколько тяжела жизнь крестьян, как и то, что в действительности твой отец заботился о своих землях и людях. Пансион не самое худшее, что могло бы быть, а вот твоя попытка лишить меня силы… Ты ведь выпустил заклинание! Меня спасло лишь появление Горана Нэрдока. Так что все твои старания доказать якобы существующую любовь смешны. Не пытайся! Проклятие спадет само по себе, если хозяина не станет. Тебе ли не знать?
Я сама не знаю, что на меня нашло. По сути, ничего такого он не сказал, но меня будто прорвало. Надоело все! Слишком тяжело. Как же иногда хочется просто опустить руки, но раз за разом с самого детства заставляю себя вставать и идти вперед.
— Если я жалок, то ты все такая же маленькая вздорная и глупая девчонка, не задумывающаяся над тем, что и кому говоришь! – на эмоциях вспылил Далион, до боли сжимая мои плечи и встряхивая. – Желай бы я тебе зла, мог повлиять через твоих родителей и сестру. Ты хотя бы на миг задумывалась о том, кто перед тобой и в каком положении твоя семья? Нет, ты, как и всегда, сперва действуешь, а потом жалеешь, и то не всегда! Только вот все совсем не так. Я люблю тебя, с самого детства, Кори. Неужели ты до сих пор не поняла такой простой вещи? Не задавалась вопросом, почему именно пансион? Почему такая привилегия крепостной? Это я уговорил отца! Тебя бы просто продали одному из друзей нашей семьи. Пансион был твоим спасением. Нет, я не говорю, что принял правильное тогда решение. Мне казалось, что вижу насмешку в твоих глазах. Я был ребенком, Кори! Ко всему прочему, просто не понимал, почему меня так тянет к невоспитанной девчонке, которая никого и ни во что не ставит, хотя сама никаких прав не имеет. Я не хотел признаваться в своих чувствах к рыжей, наглой, но смелой смердке, потому и отослал тебя как можно дальше. Причина? Не было никакой причины, просто я – идиот! Как бы мне хотелось все вернуть и исправить. Я виноват перед тобой, и дня не проходило, чтобы не винил себя, вспоминая то яркое солнце, осмелившееся заглянуть в мрачный особняк. Ты думаешь, тогда в школе мне хотелось лишать тебя силы? Нет, Кори, просто ты права – я действительно жалок, тянул до последнего, но понимал, что не могу не выполнить приказ. Так было и будет. Я ведь планировал освободить тебя, дать все, что ты захочешь, но в глубине души понимал, ты ничего не примешь, только сильнее возненавидишь меня…
— Боги, хватит! – я резко встала, не обращая внимания на оставшуюся тянущую боль в ноге. – Это в тебе говорит мое проклятие, не унижайся еще сильнее. Мне скоро выходить на арену, так что я пойду, а ты помоги другим, тем, кому действительно нужна твоя помощь.
И я ушла, а Далион не стал меня останавливать. Все эти речи утомили меня, и уж точно мне не хотелось продолжения. Слова неважны, поступки – вот что имеет значение, а память у меня хорошая, так что заклинание, сорвавшееся с его пальцев в тот день, когда меня хотели лишить силы, вряд ли забуду! И пусть он действительно спас меня когда-то от собственного отца, дважды… но сейчас все это было неважным. Да и толку от всех этих речей, когда дело в моей ошибке? Я уже начинаю жалеть, что прокляла его. Лучше бы вообще ничего не делала. И ведь сколько раз так было. В одном он прав – я сначала делаю, а потом лишь думаю.
Что мне стоило вообще не призывать меч? Хотела покрасоваться? Да, пусть клинок сам действовал, но именно я перенесла его на арену! И теперь только мне отвечать перед верховным судом Ковена магов.
С таким удручающим настроением вновь вышла на трибуны и заняла место у входа на арену. Старалась сфокусировать внимание на сражениях, но мысли то и дело возвращались к случившемуся, волей-неволей я поглядывала в сторону комиссии. К слову, они тоже временами смотрели на меня, думая, будто не замечаю.
Так что все бои второгодок и третьегодок прошли мимо меня. Может, поэтому вздрогнула, когда вновь над трибунами эхом разнеслось мое имя. Раз назвали меня, выходит, среди второго курса нет ни одного победителя? Уже не с таким воодушевлением пошла вниз. Впрочем, несмотря на все свое угнетенное состояние и предстоящее разбирательство, рассчитывала я только на победу.
Показалось, шум на трибунах стал громче. Снова яркий свет и гул толпы. Судя по восторженным выкрикам моего имени, никто не ожидал, что первогодка так далеко дойдет, а может, просто хотели увидеть мой очередной бой? Прошлая ситуация с моим клинком явно удивила всех присутствующих.
Окружающий меня гам только больше подарил уверенности. Я вышла в центр, совершенно не чувствуя страха. Этот бой был для меня самым важным и желанным. Мне невероятно сильно хотелось проучить Расго, поставить его на место. Ни Скаю, ни Алану я всерьез навредить не хотела, но Даронну… Ох, как же мне не терпелось сразиться с ним! С самой нашей первой встречи, когда он еще в школе подкараулил меня в классе, чтобы унизить безродь. Если здесь и сейчас я проиграю, то мне не за что бороться. Видимо, я на самом деле всего лишь самоуверенная слабачка, которой место на костре за нарушение закона!
К слову, Даронн Расго уже ждал. Он был совершенно спокоен, будто ему не предстояло сражение. Руки сложены на груди, а весь его вид демонстрирует невозмутимость. Сейчас я как никогда чувствовала исходящее от него превосходство самого настоящего аристократа.
— Зря ты не проиграла в прошлом бою.
— Ты правда надеялся, что я так легко сдамся?
— Дура, ты сама себя выдала! Впрочем, и я не лучше, совершенно забыл о мече, но зачем ты вообще взяла его на арену?
— Еще скажи, что из благих намерений снял мои нити! – я раздраженно сжала кулаки. — И именно поэтому запер, прекрасно зная о моем страхе.
— Зная, что ты справишься, безродь, — хмуро уточнил Расго. — Или как, по-твоему, Нэрдок так шустро разыскал любимую ученицу? Только я был уверен, что ни о каком турнире в твоем состоянии речи не будет. Забыл, какая ты упрямая.
— Тебе Норий рассказал, да? – совершенно не слушая его, холодно поинтересовалась я, вот только отвечать мне явно не собирались. — Ответь!
— Глупая, будто мне неизвестно, как до жути одна маленькая крестьянка боялась гнета черной комнаты?! Если ты не замечала ничего дальше своего носа, это не значит, что другие не обращали внимания на окружающих их людей.
— Как видишь, и ты ошибся, мой потаенный страх оказался совершенно другим… — опровергла его слова, не собираясь закрывать глаза на гнусный поступок. — Так что хватит воздух сотрясать, сражайся!
— Ты ранена, — резонно заметил он, — у тебя правое бедро не затянулось, из-за чего ты не можешь твердо ступать. Как думаешь побеждать?
— Не твое дело!
Очередной звон, оповестивший о начале боя. Я не уловила движения Расго – он будто смазался одной линией, в следующее мгновение откидывая меня далеко к трибунам. Удар оказался такой силы, что по подбородку тут же потекла горячая струйка крови. Разница между первогодками и третьекурсниками действительно была существенной. И ведь это он еще не прибегал к своему магическому клинку!
— Я ведь не могу проиграть, Риддис, — донес до меня ветер слова скрывшегося мага, — лучше будет, если сама примешь поражение.
— Никогда! – решительно выкрикнула в ответ, окружая себя темным маревом. Я не могла понять, куда исчез Даронн и откуда ждать удара. Не знаю, какую он использовал магию, но меня вдруг больно придавило к земле: будто положили сверху груду камней. Невозможно было даже пошевелиться, а самое гадкое – мой щит не стал для него преградой. Расго легко рассеял темную магию, и я прекрасно понимала, что сама виновата в этом. Я не смогу с ним сражаться при помощи темной магии – на его запястье мои же браслеты!
— Твоя магия ничто для меня, ты ведь знаешь, Риддис, сдавайся!
Показалось, из легких выбили весь воздух. Давление стало сильнее, и я помимо воли уткнулась лицом в песок, не в силах нормально дышать.
— Ожидаемо, но самонадеянно.
Вновь удар. Кажется, я даже расслышала хруст собственных ребер, прежде чем на мгновение от боли потемнело в глазах. И снова удар. Удар. Боль. Удар. Не дышу. Где-то отдаленно промелькнула мысль, что провалиться в беспамятство не так уж и плохо.
И именно последняя мысль привела в чувство. Нельзя сдаваться, соберись, Кори! Из последних сил вытянула клинок, понимая, что если вновь использую его, только больше себя подставлю. Но разве у меня есть выбор? Да и о магических свойствах моего меча комиссии уже и так известно. Не позволю себе проиграть, еще и в таком унизительном положении.
Лезвие разрушило чужую магию, невидимый гнет моментально исчез. Я тут же вскочила на ноги, не теряя ни мгновения, и почти сразу ахнула от боли! Дышать невероятно больно, но я заставляю встать себя в стойку.
— Дура! – одновременно растеряно и раздраженно выплюнул Даронн.
Я не ответила, с удивлением ощущая, как рукоятка клинка вдруг задрожала, нагреваясь, биение сердца ускорилось, а боль словно отошла на задний план. Был только мой меч и предстоящий бой, остальное не имело значения: ни трибуны, ни арены, ни сама комиссия – только смерть! Она пропитала все вокруг знакомым кислым запахом, что когда-то давно преследовал меня в пансионе.
Перед глазами возникла знакомая пелена ярости и гнева. Я хотела причинить боль этому напыщенному темноволосому индюку, отомстить за то демоново подземелье!
— Станцуем на клинках, Расго, как тогда, в школе?
«Станцуем, Арон, как тогда, на первой войне?»
Я ударила первой, рассекая воздух. Пусть видят – все равно! Уже действительно все равно. Мне нечего терять. Клинок заискрился синим светом, магические круги вспыхивали один за одним, повторяя знакомые рисунки техники, которую на днях показывал Норий. Нити давали моему мечу больше сил, нежели оплетающие заклинания любого клинка Арона.
— Ты ведь себя угробишь! – ошеломленно выкрикнул Даронн, не ожидая, что я стану сражаться открыто.
Мои губы тронула улыбка.
— Тебе конец, Даронн!
«Тебе конец, Арон!»
Странная, непривычная, будто чужая злость поднялась из глубин души, отдавая все больше сил моему клинку. Снова взмах, и яркое черное поле вспыхнуло вокруг, отталкивая мага. Каким-то чудом он устоял на ногах, хотя силовая волна была невероятно мощной.
— Что же, — недовольно протянул Расго, направляя на меня свой меч. – Не жалей потом.
— Никогда!
«Никогда не пожалею! Лишь смерть остановит одного из нас…»
Клинки со звоном соприкоснулись. Сноп искр на мгновение ослепил, а затем я со злостью посмотрела в ненавистные потемневшие фиолетовые глаза…
«Ненавистные темные фиолетовые глаза смотрят как всегда снисходительно и с упреком. Он не хочет сражаться, но меня это лишь сильнее злит. Я наношу удар за ударом, задевая прядки его волос. Пламенем вспыхивают рыжие волоски, исчезая прямо в воздухе, так и не касаясь земли…»
Удар за ударом, вспыхивают арканы заклинаний. Синее с красным мерцает вокруг, но ни один из нас не собирается проигрывать. Бой ни на жизнь, а на смерть. Опасный танец в причудливом переплетении света и теней. Меня охватывает знакомое чувство азарта и сражения, только рядом с ним я чувствую себя настолько живой и одновременно сильной. Не знаю почему, но даже с Гораном Нэрдоком я не испытывала таких эмоций, когда полностью окунаешься в смертельный танец клинков…
Резкий выпад – наши мечи вновь столкнулись, рассыпая очередной сноп ярких искр. Он словно везде и одновременно нигде, но и я не уступаю – скрываюсь в тени, ухожу от серий ударов. Расго двигался подобно языку пламени – такой же опасный и неуловимый глазу.
Приятная музыка звенящих клинков, тонкая грань сияющих в солнечных лучах лезвий, невероятно прекрасный и сложный танец – всего лишь поединок с Даронном, но я словно погрузилась в это сражение. Стоило себе признаться – я уступала ему в технике владения клинком и хитросплетении ударов, но компенсировала все скоростью и ловкостью. Мне удалось задеть его – рассекла ему рубашку на рукаве, прочертила на лице набухающую кровью тонкую линию, но и он успел дважды ранить. Боли не было. Я не чувствовала ни сломанных ребер, ни тяжести в животе, ни левой руки, которая плетью висела вдоль тела. В какой-то момент мне стало просто все равно, лишь жажда крови и желание сокрушить противника вели меня. Смерть Расго – вот что интересовало сейчас!
Сознание помутнело, и я просто уже не отдавала себе отчет в том, что делаю, нанося удары: выпад, поворот, взмах, а затем все по новой.
Наши клинки скрестились, и на какой-то короткий миг время будто остановилось: мы встретились взглядом.
— Остановись, Лэкорил!
И сколько просьбы в его голосе… только слышится он будто издалека. А ведь несколько часов назад, там, на нижних этажах, я тоже просила остановиться, не запирать дверь. Только меня не пожелали услышать, так же как сейчас уже я не пожелала услышать его. Резко отклонилась назад, расцепляя клинки, развернулась, вновь оказываясь вне переделов досягаемости его клинка.
«Остановись, Рангор!»
Миг – и я снова ринулась в атаку, используя все выученные техники боя. Только Даронн умело их обходил, выставляя в последний момент нужные блоки и отбивая любые мои удары. Надрывно стучало сердце, воздух из груди вырывался с противным свистом, в ушах неприятно шумело, но я упрямо сражалась…
«Пока не наступит чья-то смерть!» — мысленно повторяла я, будто некое заклинание.
«Поединок не окончен, пока мы оба живы!»
Я не уловила того момента, когда мой клинок выбили из рук. Всего лишь мгновение, а острие лезвия меча Даронна уже упирается мне в грудь, прямо в сердце. И есть только он – темноволосый маг, который выйдет сейчас победителем.
— Ты проиграла, Риддис, — победно прошептал Расго. – Сражение окончено.
— Нет! – решительно ответила, пытаясь совладать с дыханием. – Арена не выбрала победителя!
И действительно, вокруг не было знакомого мерцания, а оглушающая тишина казалась ощутима.
— Ты хочешь умереть?
— Я хочу победить! – я широко улыбнулась, кладя ладони на чужое лезвие и надавливая. – Любой ценой…
Фиолетовые глаза изумленно расширились, кажется, он даже что-то выкрикнул, только я уже не слышала, красная пелена застелила глаза, смывая все чувства. Был только меч и боль, но все неважно! Падая в песок, я потянула за собой мага, в последний миг притягивая заклинанием свой клинок…

«Бой не на жизнь, а на смерть. Два брата сражались более двенадцати часов. На островах гремели грозы, завывали ветра, вспыхивали пожары и уносили тысячи жизней ураганы. Огневолосый Арон, словно пламя взметнулось в небо, а разозленный Рангор своим клинком призвал мертвые души погибших. Темный туман окутал лезвие, после чего меч впитал в себя новые жертвы, делая сильнее и могущественнее своего хозяина.
Но не знал темный бог, что бой всего лишь отвлекающий маневр, не знал, что получит удар от родной сестры, которая всегда мирила братьев и была сцепляющим звеном…»

***
— Кори, — чей-то шепот пытался достучаться до моего помутненного сознания. — Лэкорил, очнись же ты, у нас мало времени!
В рот положили ядреную кофейную пастилу и, кажется, не одну. Я скривилась, закашлялась и распахнула глаза, узнавая в расплывчатом пятне над собой обеспокоенное лицо Далиона.
Лучше бы не просыпалась: в боку тут же стрельнуло невыносимой болью, грудь больно сдавило, замутило, а перед глазами замельтешили яркие круги.
— Потерпи, Кори, знаю, больно, но я должен был разбудить. Турнир вот-вот закончится, а у входа к лазарету приставили вызванных духов-стражей …
Его голос терялся на фоне криков с трибун, свет ослеплял, а боль затуманивала сознание. Стражи? Правда? Неужели комиссия думает, что в таком состоянии я способна куда-то сбежать?
— Кори, ты меня слышишь?
Я не ответила, слишком больно и тяжело, будто каждый вздох требует невероятных усилий.
— И что же ты делаешь? — мне все-таки, но с трудом удалось сфокусировать взгляд на белобрысом маге, который быстро зашнуровывал мне сапоги.
— Помогаю тебе сбежать, — быстро прошептал Венский, заканчивая со шнуровкой и помогая встать, а меня вдруг нервный смех пробил от его заботы, и почти сразу же закружилась голова.
— Плохо, — недовольно вынес вердикт блондин, ловя меня в свои объятия и вновь усаживая.
Миг — и мне в рот, осторожно придерживая голову, вливают какую-то тошнотворную гадость. От нее только сильнее замутило, но зато прочистилось сознание и исчез этот противный туман перед глазами, кажется, даже боль притупилась. Благодаря этому я вдруг отчетливо поняла, что не могу вот так взять и сбежать. Нельзя! Я не имею на это права! Ведь где-то там, в моей родной деревне, мама, папа и сестричка.
Эти мысли пронзают самое сердце, и я качаю головой.
— Нельзя, Далион, я не могу, Ковен магов найдет способ вернуть…
— Нет, Кори! — мгновенно понял о чем речь Венский. — Твоя семья принадлежит нам, а значит, как бы ни был могуществен Ковен, он не имеет прав на чужих крестьян, тем более без какого-либо магического дара. Ты можешь быть за них спокойна. Клянусь тремя богами, что с ними ничего не случится!
— И я должна тебе поверить?
— Тебя казнят, Кори! – раздраженно воскликнул Далион и тут же вновь перешел на шепот: — Как только твой меч окажется в Ковене магов, они узнают о силе нитей.
— Почему ты? — мой голос дрогнул. — Почему все вышло именно так?
Я не понимала этого, как и того, почему проклятье страха привязало его ко мне?! Настолько, что он готов идти против Ковена, лишь бы помочь мне. Это же глупо! Моя ошибка, что притащила на турнир меч…
— Когда-нибудь мы обязательно об этом поговорим, — уверенно заявил Венский, повязывая мне на шею знакомый шарф.— Но не сейчас, Горан Нэрдок уже ждет тебя, нельзя тянуть. Он сможет отвлечь духов ненадолго, так что у вас будет совсем немного времени, чтобы уйти.
— Как, если все порталы вне стен академии контролируются Ковеном? И этот шарфик… — я непонимающе поджала губы. – Так это все-таки ты мне его подарил, лжец!
Он только улыбнулся, не став что-либо говорить на мое последнее восклицание.
— Передай его лучше моим родителям, — тихо попросила я, снимая подарок. — Пусть они знают, что со мной все хорошо.
— Хорошо, Кори, — мягко согласился Далион, почти сразу переводя тему: — У Нэрдока есть план, а моя задача сейчас — это собрать тебя и привести в порядок настолько, насколько это вообще возможно в твоем состоянии.
На меня надели теплый плащ и туго в него укутали, а я лишь непонимающе нахмурилась. В каком «таком» состоянии, если чувствую себя вполне терпимо?! Будто и не было никакого боя с Расго, а затем моего глупого и сумасшедшего поступка. До сих пор не могу объяснить, что дернуло меня напороться на меч…
«Боль пульсирует везде, кажется, она заполонила все, но я нахожу в себе силы сжать рукоятку собственного меча и развернуть серебряную смерть в сторону Расго…»
Арена так и не выбрала победителя, уже теряя сознание, я услышала отдаленный голос комментатора: «Ничья!»
— Ты продержишься не больше часа, — продолжал Далион, будто понимая, какие именно мысли сейчас меня одолевают, — после резерв потянет на себя все, что было отдано на поддержку сил. – Он взял со стола сумку и вновь помог мне подняться, крепко держа меня за руки. – Действия травяных пастил закончится еще раньше. Я дал с собой все, что может понадобиться.
На удивление, в этот раз идти оказалось легче. Так вместе с Далионом мы вышли из лазарета. Яркий свет ослепил, шум неприятно оглушил, но все это было ничто по сравнению с духами-стражами, подле которых мы прошли. Они словно и не увидели нас, даже внимания не обратили, все так же безучастно нависая над землей у входа. Но почему? Как? Их ведь невозможно обмануть…
И почти сразу в поле моего зрения возник мистер Горан, который молча кивнул, взял сумку у Далиона и... прожег меня злым взглядом. Внутри все похолодело. Никогда я не видела у него таких темных, сощуренных в гневе глаз. Стало не по себе. И вот совсем перехотелось, чтобы Далион отпускал мою руку, но он отпустил…
Лишь напоследок сжал мои пальцы, чтобы в следующее мгновение надеть на запястье до боли знакомый браслет.
Быть не может!
Он улыбнулся одними глазами, а меня заполонило противное осознание. Я неожиданно для самой себя поняла одну важную вещь!
— Ты все это время его хранил? — собственный шепот показался чужим.
— Носил, Кори, — поправил меня белобрысый «мальчишка», — всегда носил...
Я будто бы снова вернулась в прошлое: передо мной не молодой повзрослевший юноша, а маленький насупленный мальчик, с омерзением откинувший преподнесенный подарок. Мне ни разу не приходило в голову, что он может сохранить мой браслет. Я уже было открыла рот, чтобы изумленно спросить, когда вокруг заискрился свет и прозвучал властный голос:
— Задержи их, нам нужно время!
И слова сказать не успела, как в следующее мгновение меня со спины обняли крепкие руки, утаскивая в портал....

Ответить

Вернуться в «Фэнтези»