Эволюционное обоснование фэнтезийного мира 4

Всё о книгах, отзывы, мнения, советы. Разговоры на окололитературные темы.

Модератор: Модераторы

genius86
Читатель.
Posts in topic: 1
Сообщения: 22
Зарегистрирован: 12 дек 2015, 01:48
Пол: Муж.
Откуда: ближнее подмосковье
Контактная информация:

Эволюционное обоснование фэнтезийного мира 4

Непрочитанное сообщение genius86 » 18 июн 2016, 03:53

ЭВОЛЮЦИОННОЕ ОБОСНОВАНИЕ ФЭНТЕЗИЙНОГО МИРА 4.

Перекочевка.

Восхищаясь целесообразности и богатству природы Земли, можно ли подумать, что современному человеку достались только огрызки истинного великолепия природы. Впервые такое ощущение возникло от книги писателя Ивана Ефремова. На краю Ойкумены бывшие рабы встретили мертвого хищника - поедателя слонов. Разумеется, это можно воспринимать как обычную или научную фантазию, но Ефремов был не только писателем, но и ученым палеонтологом. Так что вряд ли это только фантазия. Занимаясь эволюционными процессами, понял, в чем ущербность природы. Это непропорциональная представленность хищных и травоядных видов, практически полное отсутствие естественных хищников у слонов, жирафов, носорогов.
Что это? Специфика млекопитающих или какая-то аномалия.
Объяснить такое избирательное вымирание естественными причинами невозможно. Должны были остаться гигантские млекопитающие, а экваториальная зона просто нашпигована реликтами ушедших эпох. Но этого нет, значит, обязан быть дополнительный фактор вымирания.
Имя этого фактора — Человек. Разумеется таким фактором человек стал не сразу. Пришествие человека было подобно появлению нового консервативного селекционера, воспроизводящего только один вид, но отличающийся национальным характером. На этот вид накладывались сознательные ограничения свойственные евгенике: не давать нации решающих преимуществ, не делать умнее общего уровня и не давать больший срок жизни. Но и с ограничениями, преимуществ было достаточно. Человек жил дольше всех человекоподобных освоивших север. Имел возможность развить нужный талант или даже призвать гения.
Есть еще одна особенность у видов выведенных в ходе селекционной работы. Все южные виды ограничены экологией отношений своего основного ареала обитания. То есть комфортно себя чувствуют в экологических нишах или больших экосистемах, но ограничивая общение небольшим набором животных и растений. Попадая в иные экосистемы животные начинают голодать и вымирать. Природой такая
ситуация предусмотрена. В экстремальных условиях холодного севера ради выживания естественным образом отбрасывая прежние и создаются новые отношения.
Животные созданные в экваториальной зоне получают толчок к развитию и как бы вторую родину в приполярных районах. И уже без анекдота можно сказать — территория России, после Африки, вторая родина слонов.
Человек изначально не селился в приполярных районах, холод севера сам пришел к человеку вместе с оледенением, оставляя жить на кромке льдов.
С изменением климата началось расселение наций сохранявшие все заложенные отношения более успешно, чем животные. Вложенные отношения не были завязаны на трофических, то есть пищевых связях и не изменялись даже при новых оледенениях и массовом голоде, успешно дожив до наших времен. Однако, кроме вложенных отношений существовала и более подвижная часть уже социальных отношений называемая общественным мнением. Именно общественное мнение сыграло важную роль в Большой Охоте.
В течении долгого времени существование человека проходило на пределе выживания, а затем неизбежно наступили лучшие времена. Численность человеческой популяции стала расти и с человеком произошло то, что происходило со многими видами, он стал суперхищником не заметно для себя. За счет своей численности суперхищники и человек в том числе, могли вломится в любую экосистему.
Никогда такое превращение не имело для природы столь пагубных последствий. Изменения должны были разбудить скрытые возможности и использовать их против конкурентов.
В дальнейшем выбивании, чётко просматриваются три этапа: уничтожение конкурентов, уничтожение опасных для человека хищников и уничтожение гигантов. Каждый этап имел свою идеологию. А конкурентами человека в определенный момент стали все человекообразные.
Лучше всего человек был знаком с неандертальцем и вложенные отношения учитывали этот фактор. Неандертальцев оттесняли, обыгрывая в охотничьих соревнованиях как детей, но дальше среди хомоподобных начало встречаться черте-что.
Видовое разнообразие свойственное многим семействам было характерно и для хомоподобных. Чисто травоядные, всеядные и хищники, гиганты и карлики, коротко и долгоживущие, приспособленные ко всем северным природным зонам.
Соревнование охотников с хомохищниками дало иной результат. Оставшись без охотничьих трофеев они просто съели более удачных людей охотников.
Хищники не сделали ничего такого, что было противоестественно их природе. Хомоедство или людоедство другого вида это не каннибализм и в природных отношениях допустимо, но не для человека.
Этот инцидент перевернул все и вытеснение обернулось планомерным уничтожением всех кто не человек, под лозунгом "Земля для человека".
Здесь уже использовалось преимущество организаций с большой численностью, под руководством человека с полководческими талантами, то есть зачаточная организация армии.
Разделавшись с ближайшими конкурентами, человек не обрел полной безопасности. Удар клюва хищного нелета по черепу оставлял дыру как от пулевого ранения, а на юге удар хищника и вовсе расчленял тело.
Все охотничье умение, весь опыт борьбы с себе подобными, был направлен на хищников. Такие усилия требовали определенной идеологии и она появилась как развитие старого лозунга. "Земля для человека" трансформировался в "Земля лучший из лучших миров (для человека)", что оправдывало уничтожение всех хищников.
За относительно короткое время в поясе умеренного климата и наиболее частого расселения человека природа стала безопасна и только в глубинах лесных массивов вход был закрыт. Там шла бесконечная партизанская война, война обреченных. Вооруженная цивилизация делала их борьбу безнадежной, но не всегда.
На заре своего проникновения в Европу человеку приходилось сталкиваться с перекочевками неандертальцев. Им предшествовали спокойные, урожайные годы. Массовость кочующих сметала поселения людей и своих оседлых соплеменников.
Время изменило положение человека и нелюдей. Людей стало слишком много, а перекочевка превратилась в нашествия из леса на земли людей и этой проблемой пришлось заняться профессионально. В первую очередь, как предупредить и остановить перекочевку. Не зависимо от размеров, а только от численности, «тьма» становятся страшной угрозой человеку. Опасна даже перекочевка мышей. Уже в наш исторический период встреча в пустыне армии некого полководца и перекочевки мышей закончилась гибелью армии.
Такое долгое противостояние порождала жертвы и озлобленность. И еще, как не странно, бессилие. Вся экваториальная зона была вотчиной нечеловеческой нечисти. Правда, почти случайно, зону африканской нечисти удалось изолировать, чисто по географическим особенностям континента. Человеку понадобился кротчайший путь из Европы в Индию и Южную Азию, а он лежал через постройку древнего суэцкого канала. Уже в момент прокладки миграцию животных за пределы канала как отрезало. Впрочем массовых исходов и перекочевок человекоподобных оттуда давно не было, но опасность подобного имелось в виду, человек сам когда то оттуда вышел.
Были постоянные усилия понять и принять цивилизации Африки, наладить контакты, обмен, но место контактов на суше только одно, при постоянном наличии военных. С туристическим обменом тоже было все трудно. Каждый пятый получал травмы или погибал при отклонении от маршрута, чисто по незнанию местных реалий и ошибок поведения. Африканцы и человекоподобные в Европе чувствовали последствия пропаганды ненависти к недочеловекам и это напрягало.
Впрочем научные знания о царстве приматов и цивилизации множества разумных видов постепенно накапливались. Миллионы лет развития в относительно изолированном континенте породили равновесные системы в экологии, в социальных отношениях.
В экологии отсутствовало понятие перекочевки от разрастания популяции, что было обычным в средних широтах, только циклическая миграция пастухов со стадами травоядных. Не допускалось появление быстро растущих государств и политиков проповедующих экспансию. Такой рост истинные хищники гасили еще на уровне «деревня на деревню» или «город на ближнее поселение».
В социальных отношениях проходила интеграция вроде бы невозможных видов. Истинные хищники изначально не предназначались для социума и были в буквальном смысле людоедами, но социум принял и зауважал. Городские хищники мясом разумных не питались, в исключительных случаях во время войны или на отдыхе за городом. Однако на верху были хищники с наследственно безупречной репутацией, что сложилось исторически. Во время осады, кто то из предков истинных хищников взял командование на себя и стадо баранов под предводительством льва стало сильнее дикой стаи. Это закрепилось. Теперь потомки мясо своих подданных не едят, так как это мешает их охоте. Охота особая, территория та же, город и окрестности, иногда и больше, а объект охоты ВЛАСТЬ и откидывается всё что этому мешает.
Если хищника охота на власть не прельщает, чиновничья должность не волнует, селится на окраине, поставляет в город мясо с любых охотничьих территорий, будь то джунгли или каменное плато и ценит редкое мясо бледнокожих туристов забредающих куда не пускают, обращающихся без почтения и ведущих себя почти по хамски.
Основу цивилизации, её рабочей лошадкой становятся наиболее умные относительно остальных, работоспособные и предприимчивые. На северо — востоке Африки вблизи канала конкретно африканец вида Homo Sapiens, в других местах другие, возможно более умные.
Взаимоотношения двух видов, где один высокий, мощный, на морду видно хищный, а второй пониже, слабее, с печатью интеллигентности, по человечески необычайно понятны и состоят из двух пунктов: Пункт первый. Начальник всегда прав, выполняй. Пункт второй. Если начальник не прав, смотри пункт первый и выполняй.
Остальные виды имеют своё место в социуме в зависимости от пользы для других видов. Производством занимались многие, иногда даже совместно, но что то у кого то получалось лучше, а кто то на чем то специализировался и всем хоть раз в жизни приходилось за помощью обращаться к другому виду. Многие набивались в советники и если интеллекта мало, то это было гадание, а в этом профи и гении. Чиновники предпочитали иметь по одному советнику и гадателю, а мэр имел советников всех видов присутствовавших в городе. В общем социум жил полной жизнью на фоне фантастически экзотичной Африки.
Очень жаль, что два мира жили по своим не пересекающимся законам, а канал вроде бы объединяющий континенты именно африканский вычеркнул, но долго так продолжаться не могло и выход из изоляции всё равно бы произошел. Увы, первый ход сделал человеческий гений.
На военную базу Суэцкого канала из далекой сибирской тайги прибыл молодой военный. Там у себя занимался военно — научной работой предупреждения перекочёвок в сторону Европы. Его работа и военная база были международного значения набиравшего силу человечества.
Перевод кажется немного странным, где Сибирь и где Африка, но у военного командования были свои резоны. Военнослужащих и специалистов подбирали по личной неприязни к не человекам, а тот кто лично соприкасался с нашествием из леса в ненависти утопал.
Специалистам организовывали обучение языкам, туристические поездки по северу Африки и дальше, знакомства личные и с особыми общественными СМИ.
Особенность распространения информации по Африке в ее видовой монополизации. Технически это радио, телеграф и печать с ручного набора. Организационно это сеть почтовых станций, курьеров и человек — газета. Специалистам знание этой области общественных отношений считалось важнейшим.
Особенность много видового общества наличие своего языка у каждого вида и одного общегородского. Городской язык имел отличия даже у близких городов и требовал перевода дальних городов одного государства. Радио из-за этого было ограниченно региональным.
Телеграф электрический и звуковой барабанного боя. «Там-Там» сильно повлияли на систему передач электрического телеграфа, а телеграфисты по необходимости долго обучались и притирались друг к другу. Курьеры не только доставляли информацию, но и продавали ее как человек — газета. Такое способ распространение общественной информации могло привести к монополизации деятельности одним видом и создания замкнутой касты, но одновременно возникли независимые и очень косноязычные телеграфные сети: военные, финансовые, деловые, экологические, метеорологические и так далее. В них использовали ограниченное число слов и сокращений доступных для заучивания всем кроме работающих с общественной информацией.
У военного командования в Суэце были планы и намерения на видимые богатства Африки, но история стычек и конфликтов показала военные и другие возможности цивилизации — легких походов туда не будет и патриотического подъема при захоронении павших тоже. Официальное захоронение было только один раз и больше не повторялось. Какой может быть подъем если хоронят не тело, а обглоданные кости.
Командование искало идеальное оружие, то, что даст абсолютно убедительную победу. В сражениях с не человеком даже простейшая техническая смекалка могла дать неприметное преимущество. Перед боем сделали всадникам металлическое стремя с отстоящим шипом. Можно было бросить поводья, сражаться двумя руками и не заметно ранить лошадь противника. Увы, в Африке даже огнестрельное оружие не держало долгого преимущества. Война умов шла почти на равных.
Специалист из Сибири был одним из таких умов и не возможность достижения цели выводило его из себя. Многократно перечитывал отчеты командиров военных вылазок имевших временное военное преимущество заканчивающееся тотальным поражением. Затянувшееся перемирие пришло как бы само собой, но оно никого не обманывало.
Отчаяние завершилось долгим запоем и сумеречным состоянием с отчаянным поиском выхода из проблемы и состояния. В какой то момент что то мелькнуло из прошлого опыта заставив остановиться.
Перекочёвки и нашествиям из леса предшествовали холодные зимы и относительно благоприятные летние периоды. Короткоживущие виды наращивали свою численность быстрее долгоживущих. Если преодолеть эту особенность, то и человек мог развернуться против леса.
На трезвую голову специалист записал собственные мысли и дал время хорошо их обдумать. Затем написал докладную записку начальству. Почва для оригинальной идеи оказалась благоприятной. Операцию одобрило военное и гражданское начальство, были выделены средства, а ответственным за ее проведение стал наш специалист.
По телеграфным сетям Африки пошло сообщение, что африканцы вида HOMO могут поселяться прямо за каналом в красивых поселениях. Это было началом операции. За каналом это так и восприняли. Понять суть возможной провокации не смогли, но готовиться начали.
Два раздельных поселения составляли из трёх переделанных в жильё контейнеров на семью. Центральный контейнер без окон представлял технологическое сердце дома. Два входа, центральный через надувной или навесной прихожей объединяющей три или пять контейнеров и сзади технический к печи. Сердце дома была европейской разработкой и отопительные возможности для Африки были излишними, но тепло для кухни и подогрев воды лишними не были, а так же туалет, ванна и устройства для переработки мусора. Свободное пространство использовали как столовую и комнату отдыха преобразовываемые в спальню и рабочее место. Двое взрослых и двое детей могли жить в таком контейнере несколько лет, как подсоединенные к сетям, так и автономно. Заработав денег можно было купить чуть более дешевые комнаты контейнеры — одна стена мебельная стенка, другая сплошные окна, а пол - потолок раскладывается по ширине. Центральный контейнер может обслуживать до пяти комнат — контейнеров, кондиционируя комнаты через прихожую.
Основная идея не тонущих домов — контейнеров возможность доставить в любую точку планеты, минимальный вред и количества мусора после его разделения и сжигания, в том числе пластика с катализатором и кислородом, сначала книги инструкции, затем бортовые компьютеры снабжают жильцов рецептами и инструкциями по ремонту контейнер - сердца, а развитые системы связи создавали впечатление сопричастности к цивилизационному процессу.
Заселение проходило медленно, но неуклонно. Кто то приходил из интереса, а затем перетаскивал семью, кого то явно изгнали и здесь ходили неприкаянными, кто то имел отличную спортивную фигуру и особый взгляд выдававший принадлежность то ли к полиции, то ли к спецслужбам, но ловить было нечего. Тайна была закопана хорошо и от всех. Обслуживающий персонал был вежлив, предупредителен и постоянно держал дистанцию и только врачи на осмотрах подходили в плотную в обязательных медицинских повязках. Предположительно, всё это затевалось для ознакомления с открытыми достижениями человеческой цивилизации. Работы было мало, в основном на ферме по выращиванию не съедобных африканских трав. Ничего с ней не делали, только смотрели как растет. Зато центр развлечения отгрохали очень знатный. Откровенных аттракционов лишь небольшой уголок парка и только для детей, остальные павильоны познавательные. Единственный недостаток гиды одни и те же, хорошо знающих язык еще мало.
Ярмарки раз в месяц и не похожи на то, что есть там и там. Торгов за цену как на обычной ярмарке не было, продавца задвинули широким прилавком и общение только через него. Всё это было подозрительно.
Примерно с такой же частотой проходили общие собрания. Обсуждали, что в поселке у нас и у соседей, финансовое положение, что сделано и что намечается сделать. На последнем собрании обещали расширение поселения за счет более дешёвых контейнер — домов и о претензиях фирмы производящих контейнеры. Когда из зала посоветовали создать нормальное производство что бы работающие могли выкупить свои дома и не заморачиваться с фирмой жадиной, бледнолицый побледнел еще больше и возразил — производство дело долгое, а платить надо сейчас. На том и закончили.
Затем произошло то, что так опасались. Вечером, ближе к полуночи звонок в прихожей и затем беспамятство. Некоторые успели заметить людей с закрытыми лицами. Очнулись в повозке мчащейся в неизвестность. Ехали месяц под жестким контролем. Прибыв в лесной поселок разместились в бывших казармах. Так началась новая жизнь.
Месяц на адаптацию и налаживание быта. Было даже что то необычное в чистом, настоянном на кедре воздухе. Через месяц всё хорошее кончилось и началась ЗИМА.
Homo средней полосы привыкли к смене сезонов, но и им нужно время на адаптацию. Африканцам, просто по конституции тела, такая адаптация давалась неимоверно трудно. Три месяца и закутавшись в дополнительно намотанный капюшон поверх зимнего комбинезона смогли перебежать из казармы в другое здание где обитали женщины, но радость быстро исчезла когда узнали — настоящая Зима только начинается. Тройные рамы остекления проморозили пятидесяти градусные морозы. Выйти на улицу это фактически самоубийство. Так осталось заниматься тем чем предлагают. Занятия имели явно издевательский подтекст: выживание в зимнем лесу, ориентирование на местности, путешествие автостопом и так далее. Представлялись карты, где Сибирь и где Африка, сезонные метеокарты с пояснениями, потепление до минус 10 — 12 это местная весна, а если по снежному покрову, то два месяца лето, остальное зима.
Тянущее время лущили кедровые шишки слушая объяснения гидов всем происходящим событиям, не понимая это правда или заготовки лжи.
Перемещая африканцев в столь неподходящие условия ожидали отбора с положительным эффектом, а получилось наоборот. Хорошо закутанный и утепленный, с возможностью дышать воздухом от тела и наружным, погиб всего от нескольких вздохов, а самоубийца, на пару минут выскочивший на мороз полуголым, в тепле оттаял без всяких последствий.
Ближе к лету начали выходить на практические занятия: постройка снежного иглу, спортивное ориентирование, сбор даров леса и охота.
Почти летом встретились с местным человеческим и нечеловеческим населением. И те и другие за свой вид африканцев не признали.
К началу массового таяния снега превратившего дороги в залитые водой болота прошли выпускные собрания специалистов по выживанию. Ведущий ошеломил собравшихся, что и следующую зиму они встретят здесь. Поселения еще не готовы принять жильцов, но что бы не было самостийных побегов есть предложение всем желающим отправиться домой пешком. На пути будет множество точек возврата и всего несколько точек не возврата с прямым путем к субтропикам Сибири. Эти точки пропустят пришедших только до определенных чисел, пришедших позже возвращать будут насильно. Выходим завтра утром.
Выход состоялся более деловой, чем торжественный. Уже на краю поселения пришлось надеть плетёные ласты и в обход топи топать к первой точке. Скорость похода заставила вспомнить бесцельное сидение в помещении, теперь это сказывалось. Скоро трое захромали и у них забрали рюкзаки что бы не отставали. К точке, вернее избе с парой открытых подвод пришли ещё днем сильно запыхавшись. Вскрыли рюкзаки отставших, а там ничего походного, только продукты для всех. Не удержавшись вскрыли остальные и сразу поняли кто идёт и кто провожает. Ведущий объяснил, что и дальше будут двигаться в том же темпе и даже быстрее переходя на бег не от людей, от зимы. К следующей точке шли уже без ласт быстрее и многие начали отставать. Вторая точка скинула балласт, третья объединила мужчин и женщин, четвёртая оставила ведущего отправив к точке невозврата профессионалов ориентирования в безлюдной местности.
Для точно уходящих сделали специальную форму с надписями на спине шевронами на рукавах, что бы видели идут не гопники и не лесовики.
Подсчёты дали более двадцати не вернувшихся мужчин и женщин и с этого времени были разрешены телеграммы в любое место. Следующую зиму перенесли легче и началось поэтапное возвращение в Суэц.
Первыми вернулась часть женщин и поселение не узнали. Исчезли все контейнерные дома или преобразились. Дом мэра обили плиткой скрыв контейнерную сущность, превратив в трехэтажный коттедж, контейнер помощника мэра состыкованный с разрушенным домом после его ремонта скрылся где то внутри. Всё остальное в поселении скрыла трава со странными тумбами расставленными в чётком шахматном порядке. Тумбы на дома никак не тянули, но именно к ним повели женщин. И вблизи тумба осталась высокой тумбой. У основания, отомкнув замок, стенка тумбы превратилась в навес. Внутри печь, кухня, на плите напиханы плетёные стулья и другой скарб и над головой бак для сбора воды и ничего больше, ни туалета, ни ванной, ни места для работы и отдыха. До женщин как то сразу дошло почему их увезли так далеко и на долго. Радость спала, вяло попротестовав, разобрали свои кухни.
Следующий день начался с обживания так называемых домов. Туалет нашелся в огородах за кухней, умывальник на кухне, а душ сбоку на землю. Спальные места гамак под навесом. Прошло несколько дней пока до женщин не дошла идея странных домов. Здесь были комнаты для отдыха и работы, душевая, гостиная, бассейн, правда иногда только намеченный, но стены заменяли травяные кусты. На дом это не тянуло, но как дача была бесподобной.
Мужчин, после двух годичного воздержания интересовал только один вопрос, где здесь спальня. Отбросив гамак использовали гостиную не по назначению. Утром, успокоившись с усмешкой слушали объяснения и всё норовили пройти из гостиной в душ сквозь стену.
За месяц привыкли к травяным стенам и сексодрому на траве, а стены душа выращивал гений. Внутри женщины мылись в одиночестве, мужики же млели от того как всё просвечивалось сквозь стебли. Это от белой с наклоном душевой стенки отбрасывающей воду и свет. Интересно, что травяные стены туалета никак не просвечивали.
В следующие месяцы обрисовались новые проблемы. Тумба - кухня конструировалась под женщину или семью, мужик здесь был как не обязательное дополнение. Под мужика ничего не создали хотя раньше были производственные контейнеры, но они исчезли вместе с жилыми. Женщина запирая навес лишала мужика не только тени, но и крюков для гамака и всех технологических достижений тумбы. Все соседние были заперты с печатью, деревья ещё не выросли. Ну, куда податься?
Центр развлечения разросся не сильно, добавилась столовая и центр занятости. Мужики тусовались в основном здесь. Самая распространенная работа высаживание травяных стен. В мэрии планы касались лишь женщин и детей, а мужикам предлагали крутиться самостоятельно. За всё время существования поселений было сыграно минимальное количество свадеб. Свадебные традиции привнесённые с континента были очень сложные и запутанные. Упрощенные административные свадьбы не практиковались, наоборот к традиционным добавлялись дополнительные сроки на раздумье и всё сводилось к одной неделе в году. Женитьба, кроме свадебных знаков, подарков и ключей от тумбы, в положении мужчины ничего не меняла. Жены и просто беременные на поздних сроках уезжали в «Центр репродукции», особое поселение для рожениц, младенцев, яслей и детских садов. Весь персонал центра набирался из своих и хорошо оплачивался. Европейцы работали учителями и консультантами.
По идее исчезновение подруг и жен должно было заставить мужиков вертеться, заняться кулинарной готовкой, обслуживанием себя, но тут произошло очередное чудо. С близких и не очень тумб сорвали печати, оставив перед ними растерянных женщин. Мужчинам пришлось блеснуть эрудицией объясняя особое устройство дачи, а через неделю как мять траву сексодрома. Это повторилось еще дважды, да так, что даже тупые поняли, дело не чисто, но отказать себе уже не могли.
Скандал был вполне возможен, наверняка управляем, что подтвердилось сразу. В нужный момент прибыл человек — газета с вестью о путниках из Сибири. Это сразу стало сенсацией забравший всё внимание общества. Эпопея возвращения растянулась на несколько месяцев. Встречали как космонавтов, на их лекции собирались все африканцы и местные европейцы уже без повязок, настолько не замылен взгляд стороннего наблюдателя. Европейцы проявляя странную общительность делали им предложения работы в администрации.
Жизнь продолжалась, дети подрастали, переход на континент стал свободней и доступней. Дети от яслей до взросления воспитывались среди зелёных стен. Как живут по другому видели в Африке и галопом по Европам. Информационная среда строилась по европейским лекалам и яд нетерпимости проникал и в их души. Неожиданно выплыл создатель поселений, уже глубокий старик, не с лекциями, а с проповедью. Я мол создатель вашей культуры, вашей нации призванной стать защитой от варварского континента. Вы должны любить меня и с именем бога (тут сделал жест приобщения) нести своё призвание в веках. Вроде бы бред, но повторенный в другом поселении имели отличия. Вы должны обожать меня и с именем бога (сделал немного иной жест). Судя по количеству анекдотов потешались еще долго.
Условия жизни в расширяющихся поселениях были хороши и население росло быстро, но наметились перекосы. Поселения расширялись на плодородные земли ради огородов. Крупных животных: лошадей, коров, коз не держали, мол стены объедают. Европа поставляла половину мяса, семьдесят процентов молока, сушеный коровий помет и топливо. Свои хозяйства на неудобьях развивались плохо.
Рост численности с самого начала был заложен стремительным, к нему привыкли. Кому не нравилось мог ехать в Африку к людоедам, вот их как раз сюда не пускали, только HOMO. В Европу тоже самое не получалось, только из администрации и по работе, временно.
Перед отъездом всем обязательно делали прививки, а таких стало много. Аравийский полуостров стремительно заполнялся. На севере и востоке границы укреплялись, полуостров становился островом. Общество стремительно менялось и у кого то сдавали нервы. Пытались выбраться вплавь. Сначала отгоняли, разворачивали, затем начали топить. Жены запрягли мужиков и с тумбами переселились в Африку на время воссоздав свои травяные поселения. И вот тут истинные хищники словно бы проснулись, в поселении слишком много детей, это не экологично. Беда лишь в том, что такого слова в то время вообще не знали, а в обществе нет понимания, что многодетность это тягчайшее экологическое преступление. На словах доказать не удалось, пришлось доказывать делом. Хищники напали на поселение и вот тут произошел взрыв — информационный. Весь накопленный опыт воздействия и изменения общественного мнения ударил против хищников. У канала население на 80 процентов HOMO, информационный вброс лёг на благодатную почву. Хищники отступили со словами - мол скоро сами увидите. Не увидели, во всяком случае по эту сторону канала. На той стороне сцепились когда трава одного поселения сомкнулась со стеной другого. В перепалке кто то пошутил, мы мол создателя любим, а вы обожаете, приобщаемся так, а вы этак и еще.. Что ещё не узнали, шутка перестает быть шуткой если за неё реально убивают, а это уже не шутка. Война многомиллионных поселений убрала сомнения всех - здесь жить стало страшно.
ПЕРЕКОЧЁВКА НАЧАЛАСЬ.


Продолжение:
5 Гибель седьмого царства. 6 Большая охота. 7 Европа людоедов.

Ответить

Вернуться в «Литература»